Главная / Страх и смех / Белый небоскреб

Белый небоскреб

В квартире 580 небоскреба улицы Ташиф сожительствовало семь молодых людей.

Паул, Героб и Шантс были студентами, они отправлялись в университет, а трое других — на работу: Трукер работал в налоговой, Аисиндий ездил со скорой помощью, проходил стажировку.

Ну а Хастол работал ангелом.

Все вставали утром в шесть часов, наблюдали красивые рассветы и завтракали вместе, обсуждали политику, девушек. Затем брали такси или шли на автобусную остановку. Хастол выходил вместе со всеми на лестничную площадку, кивком прощался с квартирантами, пока двери лифта не захлопывались, и оттуда улетучивался вверх, к свету.

Возвращались — кто как.
Бывало, Хастол появлялся в квартире раньше всех, и тогда он готовил ужин на семерых.

С самого начала как-то так повелось, что о работе сильно не расспрашивали. Толи воспитанность сыграла свою роль, толи страх, но ни один из шестерых не знал в полной мере, что означает «работать ангелом», куда исчезает Хастол, каким образом у него появились крылья, как выглядит его рабочее место, как зовут начальника и остальные детали, хотя Хастол без комплексов рассказывал, если друзья интересовались.

— Ну и клиенты, — жаловался Аисиндий.

После работы сожители сели на пол вокруг журнального столика, наблюдали закат в окнах до пола, развернули шахматы. — Ну и клиенты, я сегодня спас одному жизнь, и помог подняться по лестнице до четвертого этажа! Не ценят.Тошно уже, господа. Хочу в отпуск.

— Как я тебя понимаю, — вставил свое Хастол, и все укладкой бросили на него взгляд, — Та же самая тема, — он ухватил маслину двумя пальцами из блюдца и закинул в рот.

— А у тебя что — аккуратно поинтересовался Героб.

— Да вот, Аисиндий, он правильно выразился, я бы так и сказал. Не ценят, — кивнул Хастол, не пролив лишних деталей о своем ремесле.

***
В субботу Хастол работал внеурочно, и шестеро отправились в парк. Героб мучился подозрениями. Он предложил затеять операцию «Раскрытие», узнать об их «ангеле» все необходимое.
— Мы едим его стряпню, спим рядом с ним. Он запросто может оказаться маньяком, шпионом, киллером. Кто-нибудь знает, чем он занимался 10 лет назад
— Был ребенком, я полагаю, — предположил Шантс. — Он в разговоре обходит эти воспоминания. Несчастливое детство, как я его понимаю.
— Надо заканчивать с этим безусловным пониманием и выяснить, как все обстоит на самом деле!

Героб составил план на информацию, которую они будут добывать.

Понедельник — дата рождения, вторник — фамилия, среда — в каком городе рос, четверг — личная жизнь, пятница — величина зарплаты, далее название отдела, географическое местоположение офиса, научное объяснение наличия крыльев и так далее.

Хастол оказался чист, как весенняя роса.

Он имел все справки, свидетельства. Студенты поговорили по телефону с его матерью из Полынии, видели, как он встречает младшую сестру в аэропорту. Хастол показал им рабочую документацию на последнего заказчика, за которым он присматривал.
Друзья поочередно пролистали увесистую папку, вглядываясь в каждое слово.

— Да, я знаю, что вы меня проверяете. Мы живем с вами вместе уже три года, золотые мои. Что сделать, чтобы вы мне поверили

— Мы хотим экскурсию по корпусу Над-мира. Покажи свое рабочее место.
— Покажу, конечно.

На следующий день Трукер и Аисиндий взяли отгулы, а студенты приготовились пропустить несколько пар.

Они встали между двух диванов в зале, и Хастол расположился в центре.

Он нарисовал линию мелом вокруг всех присутствующих, расправил крылья, их кончики уперлись в противоположные стены, между которыми насчитывалось метра четыре, пять. Его глаза вспыхнули светло-желтым цветом, зрачки и радужка пропали в свечении. Хастол читал заклинание на неведомом языке, воздевая руки к потолку. Друзья заметили, что их круглая площадка едет вверх сквозь этажи.
Лица людей, проживающих в верхних квартирах, смазало, хотя площадка двигалась со скоростью лифта.
Но скорость увеличилась, и окружающий мир слился в полосы цветов и теней.

