Четкий

Четкий - Настя, ты уверена - Да, абсолютно. - Доказательства - Никаких, как и свидетелей, мне так и следователь сказал, по любому будут оформлять, как несчастный случай. Из свидетелей только

— Настя, ты уверена
— Да, абсолютно.
— Доказательства
— Никаких, как и свидетелей, мне так и следователь сказал, по любому будут оформлять, как несчастный случай. Из свидетелей только этот Стасик, но на него ничего нет.
— Может и вправду несчастный случай
— Нет. Да они были парой, но ночью перед этим самым, мы с дочкой целый час проболтали по телефону. Она согласилась со мной, и сказала, что поговорит с ним и расстанется, как раз в последний день экскурсии в горах.
— А может она и не поговорила с ним
— Даже если так. Я тоже об этом думала, долго думалаНо, знаешь, одна деталь выдает его с головой. Утром того дня я позвонила дочери. Она сказала, что её лицо ужасно высыпало, видимо, аллергия на что-то. Но идти надо, все-таки последний день, хочется с туристической группой нормально попрощаться. А этот паршивец заявил следователю, что она стала на краю обрыва, чтобы сделать красивое селфи и увлеклась. Не могла она с таким лицом делать селфи, не-мог-ла. Она даже на выпускной альбом фотографироваться отказалась со всеми, только потому, что один большой прыщ выскочил на лбу. Знаешь, она такая щепетильная на эти вещи. А тут всё лицо. Только для следователя это ничего не значит.
— Но это не основание для подозрения, он прав.
— А как же моя Лиза Она не должна была умереть. Он её убил, у него со школы было болезненное самолюбие и жестокость ко всем. Ты поспрашивай у соседей, они расскажут, как он кошек беспризорных пытал и убивал. Я не наговариваю, это он.
— Хорошо, допустим он. Что ты хочешь
— Хочу, чтоб он отправился в могилу вслед за моей дочерью!..
— Стоп, всё. Ничего более. Не надо тут много лишнего говорить.
— Так, Толя, поможешь
Мужчина выразительно посмотрел ей в глаза, и она всё поняла.
— Когда и где ты будешь хоронить Лизу
— На северном кладбище, возле могилы моего отца. Ты должен помнить. А привезу я тело на днях, похороны планирую в среду.
— Я навещу могилу Лизы, но на похороны не приду. У меня дела.
— Понимаю.
— А теперь иди, у тебя много дел. У меня свои дела. Четкие дела.
Женщина, услышав слово «четкие», непроизвольно поежилась, это для неё он всегда был Толиком, а вот для всех остальных уголовным авторитетом по прозвищу «Четкий».
Она ушла. Анатолий открыл сервант и налил себе полный стаканчик. Он редко пил, лишь иногда, когда был особо встревожен. Приход Настасьи бывшей соседки разбудили в нём тяжелые воспоминания. До пяти лет он воспитывался в детдоме, после его усыновила бездетная пара. Было неплохо пару лет, потом у родителей появились свои дети и Толик стал не нужен. Его не кормили, били, унижали, но обратно сдавать стыдились. Отдушиной мальчику служили соседи Скворцовы, интеллигенты до мозга костей. У них была одна дочь Настя, а глава семьи всегда хотел сына. У Скворцовых он ел и нередко ночевал. После первой ходки приемная семья сразу от него отреклась, и только Скворцовы не забывали посылать гостинцы, а Настя хоть изредка, но писала письма с открытками. Моральный долг был у Анатолия перед этой семьей. В уголовном мире его прозвали «Четким», он всё просчитывал до миллиметра и всегда держался намеченного плана. Никакой самовольности и самоуправства, всё делал, так, как было сказано и оговорено.
Настасья, выйдя из церкви, тут же села на заднее сиденье машины. Где её ждал Анатолий. Женщина была в темных очках и слегка дрожала.
— Толик, спасибо тебе, но что мы наделали
— Настасья
— Нет, я не тебе, я не упрекаю, сама попросила. Просто Лиза после похорон сниться и плачет, и приговаривает: Мама, мама, что ты наделала, он же теперь со мной навсегда будет, он мне в лицо смотрит, прям в лицо. Что ты наделала, мама.
— Успокойся, Настя, это нервы, просто ещё сорок дней не прошло, точнее только сегодня сорок дней. Но на днях, всё пройдет, обещаю, Лиза больше не будет тебе сниться с такими упреками. Я и там все порешаю, обещаю.
— Да как же, Толя Это же тебе не это Это
— Неважно. Я порешаю, я всё порешаю, доверься мне.
Через месяц они вдвоем опять были во дворике старой церкви. Настасья уже не плакала, отрешенно и смиренно сидела у церковной скамейки и думала о чем-то своем. Лишь сухо промолвила:
— Спасибо, уж не знаю, как ты там порешал. Но Лиза перестала сниться на второй день, после нашей встречи. Недавно снилась, улыбалась, говорила, что ей теперь легче лежать, ничто сверху не давит, и Стаса рядом нет. Спасибо, право не знаю, как ты там решаешь в загробном мире.
В машине, поджидая босса, сидели двое, один водитель, другой телохранитель. Водитель бандитской наружности говорил напарнику:
— Вот всегда босс с логикой дружил, всегда четко делал, не зря его Четким зовут. Но что это было, понять не могу. Сначала сказал замочить одного пижона и похоронить его лицом вниз в свежей могиле, прямо на гроб лицом вниз укатать. И всё на место обратно воткнуть и крест, и венки, чтоб никто не догадался, что могилу тревожили. Телка какая- то молодая похоронена там. А потом через месяц говорит, снова выкапывайте и точно также, чтоб не следа взлома. А этот трупак червивый утопить подальше. Такая мерзость была, вот где логика
— Логики нет, раньше лицом вниз вампиров хоронили. Но шеф не такой, чтоб в вампиров верить. Может так ему, и заказали, чтоб пижон следом в могилу ушел за покойной. А ты шефа знаешь, четкий он, как сказали, так и сделает, в точности.

Автор Галинадар

Источник

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *