Главная / Страх и смех / Детский дом

Детский дом

детский дом последнее, что помнит тиана, это суета, вокруг неё сумасшедшая суета. тело её старшей сестры куда-то уносят, младший брат лежит на асфальте истекая кровью, повернув немного голову,

Последнее, что помнит Тиана, это суета, вокруг неё сумасшедшая суета. Тело её старшей сестры куда-то уносят, младший брат лежит на асфальте истекая кровью, повернув немного голову, она чувствует адскую боль, но всё-же оглядывается, что там происходит сзади…тут посетила её мысль, что это являлось плохой идеей. Лобовое стекло машины полностью разбито, девочка поминает, что она вместе с семьей попала в аварию, её отец, при сильном столкновении машины с деревом, практически вылетел на капот, его лицо было сильно изуродовано осколками, которые медики старались как можно аккуратнее изъять из тела. Немного переведя тёмно-синие глаза, наполненные слезами вправо, её взору открылась не менее ужасная картина, мать лежит на переднем сидении, закатив глаза, из головы так и хлыщет кровь, всю её жутко трясет. И тут, девочка понимает, что кто-то берет её на руки, и кладет на носилки. В глазах всё расплывается, нечеткие огоньки…и темнота.

14:23, приоткрыв немного тёмно-синие глаза, Тиана не сразу поняла что происходит, и где она находится. Туман в глазах немного рассеялся, и девочка поняла, что находится в больнице. Вся перебинтованная, и абсолютно беспомощная. Рядом никого. Немного полежав, воспоминания начали возвращаться, Тиана вспомнила ужасную аварию, и жертв. Вспомнила, как сильно она хотела поехать с семьей на пикник, наконец-то у родителей выдалось пару свободных деньков. Она так-же вспомнила, что меньший братик увидел на дороге кошку, и закричал, испугав этим отца говорящего по телефону, он потерял на пару секунд управление, и этого хватило что-бы машина съехала на обочину, и врезалась в громадный дуб. И после этого воспоминания превратились в обрывки, она лежит на асфальте, и её взору открывается только голубое небо, ещё один, последний обрывок, вокруг суета, крики и плач людей, сирены, и трупы…трупы её семьи, последние огоньки, и опять темнота. Вспомнив всё это, сердце девочки пронзила как будто игла, такая боль воцарила внутри, и Тиана безудержно начала рыдать. Прибежал весь мед-персонал, и пытался хоть как нибудь успокоить несчастную девочку, но ничего не вышло. Оно и ясно, она ведь за одно мгновение потеря всё что у неё было, а вместе с тем, и смысл жизни. Так она пролежала в больнице довольно долго, первое время часто рыдала и впадала в истерики, а позже просто опустошилась. Глаза стали пустыми, безжизненными, и в них погас тот мерцающий огонек, который так озорно горел ранее. А ведь ей всего пятнадцать. Казалось бы всё, финал, что может быть хуже. Но тут судьба решает сыграть с ней ещё одну злую шутку, она узнает, что она теперь инвалид, и суждено ей быть такой до конца своих дней. Немного поправившись, и немного придя в себя, Тиану выписали. Но, поскольку у неё больше не было родственников, её направили не в родной дом, а в детский дом. Ещё одна злая шутка судьбы. Пожилые бабушки, дедушки, тётеньки давно покинули этот мир, и родственной души больше у неё не оставалось.

По прибытию в детский дом, картина не была радужной, здание старое, выглядит хуже тюрьмы. И какое внешне, такое и внутри. Такое чувство, что ремонт там не делали уже тысячу лет.

Вот она заехала на своей инвалидной коляске внутрь старого здания, пол жутко скрипел, и на неё сразу обратили внимание. Пока к ней подходила пожилая женщина, Тиана успела рассмотреть что происходит вокруг. Дети возрастом от семи до шестнадцати лет находились в плохо освещенной комнате, шторы были плотно закрыты, там жутко воняло гнилью и плесенью, дети все были вялыми, бледными и казалось что-ли, обессилившими. Все дети забились по углам, и играли с грязными игрушками. Тут то Тиане стало не по себе, когда последний раз проверяли это место, как можно содержать детей в таких условиях Она оглянулась, дверь не совсем закрылась, и там осталась небольшая щель. Два мужчины и женщина, наверняка работники этого детского дома, общались с теми кто доставил в это место Тиану, работники социальной службы хотели зайти в здание, но мужчина не дал, он начал заговаривать их, к нему присоединилась и женщина, якобы дети заняты, у них обед. Социальные работники понимающе кивнули, и сели в машину. Ах, если бы девочка знала, что это её последней шанс на спасение. Но дверь машины уже хлопнула, мотор заревел, и машина начала отдаляться все дальше и дальше. Мужчины с женщиной довольно ухмыльнулись, и направившись куда-то что-то страстно обсуждая. Но что, Тиана уже услышать не могла. И тут вдруг голос, который так неожиданно прервал размышления девочки:

— Чего туда уставилась — Настойчиво спросил злой, хриплый голос.