Хастол держал руки распростертыми и задрал голову. Его голос изменился: казалось, вместо него произносят молитвы три человека с разными тембрами.
— Долго еще — Паул подергал Хастола за плечо, и студента мощно ударило током, а Хастол не отреагировал. Все сели на пол и ждали в течение трех часов. Им казалось, что они переживают взлёт ракеты.

Наконец, полосы проносящегося света по краям площадки остановились и рассеялись, как туман.

Туман осел и обнажил белый интерьер, высоченные потолки, лепнину по стенам, колонны, мраморный пол. Они стояли на перекрестке двух коридоров, как на перекрестке двух проспектов, достаточно широких, чтобы по ним шло двустороннее движение автомобилей.

***
Хастол очнулся от транса, сложил одну руку в карман брюк и ухмыльнулся уголком губ, оценивая усталость друзей. «За мной».

С потолка стал литься девичий вокал и приглушенные звуки органа. Сам потолок пропадал в облаках. Там же, любой из друзей мог поклясться, летали дети с крыльями.

Каждый поворот коридора поддерживался сменой темы в музыке, вступлением хора или наоборот солированием одного высокого детского голоса. Друзья преодолели не меньше десятка коридоров.

Шел золотой снег.

— Нам сюда, — сказал Хастол, встал около своих апартаментов, — Не забудьте отряхнуться, — он ударил по толстовке Трукера, со складок толстовки посыпались снежинки из белого золота. — Одежду вешаем у входа.

Героб повесил ветровку рядом с холщевым стеганным плащом. Он увидел на полке для шапок светящийся обруч — нимб. Нимб быстро придавило кучей студенческих шапок, кепок.

Хастол прошел к столику, обитому зеленым бархатом и включил монитор.
— Вот, обживайтесь.

— Мать моя, — высказался Паул и присел на кресло с колесиками. Одну стену рабочего кабинета заменяло стекло, а за ним — вид на Землю, Паул нашел взглядом Океанию, Индию, Марианскую впадину, Австралию.
— Мы в космическом корабле
— Ну, как сказать, — улыбнулся Хастол и выровнял в стопке листы. На столе лежала пара скрепок, и он убрал их в коробочку. — Знаете, мне пора приступать к своим обязанностям. Хотите обратно, или совершите прогулку

— Мы осмотримся.

— Тогда рекомендую посетить зал Благости в западном крыле, там находится обзорная площадка, телескопы.
— Отлично, — Аисиндий расхохотался, и все молодые люди вышли из кабинета, закрыли дверь. Героб:
— Чтоб меня! Чтоб вас! Клянусь своими почками, — он зажмурился, старался выражать эмоции тише, — Где мы
— В ООЧ — в организации по опеке человечества, — Шантс прочел табличку на двери кабинета.
— Хорошо. Давайте я придумаю, раз вас ничего не удивляет, — Героб вытер платком пот со лба. — Давайте пройдем на смотровую площадку и там решим.

***
Друзья дошли до площадки.
Им предложили нарастить крылья уколом в бицепс, и через две недели они смогли бы совершить первый полет.

Но почему-то все отказались.

Трукер подошел на метр к пропасти, лег на мраморные плиты, ухватился за ближайший металлический столбик, подполз к краю и заглянул вниз — увидел открытый космос: половину вида занимала планета и её атмосфера, загораживающая остальную космическую ситуацию.

Рядом с собой Трукер увидел, как к краю подходит ангел, застегивает свой жилет, одевает позолоченный шлем, расправляет крылья, и улетает в бездну. За ним последовали еще трое. «Это безумие, безумие» — шептал Трукер. Четверо ангелов устремились к земле и очень быстро превратились в точки.
Через две минуты оттуда же на площадку вернулся уже другой ангел.

Все ангелы были похожи, как клоны — статные, с аристократическими чертами лица, гладко выбритые, с безупречной осанкой. Их чувственные губы, прямые носы и выразительные глаза заставляли усомнится в половой принадлежности. Некоторые ангелы были более хрупкими, и друзья решили, что они женского пола.

