Главная / Вокруг нас / Увидеть чудо и остаться в живых: как дикарка-Глухоманка встречает непрошенных гостей — День 3

Увидеть чудо и остаться в живых: как дикарка-Глухоманка встречает непрошенных гостей — День 3

Ночевать на вершине было приятно. Не жарко и не холодно, ветра не было. Гора будто смирилась с тем, что мы дошли, преодолев все препятствия. И решила показать нам все чудеса, не только великолепный закат.

В 5 утра ребята отправились фотографировать рассвет, я осталась в палатке. Зачем куда-то идти, если вид на восход был прямо из спальника. Красный шар медленно выполз из-за горизонта, и все горы вокруг вдруг стали выпуклыми, обретя тени. Стланик на них заиграл красками — от светло- к темно-зеленому. Облака разлетелись по небосводу, «отодвигая» его от земли и отражая свет в своих розовато-янтарных клубах.

Я лежала и думала, что за чудные фотографии получатся у Саши и Жени. Но прошло минут 15, и Саша вернулся — снаружи вид еще красивее, но мошка и распухшая рука не позволили ему остаться на улице дольше. Мы расстроились и решили еще подремать.

Через час я очнулась от нависшей серости и пробирающего холода. Кажется, именно так бывает в фильмах, когда над главным героем нависает опасность. Не хватало только мрачной музыки на заднем плане. Я разбудила Сашу, мы выглянули из палатки и увидели, что находимся в облаке — вокруг стелется туман. Решили переждать и, укутавшись, снова уснули.

Еще через час, в 8 утра, мы проснулись от раскатов грома прямо над палаткой. За ее тонкими стенами бушевала стихия — мелькали молнии, дождь лил стеной, громыхало. Стало холоднее. Мы сжались в клубок и ждали, выдержит ли палатка, не ударит ли в нас гроза.

Обошлось. Дождь закончился так же внезапно, как и начался. Мы не стали терять времени — сходили к тригопункту, приготовили чай, гречку с тушенкой. Позавтракали в компании мошкары (это когда открываешь сетку от энцефалитки, кладешь ложку еды в рот и закрываешь энцефалитку, а лучше еще и трясешь ей, отгоняя назойливый гнус). Спрятаться от белоножки было некуда — палатки мы на тот момент мы уже собрали.

Оставалось только сфотографировать окружающую красоту и можно было начинать спуск. Прямо перед нами, напротив вершины, наблюдалось настоящее чудо — зарождались грозовые тучи. Два течения воздуха встречались на Сихотэ-Алине и образовывали настоящее облако!

Мы долго любовались происходящим. Затем, наконец, двинулись в обратный путь. Саша на дорожку выпил пару таблеток «Найза» — окейгугла не получилось, но я смутно помнила, что это противовоспалительное и обезболивающее широкого спектра действия, не только для суставов, ради чего их взял с собой Женя.

В путь мы набрали 3 литра воды и взяли 1 литр чая. Выходили по солнцу — снова лезли сквозь стланик по жаре. Но видели, как там, где нам потом предстояло идти, по хребту выстилаются те самые невероятной красоты облака. И спустя полчаса, поднявшись ко второй безымянной вершинке, мы попали в этот туман.

Это было самое приятное ощущение за весь поход. Мы сидели наверху, остывали в облаке, наслаждались легким ветерком и смаковали горячий чай. Вершина была взята, оставалось только спуститься. И плевать, что снова часть пути — через стланик, мы радовались и никак не могли насидеться.

Но время не ждет. Идти в тумане тяжело, но благодаря навигатору мы справлялись на ура. В какой-то момент мы немножко заплутали и чуть было не слетели с хребта вниз, но вовремя развязавшийся шнурок на моем ботинке обязал нас остановиться и сверить приборы. Поежившись от мысли, что могло случиться, мы двинулись в направлении первой безымянной вершинки, где накануне преждевременно радовались выходу на плато и ели бруснику. Солнышко иногда проглядывало, но в целом, мы комфортно в прохладе дошли до спуска и снова погрузились в заросли маленьких кедров. Ветки в лицо, смола, удары налившихся шишек, попытки удержать равновесие, стоя не кедровой лапе и прижимая ее к земле — часа полтора такого удовольствия, и мы вышли к полянке. Здесь парни снова уткнулись в навигатор и выдали, что по той же тропе идти смысла нет, лучше срезать и пойти отсюда же вниз. Мол, и пусть спуск здесь около 45 градусов, зато быстрее спустимся. Я стала протестовать — не дело менять маршрут в незнакомом месте, стрессов уже и так хватает, угол слишком большой, давайте не будем ничего менять. Пока суть да дело — пошел дождь. Ребята сделали вид, что согласились с моими доводами, и мы стали возвращаться в стланик. Но потом что-то пошло не так, точнее мы пошли не так — и обошли его сбоку, начав спускаться в совершенно другом месте.

