Главная / Вокруг нас / Магифренический синдром (магифрения): духовное расстройство психики

Магифренический синдром (магифрения): духовное расстройство психики

Не всегда очевидно, что есть настоящая духовность, о возрождении которой говорят уже долгие годы, а что – просто психическое расстройство. Так, магифрения (магифренический синдром) характерна для многих жителей земного шара, это не такая уж серьезная, но все-таки проблема, напрямую связанная с верой в сверхъестественное.

Определение:

«Психическое расстройство, нарушение психической адаптации, при котором в мышлении начинают преобладать идеи и представления магического содержания, противоречащие научным представлениям».

Естественно, это относится и к лицам, считающим, что магия способна влиять на законы природы. Это лица, которые верят колдунам, «целителям», а также люди, полагающие что молитва, манипуляции с предметами культа и проч. могут влиять на реальность (на чем активно спекулируют разные шарлатаны, например, авторы фильма «Секрет»). В общем, все зависит не от фундаментальных физических законов, а от желаний человека, божества или от манипуляций, например, с кроличьей лапкой.

На психологическом уровне на самой ранней стадии – это просто заблуждение. Человек необразованный, который не может с научной точки зрения объяснить то или иное явление, вероятно, склоняется к простому решению, и это типично. Без фанатизма это не особенно сказывается на жизни. Однако есть «яркие» проявления, как, например, фанатичные приверженцы культа, чье поведение уже практически не поддается коррекции. Прогрессирующее расстройство влияет на жизнь человека, фактически меняет его полностью. Такие люди – частые посетители экстрасенсов, целителей, служителей культов и проч. Хорошо еще, если это безопасно для окружающих. Надо заметить, что это не врожденное, а социальное явление, и именно поэтому профилактика возможна в рамках социальной сферы. На деле этого нет, наоборот, есть «возрождение духовности», которое на самом деле способствует распространению расстройства, например: «У больных, при религиозном направлении мыслей под влиянием «откровений» дело может дойти до бреда пророчества, до представления, что они избранники божии и мессии, причем обнаруживается стремление совершать публичные богослужения, приобретать сторонников» (Пашковский В. Э. Психические расстройства с религиозно-мистическими переживаниями).

За примерами далеко ходить не надо. К большому сожалению, такие люди, именно фанатики, зачастую считаются не только нормальными, но к их мнению часто прислушиваются на высшем уровне, такие лица, вероятно, есть даже в органах власти.

Ощущение «сверхъестественного» возникает при отключении мозговых тормозов. Мистический опыт можно описать по-разному: кто-то чувствует присутствие неких высших сил, кому-то открывается высшее знание, у кого-то меняется восприятие и т. д. У кого-то «мистика» случается в больнице, в палате интенсивной терапии, кого-то странные видения посещают при погружении в медитативный транс. (Уточним, что мы говорим не о клинических расстройствах, вроде шизофрении – при мистическом опыте человек понимает, что с ним случилось нечто необъяснимое, выходящее за пределы разумения.) Так или иначе, даже если сделать все возможные поправки на субъективность таких переживаний и на многозначность самого понятия «мистический», нечто общее в подобных случаях есть – а это значит, что здесь существует какая-то общая физиология. То есть такие странные переживания, скорее всего, сопровождаются сходными реакциями в мозге. Нейробиологические гипотезы, объясняющие мистический опыт, обычно делятся на две части: одни говорят, что в мозге существует некий генератор трансцендентного – особая зона, которая, активируясь, дарит нам некие странные переживания, другие же утверждают, что всё дело не столько в конкретной зоне, сколько в том, что в мозге не слишком хорошо работает система торможения.

Здесь следует напомнить, что работа нервной системы в целом выглядит как чередование волн возбуждения и торможения. Для того, чтобы согнуть руку, нужно возбудить группу мышц-сгибателей и затормозить группу мышц-разгибателей, а для того, чтобы отрегулировать мышечную силу, нужно вовремя погасить возбуждение в тех нейронах, которые побуждают мышцу сокращаться. То же самое происходит и в эмоциях, и в мышлении. Для того, чтобы унять нейрон, генерирующий возбуждающий сигнал, должен включиться другой нейрон – ингибиторный, или нейрон торможения, который, активировавшись сам, подавит активность возбудительного нейрона. Иными словами, торможение – не просто «отключение мозга», как может показаться. При торможении мозг работает, как и работал, просто теперь в нём активируются другие нервные пути. И, если эти самые пути вдруг сломаются, если их активность упадёт, то нервной системе грозит перевозбуждение, что может проявляться и в неправильной работе мышц, и в эмоциональной нестабильности, и вообще в поведении.

