Главная / Вокруг нас / «Снились люди, убитые мною в детстве»

«Снились люди, убитые мною в детстве»

Аркадий Петрович Гайдар родился 9 (22) января 1904 года. О создателе персонажей, полюбившихся нескольким поколениям советских детей, современники далеко не всегда отзывались положительно. Многие рассказывали о его непростом характере, склонности к депрессиям, неоднократном лечении в психиатрических клиниках, а также о зверствах, учиненных Голиковым – такова настоящая фамилия писателя – во время Гражданской войны.

«В 1925 году в редакцию ленинградского альманаха «Ковш» пришел высокий и очень складный молодой человек, светловолосый, светлоглазый…

Он положил на стол несколько исписанных тетрадок и сказал:

— Я Аркадий Голиков. Это мой роман. Я хочу, чтобы вы его напечатали…

На вопрос, писал ли Голиков что-нибудь прежде, он ответил:

— Нет. Это мой первый роман. Я решил стать писателем.

— А кем вы были раньше и кто вы теперь

— Теперь я демобилизованный из Красной Армии по контузии. А был комполка».

Константин Федин

«Тут появилась раздражительность, злобность. Появилось ухарство, наплевательское отношение ко всему, развинченность… Стали появляться приступы тоскливой злобности, спазмы в горле, сонливость, плакал».

Из анамнеза, составленного со слов Гайдара

«Речь идет о самом настоящем психическом заболевании, регулярно приводившем Гайдара в лечебные заведения. Не так-то долго он пробыл на Дальнем Востоке, но за это время дважды побывал в психиатричке».

«Мне пришлось за мою долгую жизнь иметь дело со многими алкоголиками — запойными, хроническими и прочими. Гайдар был иным, он зачастую бывал «готов» ещё до первой рюмки. Он рассказывал мне, что детально обследовавшие его врачи вывели такое заключение: алкоголь — только ключ, открывающий дверь уже разбушевавшимся внутри силам».

Борис Закс, журналист, друг Гайдара

«Утром Голиков выпускал их по одному и стрелял в затылок. Или как он объявил одному аилу: «Если не скажете, где скрывается Соловьёв, расстреляю весь аил». И действительно, выстроил всех, и женщин, и стариков, и детей в одну линейку и всех перекосил из пулемёта. По одной версии 86 человек, по другой — 134».

Михаил Кильчичаков, житель Хакасии

«Он не только маленьких, но и стариков не любил, убивал. Рубил и в воду приказывал кидать, кровь всегда в озере красная была».

Георгий Топанов, хакасский писатель

«Снились люди, убитые мною в детстве».

Из дневника Гайдара

«О Гайдаре-писателе я говорить не буду. Книги его широко известны. О них написано много хороших и справедливых статей. Я хочу просто рассказать о том Аркадии Гайдаре, которого я знал и с которым дружил в последние годы его жизни.

Я написал слова «просто рассказать» — и понял, что это, конечно, совсем не так просто. Это очень трудно — воссоздать образ ушедшего от нас человека без всяких прикрас, без того, чтобы не изображать его сусальным и шаблонным героем.

Иные воспоминания о Гайдаре как раз грешат этим. За мишурой, за слащавым умилением исчезает подлинный Гайдар — человек сложный, временами трудный, во многом противоречивый, как большинство талантливых людей, но обаятельный, простой и значительный в любом своем поступке и слове».

Константин Паустовский

«На первый взгляд он производил впечатление рубахи-парня, был общителен, добродушен, весел, но скоро я убедился, что это человек со сложным характером, что за простоватой непосредственностью скрывается зоркий глаз, трезво оценивающий людей и их поступки, что он переменчив в настроении, может даже впадать в мрачность, и что часто он ищет общества людей, чтобы заглушить какую-то внутреннюю тревогу и чувство одиночества».

Иван Халтурин, редактор

«И не подумайте, пожалуйста, что был он несчастлив, таил в себе какую-то беду или обиду. Несчастливые люди не пишут такие книги, какие написал он, и уж, конечно, не совершают веселые и даже озорные поступки.

Как многие физически и духовно сильные люди, он был добр. Как почти все добрые — легко раним. Не боялся боли, холода, жажды. Но совершенно не мог выносить грубость, хамство. Тогда — срывался. Тогда темнели глаза, начинал подергиваться левый уголок губы. Тогда он мог быть даже опасен.

Это теперь звучит красиво, романтично: в пятнадцать командовал взводом, в семнадцать стал командиром полка. Но стоит задуматься, какая тяжесть ложилась на плечи такого командира.

Когда Аркадий Гайдар стал командиром, за ним, отдающим приказ, посылающим людей в бой, может быть, и на гибель, стоял еще зачастую не суровый Дисциплинарный устав, а лишь личный авторитет. Каково завоевать и удержать такой авторитет командиру, если многие из бойцов годятся ему в отцы

Он хорошо знал войну, ее кровь, ее пот, ее жестокость. Но это была война за правое дело, и он любил свою боевую молодость, «очень дымное, тревожно-счастливое время».

Тимур Гайдар, сын писателя

© Дилетант

Читать еще:

Князь Сергей Волконский

Князь Сергей Григорьевич Волконский отличился в сражениях Отечественной войны 1812 года он взял в плен …

Добавить комментарий