— Я…да я просто, увидела там что-то, — Виноватыми глазами посмотрела девочка на женщину, которая возвышалась над ней.

Седые волосы, собраны в плотный пучок, болотного оттенка, холодные глаза, тонкие, немного потрескавшиеся губы, и морщинистое лицо. Одета она была строго, белая блуза, и длинная, серая юбка-карандаш. На груди красовалась брошь, видно что не дешевая.

— Следуй за мной, — равнодушно сказала женщина с серьезным лицом, и отвела свой леденящий взгляд.

Тиана послушно выполнила то, что полежала от неё эта, как показалось девочке, неприятная особа. Женщина, аккуратно повернула старую ручку, та чуть слышно скрипнула, и дверь открылась, но уже с ужасным, громким скрипом. Не приятный звук раздался по всему коридору, и оборвал тишину. Взору девочки открылась серая, ни чем не лучше главной комнаты, спальня. Кровати были старые, на них не было матрасов, только старые порванные простыни, и белые подушки покрывшиеся желтизной. Грязный пол, и большой, старинный комод, покрывшийся густым слоем пыли. Было еще зеркальце, не больших размеров, висело прямо над комодом, но вряд ли там можно было-бы разглядеть свое отражение, оно всё было испачкано и залапано. В комнате был резкий запах плесени, или чего-то подобного, комната так и поросла мхом. Стены были довольно влажные. Естественно спальня так-же кипела живностью, только женщина включила свет, множество тараканов разбежалось по углам. Комнату уже освещал свет, и так она выглядела только хуже. Свет был тусклым, настолько тусклым, что глаза уставали при таком освещении.

— А почему мы не можем открыть шторы — Спросила Тиана повернув свой любопытный взгляд на пожилую женщину.

— Не твоё это дело! А теперь слушай внимательно, и не перебивай глупая девчонка. Всё что от тебя требуется, это хорошее поведение и выполнение поставленных мной правил. Шторы ни в коем случае открывать нельзя, и за пределы здания так-же ни в коем случае не выходить. Не шуметь, что не менее важно. Будешь нарушать правила, останешься без еды и воды на неделю, — злые глаза впились в девочку.

— Как скажете…мне ведь предоставится сиделка Я инвалид, и во многом ограничена, боюсь некоторые вещи я не в силах выполнять самостоятельно, — девочка утупилась взглядом в пол, и дрожащим голосом задала вопрос.

— Сиделок у нас нет, так что придумаешь что-то сама. Называй меня Аманда, — с этими словами Аманда покинула комнату.

Девочка была не в себе, она очень расстроилась, что её жизнь превратилась в кошмар. Она потеряла самое дорогое — семью, стала инвалидом пожизненно, и теперь ей придется жить в этом гадюшнике. Она уже поняла, что жизнь здесь ей медом не покажется, и на хорошее отношение к себе даже не надеялась.

Спустя какое-то время, смирившись с этой мыслью, девочка всё-же спустилась к детям. Она надеялась хотя-бы подружиться с кем-то, найти друга который мог бы разделить её боль. Но и тут жизнь не была к ней добродушна, дети начали издеваться над Тианой, так-как она была инвалидом.

По-началу Тиана слышала насмешки, сначала за спиной, а затем уже дети начали высказывать девочке своё мнение в лицо, про то, какая она жалкая. В основном ничего нового она не слышала, беспомощного инвалида без будущего сложно обидеть какими-то словами, он уже обижен жизнью. А дети все-таки жестокие. Позже, эти бездушные дети перешли к физическим действиям, они сталкивали бедную Тиану с инвалидной коляски, и наблюдали какая она беспомощная, как безнадежно пытается встать, и как смешно плюхается на пол. Как-то они пытались топить девочку, но тут пришли работники этого ужасного места, и отогнали детей. Аманда покричав немного на них, приблизилась к Тиане, и дала ей сильную пощечину.

— Глупая девчонка, что тебе спокойно не сидится!

Тиана часто плакала…но никто этого не слышал. Дети толкали инвалидную коляску с лестницы, кидались в девочку едой, в общем что они только не вытворяли, а попадало всегда Тиане, и по полной. Аманда била её, лишала еды и воды, закрывала подолгу в подвале, и высказывала всё свое мнение о девочке, и что было для Тианы самой больной темой, Аманда упоминала о её семье, и всегда повторяла, что они никогда не вернутся.

Прошло время, несколько месяцев, ситуация только усугублялась. Но начали происходить странные вещи, которые раньше Тиана не замечала, дети начали исчезать. За пару недель, пропадало по два-три ребенка. Это наталкивало на странные мысли. Аманда же повторяла, что они ослушались, и вышли за пределы здания. Многие дети безумели от происходящего и пытались сбежать, но многих детей не успевавших добежать до ворот разрывали собаки. Многие испытывали свою удачу, понимая, что находятся в ловушке. Работники же детского дома просто повесили на дверь замок, и поставили на окна решетки. Дети понимали, что вскоре всем придет конец, но что именно с ними собирались сделать понятия не имели, что пугало их гораздо сильнее. Ведь, ожидание смерти — страшнее самой смерти.