Вернёмся к гипотезам, объясняющим мистический опыт. Джордан Графман (Jordan Grafman) из Северо-Западного университета вместе с коллегами из других научно-медицинских центров США и Новой Зеландии проанализировал состояние мозга у почти полутора сотен ветеранов Вьетнамской войны. Все они проходили психологические тесты до того, как их отправляли в места боевых действий, и после возвращения оттуда. Некоторые из солдат получили травмы мозга, и многие из них вдруг стали видеть членов своей семьи, которых на самом деле не было рядом, а то и слышать слова, исходящие, как они говорили, от некоего высшего существа. Мистический опыт оценивали по специальной шкале (оказывается, есть и такая). Результаты психологических тестов подкреплялись результатами компьютерной томографии мозга.

В статье в Neuropsychologia авторы пишут, что самые сильные трансцендентные переживания случались у тех, у кого были повреждены лобные и височные доли мозга, причём особенно это касалось дорсолатеральной префронтальной коры – если травма затрагивала её, то в большинстве случаев можно было ожидать мистических откровений. Дорсолатеральная префронтальная кора генерирует тормозящие импульсы, о которых шла речь выше; то есть, с определённой долей уверенности можно утверждать, что именно отказ «тормозных систем» мозга отрывает нам «двери восприятия». Лобные доли отвечают за массу всего, от мышечного контроля до памяти и речи, так что они вполне могут создать нечто сложное и мистическое – конечно, если им не мешать. По мнению нейробиологов, «тормозные колодки» (то есть дорсолатеральная префронтальная кора) помогают выстроить сложное объяснение наблюдаемым феноменам, причины которых неочевидны и которые проще всего списать на вмешательство сверхъестественных сил.

В пользу нового исследования говорит сравнительно большое число участников, а также то, что у них анализировали психологическое состояние как до, так и после травмы. Но ведь мистические явления начинаются не только из-за сотрясения мозга

Здесь можно вспомнить статью 2012 года нейрофизиологов из британского Имперского лондонского колледжа, которые изучали влияние псилоцибина на психику: оказалось, что он не стимулирует, а, наоборот, угнетает нервные пути – в частности, те, что отвечают за дозирование и координацию информационных потоков. Конечно, у некоторых людей встреча с непостижимым случается вообще без каких-либо усилий с их стороны – что ж, в таких случаях, вероятно, всё упирается в генетические особенности, из-за которых тормозящие нейроны работают не в полную силу. Заметим, что исследователи не оценивают, насколько истинны открывающиеся перед мистическими визионерами картины мироздания – речь идёт лишь о том, чтобы описать некий феномен, описать его нейробиологический механизм. При желании всё можно объяснить сверхъестественной силой, которая отключает нейронные тормоза своему избраннику – как известно, плюс любой веры в том, что с её помощью можно объяснить что угодно и как угодно.

Вера во всеобщую обусловленность и взаимосвязанность. В общем, в самом глобальном смысле это так и есть, но в нашей ситуации она приобретает следующую форму: случайностей — не бывает. Поэтому, если происходит что-то неожиданное — это результат чьего-то замысла. Самым универсальным магическим механизмом здесь является концепция кармы, позволяющая в принципе устранить из мира всякую случайность. Потому что если допустить в сознание мысль о том, что со мной или с миром может произойти все, что угодно, и при этом безо всякого моего или чужого замысла, то это, с одной стороны, обнажает мою незначительность перед лицом Вселенной, а с другой — лишает ощущения хотя бы иллюзорной, но безопасности. Например, идет человек по дороге, наступает на муравья — и тот погибает. Есть ли тут чей-то высший замысел, или данное обстоятельство — результат стечения множества обстоятельств, и если бы человек замешкался на секунду, то погиб бы другой муравей Для спокойствия выживших муравьев будет лучше, если бы гибель их сотоварища была бы признана не случайной. И что при помощи специальных действий и анализа ситуации можно избежать повторения ситуации.