Героб ворвался обратно в кабинет Хастола и громко возмутился:
— Какого ты пола
— Героб, успокойся, вы уже позволяете себе лишнего.
— Какого!
— Универсального.
— Они заставили тебя отказаться от пола при вступлении в должность
— Вроде того. Но я собираюсь уволиться.
— Правда

Шестеро друзей село на белый диванчик в офисе Хастола.

— Пол мне уже не вернут, Героб, но я хочу работать ветеринаром. Мне пообещали, что оформят в трудовой книжке стаж, как медицинский.
— Почему ты хочешь уволиться
— Низкие карьерные перспективы, — пожал плечами Хастол.
— Тебя угнетают
— Нет. Знаете такую тему — он налил всем чай, — Когда устраиваешься на одну работу, а потом понимаешь, что хочешь заниматься другим
— Как я тебя понимаю, — вставил свое Шантс. — Да, мы знаем такую тему.
— Ну вот здесь так же.
— Не дурак ли — возмутился Героб, — Ты работаешь в раю,слушаешь органную музыку и имеешь вид на космос из окна.

— Это была ступенька карьеры, — отмахнулся Хастол, — Я сразу говорил работодателям, что я тут временно, пока не подыщу, что получше. У меня другой уклад характера.

— Как тебя взяли — Героб снова вспотел, — Какие критерии приема
— А… сейчас, — Хастол порылся в бумагах и нашел договор, зачитал, — Стирание памяти до 10 лет, отказ от половой принадлежности, согласие на инъекцию с «геном ангела», защита информации клиентов, дресс-код, ангельские пропорции лица и тела (их сложно вычисляют с участием калькулятора и миллиметровкой), диплом о музыкальном образовании, прохождение экзамена по психологии, биологии, химии, много чего, господа.

-Ты нарушил пункт с защитой информации, — заметил Паул, — Ты давал нам читать тот треш про раковую больную, которую ты опекал.

— Да, промашка вышла, — ухмыльнулся Хастол, — Ну, они лояльно относятся к некоторым пунктам.

— Где у них отдел кадров — спросил Героб. Он сходил в приемную и оформился.

— Чувак, ты стал ангелом!

Героба похлопали по плечам, пожали руки.
Он сидел бурый и дурной от произошедшего, попросил рюмку водки, но в буфете Хастола стояла только декоративная бутылка с красным сухим вином. Вино лилось в бокал с увеличением детского пения за дверью, в коридоре.
— Теперь мы коллеги, — Хастол протянул бокал, и Героб стал шумно глотать вино.

Когда Солнце зашло за Землю, и по всем материкам загорелись огни ночных городов, Хастол предложил вернуться в квартиру 580.
Следующую неделю Хастол и Героб исчезали в свете вдвоем, а остальные жили, как обычно.

Вскоре Хастол и в самом деле уволился, пошел в ветеринары.

К тому моменту друзья, то один, то другой, стали снимать собственные квартиры, разъезжаться. Героб влюбился в девушку Фей, учащуюся вместе с Паулом и Шантсом, но уже не мог быть с ней. Студенты получили высшее образование, Аисиндий стал терапевтом.
Героб опекал Фей на правах ангела сверхурочно, ужасно мучился, когда она вышла замуж и родила двух детей. Он выкрал ее однажды, чтобы показать ей «рай». По этой причине его вскоре уволили.

Героб страдал от депрессии, вышел из нее благодаря друзьям.
Паул однажды поехал в администрацию города, и там сдал информацию о существовании Над-мира. ООЧ замяла этот конфуз — Паула ликвидировали.

Шестеро друзей вместе собрались на его похоронах, повидались.

Героб прожил семь лет, прежде чем вновь обрел уверенность в себе, перестал считать себя инвалидом. Да, служба в ООЧ искалечила его, но Героб имел внутренний стержень.
Он снова полюбил и на этот раз взаимно.
Современная медицина помогла ему вернуть мужское начало, но детей он иметь все равно не мог. Они с женой усыновили ребенка.
Героб получил второе высшее — стал юристом, чтобы бороться за права трудящихся.

авторский паблик: сказки

Читать еще:

Последняя ночь у Фредди

Осталась последняя ночь, предыдущие ночи были довольно тихие. Я жутко хочу уйти из этого странного …

Добавить комментарий