Главная / Где культура / Михаил Кольцов – советский «журналист номер один», которого казнили с «личного согласия товарища Сталина»…

Михаил Кольцов – советский «журналист номер один», которого казнили с «личного согласия товарища Сталина»…

“Приговор приведен в исполнение” — сколько жизней эта лаконичная фраза повергла в небытие. Талантливых, честных, невиновных людей. Среди них был и замечательный советский журналист Михаил Кольцов. Он основал «Крокодил» и «За рулем», возродил «Огонек», стал главным редактором «Правды». Он проникал в логово белых генералов и троцкистов, писал горячие репортажи с полей гражданской войны в Испании, но все равно был расстрелян. В 1940-м, с «личного согласия товарища Сталина».

Журналистом Михаил, тогда еще Моисей, был с детских лет. Вместе с братом Борисом они трудились сначала над созданием своего домашнего журнала, а затем издавали рукописный журнал в школе. Младший брат отвечал за иллюстрации, а Миша писал статьи и сам же их редактировал.

Отец мальчиков, простой киевский обувщик, очень хотел, чтобы его дети получили достойное образование. Михаил поступил в институт в Петрограде перед самой революцией, а через год, в 17 лет уже начал печататься в прессе и сотрудничать с ведущими газетами и журналами. Мечта Ефима Фридлянда сбылась: старший сын стал журналистом, а младший — художником-карикатуристом.

Когда грянула Февральская революция, Михаил под псевдонимом Ефимович выпустил брошюру, в которой восторгался заслугами Временного правительства и Керенского. Тогда он свято верил, что в России наступило новое, светлое время. К началу Октябрьской революции Михаил уже подписывал свои статьи, как Кольцов.

Он принял активное участие в событиях конца 1917 года, а вскоре вступил в партию большевиков по рекомендации наркома просвещения Луначарского. Правда, через несколько дней Кольцов написал заявление о выходе из РКП(б), мотивируя это тем, что ему с комиссарами не по пути. Но этот документ так и канул в Лету в связи с последующими событиями.

Волею судьбы осенью 1918 года Михаила отправили в командировку в его родной город. В Киеве в это время творилась настоящая неразбериха. Власть в городе менялась чуть ли не каждый день — то белые, то красные, то деникинцы, то петлюровцы. Любая из приходящих властей не наводила порядок, а занималась бесчинствами и разгулом. В это тревожное время в ведущей киевской газете появляется статья Кольцова о погромах в городе, расстрелах людей и страданиях местных жителей.

По тем временам публикация такого материала приравнивалась к гражданскому подвигу. Вернувшись с фронта в начале двадцатых, журналист был принят на работу в народный комиссариат иностранных дел (в наше время — МИД). В свои 22 года Михаил возглавил отдел информации, и ему прочили карьеру дипломата. Но он предпочел журналистику и связал свою жизнь с газетой “Правда”. Бесконечные поездки по стране давали массу материала о жизни народа, его подвигах и стройках.

Кольцов был одним из первых, кто спустился в метро, побывал на открытии ГЭС, присутствовал при испытании самолетов. Благодаря ему страна узнала о талантливом молодом парализованном писателе, совершенно слепом Николае Островском, авторе книги “Как закалялась сталь”. Неиссякаемой энергии Кольцова можно было позавидовать. Он организовал работу полиграфического комбината, выпускавшего более десятка изданий.

Возродил “Огонек”, “За рубежом”, сатирический “Крокодил” и ряд других журналов. Принимал активное участие в организации съездов литераторов мира и поддерживал дружеские отношения с такими знаменитыми писателями, как Хемингуэй, Шоу, Роллан, Барбюс, вел активную переписку с Горьким. В эти годы он прославился как сатирик и фельетонист и посетил много стран.