Тиана сама от себя не ожидала, но она радовалась когда очередного обидчика обгладывала собака, или же он просто исчезал, она понимала, что обидчик больше не вернется. Так-же она понимала, что и её ждет такая участь, но её не волновало это, она приняла то, что смерть лучше такой жизни.

Как-то возвращаясь из уборной комнаты в спальню поздно ночью, Тиана услышала что кто-то что-то обсуждает, и это что-то было связанно с детьми и этим адским местом. Тихонько, и осторожно подъехав на коляске к старой, деревянной двери, девочка прислушалась к разговору за стенами:

— Да, естественно, сколько детей нужно Угу, ясно, к завтрашнему утру всё будет готово. Встречаемся как обычно возле черного входа как только начнет светать, без свидетелей. Половину выручки отдашь мне.

На этом разговор прерывается, Тиана узнала этот голос, это явно была Аманда. И вот она опять что-то с кем-то обсуждает, но уже не по телефону:

— Что ж, этот бизнес неплох, прошло всего пару месяцев, а мы сколотили такое состояние. Пошли, нужно разделать парочку детей, завтра приедут покупатели, доноры заждались. Никто и не бросится искать этих никчемных детей, скажем социальным работникам, что мерзавцы просто смылись, — раздался злобный смех, стало ясно что она там не одна.

Как можно быстрее Тиана начала крутить колеса коляски, со всей силы, испуганная и растерянная заехала за первый же угол, и затаилась в темноте. Из комнаты вышла Аманда, те самые два мужчины, и женщина, которые уговаривали социальных работников не навещать это злосчастное место. Они зашли в одну из детских спален, и вынесли оттуда трех спящих детей. После чего последовали по длинному коридору, и скрылись во мраке.

Любопытство победило страх, и девочка поехала тихонько за ними. Они свернули в белый, хорошо освещенный коридор, куда ранее не пускали детей, в этот раз Тиана незаметно смогла пробраться. Там была только одна дверь, и она подождала пока все туда зайдут. После чего аккуратно подъехала, и немного приоткрыв дверь, следив за всем происходящим. Детей положили на операционные столы, и приковали к ним прочными ремнями. Сначала они принялись за девочку с золотыми кудряшками, понемногу разрезая её живот скальпелем. Девочка проснулась от первого-же холодного прикосновения к ней холодным скальпелем, и как только он начал входить в её кожу, и погружаться всё глубже, она закатила глаза, и хотела дико кричать, но её рот был заткнут грязной тряпкой. Они разрезали её, вытаскивая внутренности, вырезая глаза, а потом мертвое, холодное тело просто бросали на пол, и накрывали грязной простынью. То же произошло и с двумя мальчишками. Их так-же безжалостно резали, только представить можно такую адскую боль, у них лопались сосуды в глазах, и алая кровь заполняла всё.

Тиана не выдержала такого зрелища…отъехав как можно дальше, её вырвало, она буд-то обезумела, внутри бешено билось сердце, животный страх овладел её разумом, она дико пыталась взобраться на второй этаж, изо всех сил, хватаясь ногтями за поручень, инвалидная коляска была слишком тяжелой что-бы пятнадцати летняя беспомощная девочка смогла её затащить на второй этаж, но страх внутри был настолько сильным, отдавало прямо в виски, она ломала ногти, слезы текли из тёмно-синих глаз, и вот она взобралась, она сделала это! Ни теряя ни минуты она помчалась к окну, ухватилась за подоконник, и пыталась встать, но все попытки были четными и безрезультатными. И вот она слышит шаги, совсем рядом, практически за спиной, ухватывается уже за окно, коляска отталкивается назад, и пытаясь поднять вес своего тела, Тиана как можно больше прилаживает усилий, и еле взбирается на подоконник, ни думая ни секунды, она произносит последние слова:

— Мамочка, папочка, я иду к вам! — и бросается с окна.

Темнота…тишина…душа освободилась, так легко и приятно…переломанное тело девочки лежит на холодной земле, из головы обильно идет кровь, а на глазах застыли слезы, слезы счастья. Красивые, темно-синие глаза закрылись, и черные волосы, как крыло ворона, немного тревожил ветер.

Девочка умерла. Не понимая, что помощь была совсем близко. Социальная служба давно заметила что-то не ладное, и обращалась в правоохранительные органы, разговор Аманды прослушивался. И вскоре прибыл наряд, все выжившие дети были спасены, убийцы арестованы. Шаги сзади Тианы были её шансом начать новую жизнь, это во время подоспела помощь, но в висках так стучал пульс, и ней овладел такой животный страх, что она не думая, просто сбросилась с окна.

Читать еще:

Изгой

В каждом классе есть ребенок подросток, выделяющийся из коллектива. Припоминаете Определенно в вашем классе тоже …

Добавить комментарий