Я смирилась с происходящим и доверилась ребятам. Раз в навигаторе пишут, что незачем идти тем же путем — значит, незачем.

Дождь усилился, мы пробирались по заваленному крутому косогору вниз. То и дело поскальзываясь на траве и мокрых ветках, хватаясь за тоненькие стволы березок, елок и какого-то колючего растения (Саша, шедший впереди, постоянно так и предупреждал о встрече с этими микроиголками: «Колючее растение»), спотыкаясь о пни, невидимые в траве, проваливаясь в дырявом мху и постоянно влезая в паутину, я пыталась не отставать от убегающих парней. С виду я, наверное, была похожа на какого-то пьяного танцующего бомжа, постоянно раскидывающего руки и ноги в разные стороны, мокрого и грязного. Каждую минуту мой висок за миллиметр останавливался у какого-нибудь сука, в глаз прилетала ветка, а мошка норовила залететь в горло.

Ближе к концу спуска я-таки встретила «свой» острый и тонкий пенек, напоровшись на него со всей скорости голенью. Крик был такой, что Саша и Женя оказались возле меня за какие-то доли секунды, хотя ушли далеко вперед. Я пыталась снова начать дышать и перестать кричать одновременно, получалось еще и плакать, потому что слезы градом хлынули по щекам. Через секунду поняла, что плачу не только от боли и испуга, а вообще — накопилось. Поэтому дала волю эмоциям и рыдала уже навзрыд, пугая обитателей леса и своих товарищей. Зато после пары минут такой встряски морально полегчало. Нога болела, но настроение улучшилось, хотелось скорее прийти в лагерь.

Мы спускались 5 часов и пришли в лагерь в начале шестого. Мокрые насквозь, голодные и грязные, мы решили ночевать там же у подножья. Раскладывать палатки пришлось под дождем.

Саша меня сразу отправил в палатку, заставил переодеться в сухое (хорошо, что у меня была сменная одежда, и она не намокла), укутал во все пледы и усадил в уголок. Сам разложил все спальники, обустроил все внутри палатки, сгонял к Жене за куском колбасы. Добытчик. Мы жадно откусывали эту колбасу, как два варвара, и смеялись, что докатились до такого. Потом еще нашли в пакете орехи и печенье. Пили оставшуюся сырую воду с вершины. Наконец, согрелись и легли спать. На часах, замечу, было 18.00. Конечно, мы вымотались спуском, но не настолько.

Однако других вариантов провести вечер не было — на улице бушевала стихия, мочить одежду не хотелось. А у Саши и не было сменной, поэтому он просто прятался в спальнике.

Ночь была длинной, очень длинной. В палатке было душно. Мы проваливались в сон, просыпались — светло, просыпались — светло, опять светло, опять. Думаешь, когда же хотя бы ночь наступит. Потом вдруг просыпаемся — темно. Причем настолько темно, что не видно ничего вообще. От такого становится жутковато. Я постоянно ворочалась еще и потому, что если ложилась на бок, то закладывало нос, приходилось садиться-сморкаться-ждать, потом ложиться на спину. Тело уставало спать в одной позе, ушибленная нога ныла. Влажность заставляла постоянно чесаться. А еще ночью в палатке оказалось много гнуса (мы так и не поняли откуда), поэтому мы спали и постоянно били себя по лицу в надежде убить кровопийц.

Думаете, на этом страсти кончились А вот и нет. Жути хватило и на четвертый день похода.

Дарья Червова

Читать еще:

В КИТАЕ , ЗА 18 ЛЕТ ЭКОНОМИКА ВЫРОСЛА В 4 РАЗА

А У НАС Источник

Добавить комментарий