В 1935 году Михаил Кольцов представлял Россию на Международном парижском конгрессе по вопросам культуры, а в 1937-ом — в Барселоне. Когда началась Гражданская война в Испании, корреспондента направили туда в качестве негласного представителя советских властей. Кольцов прибыл в Барселону под именем Мигеля Мартинеса летом 1936-го, когда итальянские самолеты впервые атаковали испанскую столицу.

В кипящей лаве сопротивления мятежникам Кольцов участвовал как умелый политик и организатор. Тогда он делал заметки в своей записной книжке и готовил репортажи о событиях в стране. Именно они и легли в основу книги, вышедшей в 1938 году под названием “Испанский дневник”. В этом же году Кольцова отозвали в СССР. После выхода книги Михаила-Мигеля об Испании его популярность достигла пика.

Критики и известные советские писатели восторженно отзывались о его “Дневнике”. Он был избран депутатом Верховного Совета и Член-корреспондентом Академии Наук. А в это время завистники и злопыхатели строчили доносы на “морально разложившегося писаку, путешествующего по заграницам”, сожительствующего с “ярой троцкисткой и немецкой шпионкой Марией Остен”.

Иосиф Виссарионович недолюбливал талантливых и ярких людей, которые были в фаворе у советского народа, и Кольцова считал “слишком много понимающим”. 12 декабря 1938-го Михаил Кольцов на собрании творческой интеллигенции сделал блестящий доклад по поручению Сталина, а ночью того же дня был арестован в редакции своей газеты.

В начале февраля 1940 года человек, фанатично преданный своей стране и вождю, был расстрелян как враг народа. Перед этим из него выбили признание в том, чего он не совершал. И припомнили его заявление о выходе из партии, и саркастические строки о том, что каждый иностранец, приехавший в СССР, хочет увидеть подвалы ЧК и Алмазный Фонд. Припомнили жену-иностранку и смелые высказывания в прессе.

Многие его современники, в том числе родной брат, известный карикатурист Борис Ефимов, не понимали причин ареста Кольцова спустя десять месяцев после возвращения из Испании. Выдвигались версии о том, что Кольцов «не вписался» в империю Сталина, что он «слишком прыткий» и прочее. На самом деле причины падения Кольцова очевидны. Если принять версию, что он являлся центральной фигурой среди советских граждан в Испании, то его вина становится понятной. Республиканцы проиграли войну — вот причина ареста и казни Кольцова. Кроме того, он являлся нежелательным свидетелем тайных операций советских спецслужб в Испании, грязные детали которых по большей части неизвестны. Сталин не любил проигравших и умел хорошо заметать следы. Известный советолог Вадим Роговин писал: «По-видимому, арест Кольцова, действовавшего в Испании в качестве сталинского эмиссара, объяснялся тем, что он слишком много знал о преступлениях, чинимых там сталинской агентурой».

А по большому счету, Кольцов был казнен, как и сотни других невинных людей, по воле одного лишь человека, жестокого, мстительного и страдающего манией подозрительности. Михаилу Кольцову тогда исполнился 41 год. Страна потеряла честного и талантливого репортера, убежденного антифашиста и просто порядочного человека, о котором писал Эрнест Хемингуэй. И по сей день в честь “журналиста номер один” звонит колокол истории.

Приговор привели в исполнение следующим же днем, 2 февраля 1940 года. «Признательных» показаний от Кольцова не могли выбить больше года. В 1954-м, после смерти Сталина, Михаил Кольцов был одним из первых посмертно реабилитированных.

Читать еще:

Зaвopaживaющиe цвeты худoжницы Sharon Frееman… Амepикaнcкaя aквapeлиcткa Шapoн Φpимeн poдилacь и выpocлa в гopoдe Лoнгвью, штaт Βaшингтoн. Онa зaкoнчилa Cеntral Washington Univеrsity пo cпeциaльнocти изoбpaзитeльнoгo иcкуccтвa.

Β 1960-х и нaчaлe 1970-х гoдoв Шapoн жилa нa Аляcкe, гдe oнa cтapaлacь выpaзить cвoю …

Добавить комментарий