Люди, гибнущие в авиакатастрофах, под рухнувшими домами, под колесами автомобилей — они гибнут в результате некого высшего замысла, закона кармы, или просто потому, что в неудачное время оказались в неудачном месте Люди, которые выживали во всех этих передрягах — их спасла Высшая сила, или та же нелепая случайность, которая уничтожила остальных Спокойнее, намного спокойнее будет принять первый вариант, как бы он ни звучал — Бог, карма, Судьба и так далее. На случайность повлиять невозможно. А идея всеобщей закономерности позволяет «просчитывать» ее. Например, уверовать в то, что раз нечто спасло тебя сейчас, значит, будет спасать и впредь. В этом отличие магического мышления от реалистического — повышение ощущения безопасности организуется за счет подбора правильной интерпретации, а не за счет конкретных практических действий (в случае с муравьями — сменить маршрут, по которому они бегают).

Еще один аспект первой базовой установки — вера в «сделанность мира», характерная для детского возраста. Помню, как моя младшая дочка ответила на вопрос, знает ли она, откуда берутся пеньки. «Ну, сначала люди сделали дерево, а потом бревно, а потом его срубили и пенек получился». Люди сделали мир — это установка в детском возрасте. Во взрослом возрасте эта установка трансформируется в идею всеобщей причинности — все в мире существует для чего-то и происходит тоже с некой заданной целью. Это видно в такой словесной конструкции: «испытания нам даются для личностного роста» (здесь сразу два аспекта: вера в то, что что-то специально дает испытания, и в то, что эти испытания имеют конкретную цель и смысл).

Вторая базовая установка — вера в объективность собственного субъективного опыта (если я это чувствую — то это правда, это не может быть иллюзия, самообман, галлюцинация). Это безусловное доверие собственному восприятию. Если я видел инопланетян, которые меня похищают, то скорее приму мысль о существовании инопланетян, чем мысль, что я сошел с ума. Но как раз наше восприятие — крайне субъективная и недостоверная вещь. Девушки, страдающие нервной анорексией, представляют самый наглядный пример: несмотря на то, что они выглядят как скелеты, себя они видят совершенно иначе. Кривое зеркало восприятия отражает жир, а не кости. И это кривое зеркало (правда, разной степени кривизны) — у всех у нас. Без исключения. Вспомните персонажа из «Трое в лодке, не считая собаки» Дж.К.Джерома, который, читая медицинский справочник, нашел у себя симптомы практически всех болезней.

Другой гранью веры в собственную объективность является «здравый смысл» — совокупность житейского опыта, и в силу этого он может быть как очень точно отражающим реальность (в той сфере, в которой у человека действительно много опыта), и очень далеким от истинности (там, где непосредственного опыта — нет). Здравый смысл по определению ограничен, обусловлен жизнью человека. Хорошая вещь, если помнить о границах его применения.

Наконец, третьей установкой выступает вера в способность мыслей непосредственно воздействовать на внешний мир. Если добавить еще классический магический принцип «симпатии» — «подобное притягивает подобное», плюс первую базовую установку о том, что случайностей не бывает, и подкрепить все верой в собственную объективность, то можно получить идею о том, что хорошие мысли притягивают хорошие вещи и события, а плохие мысли — все плохое. И при этом подтвердить на собственном опыте… Вспоминаю про поверье среди советских солдат во время Великой Отечественной — не писать свои имя и фамилию на специальных бумажках, которые служили в Красной Армии вместо опознавательных жетонов. Если напишешь — накличешь смерть… И тот, кто выжил, мог сослаться на справедливость этого суеверия. Забыв о миллионах тех, кому не помог этот магический ритуал.

Не думай о смерти — и смерть исчезнет. Это как ребенок верит: спрячешься под одеялом — станешь незаметным для родителей, или для всяких страшилок… Есть в этой третьей установке скрытая, но подразумеваемая идея грандиозности человека, даже отдельно взятого (ведь я могу своими мыслями влиять на происходящее во Вселенной!). Идея, понятная в маленьком первобытном мире, откуда и берет свое начало мифологическое сознание с магическим мышлением. Человек силою мысли и ритуала может заставить облака пролиться дождем, деревья — плодоносить, врагов — заболеть страшной болезнью…

Автор: Латыпов Илья Владимирович. Психолог, кандидат психологических наук.

Читать еще:

Как в тюрьмах СССР «ломали» воров в законе

Всерьез за воров в законе взялись в середине 50-х годов в СССР, где на тот …

Добавить комментарий