Главная / Вокруг нас / Кто такие хёвдинги

Кто такие хёвдинги

Скандинавы вступили в «эпоху викингов», унаследовав от предыдущих веков крепкую родоплеменную организацию.

Единство родового коллектива было зафиксировано в понятии fraendr (franta, frinta) — «родичи». Прежде всего, в их число входили, согласно «Эдде» Снорри Стурлусона, все поколения кровных родственников по мужской линии. Кроме того, существовала особая ритуальная процедура, позволявшая принять в состав «родичей» чужака, который таким образом становился полноправным членом рода.

Залогом единства «родичей» было неотчуждаемое, священное, родовое земельное владение — одаль (oðal). В случае переселения на новое место, занятый участок земли подвергался обряду «освящения» (helga sér landit) — переселенцы обносили его границы огнем, что знаменовало вступление в права собственности на землю. Владение землей на протяжении четырех поколений превращало ее в одаль.

Совладельцы одаля (ближайшие родственники трех поколений по мужской линии) носили титул — «господин земли», «хозяин» (бонд). Рано или поздно из их числа выделялся один или несколько наиболее сильных и влиятельных лиц, которых называли «могучие бонды». Постепенно они образовали прослойку родовой знати, опиравшейся на крупные наследственные земельные владения и многочисленные семьи, включавшие домочадцев и лично зависимых работников — слуг и рабов. В древнескандинавских памятниках «могучие бонды» называются хёвдингами, херсирами, ярлами, «малыми конунгами» и т. д.

Термин хёвдинг, скорее всего, значит «предводитель народа» (от höf — главный, глава и ðing — тинг, вече). Но, возможно также, что первый корень происходит от «хоф» (hof) — святилище. Во всяком случае, в языческие времена хёвдинги выполняли также и жреческие функции. В «Саге о Хаконе Добром» приводится перечень норвежских вождей, руководивших жертвоприношениями в Мэрии в середине Х в.: четверо хёвдингов из Внешнего Трандхейма и столько же из Внутреннего Трандхейма. Они же играли ведущую роль в своих округах. Усадьбы этих хёвдингов, занимавшие стратегически важные места, служили административными центрами и использовались для сбора податей с населения.

Удачливый, наделенный сакральной силой вождь должен был принести людям процветание — «хорошие времена» (fred). За это сородичи обеспечивали хёвдинга и его людей всем необходимым.

Хёвдинги окружали себя дружинами. Известно, что норвежские хёвдинги и ярлы возглавляли фюльк (fylki) — округ, который выставлял 12 кораблей, с 60–70 воинами на каждом судне. Глава фюлька обычно снаряжал собственный корабль с дружиной.

Располагая собственными военными отрядами, хёвдинги могли организовать военные походы или торговые экспедиции. В так называемом «рассказе Оттера», записанном в присутствии английского короля Альфреда Великого около 890 г., говорится, что Оттер, норвежский хёвдинг, живший неподалеку от современного Тромсё, предпринял плавание далеко на восток и добрался до земли «беормов» — легендарной Биармии (топоним пока что не имеет общепринятой локализации).

Случалось, что хёвдинги оседали в чужой земле и превращались в конунгов (королей). В ирландских анналах читаем, что в 839 г. норвежский хёвдинг Тургейс, прибывший в Северную Ирландию во главе большой флотилии, провозгласил себя «конунгом над всеми чужестранцами в Эрин». Завоеватели построили несколько приморских крепостей, главная из которых носил название Дублин (по-ирландски, «черная заводь»). Население было обложено тяжелыми податями, но главное, викинги вознамерились вернуть местных жителей, которые уже четыре века исповедовали христианство, к языческим верованиям. Спустя пять лет возмущенные ирландцы подняли восстание, Тургейс был утоплен в море.

Со временем, впрочем, норвежцы сами крестились, а один из их предводителей даже принял монашество. К началу X в. завоеватели уже прочно укоренились среди ирландцев: «В каждом округе был норвежский конунг, в каждом клане — хёвдинг, в каждой церкви — аббат, в каждой деревне — судья, в каждом доме — воин», — пишет ирландский анналист. Пустовавшие земли были поделены между пришельцами. Согласно «Книге о заселении Исландии», для этого достаточно было зажечь костры по границам земельного участка, который можно было обойти за один день. Землевладельцем дозволялось стать и женщине — ей доставалось вся земля, которую она обходила до захода солнца, с коровой в поводу. Хёвдинги, присвоившие самые обширные наделы, затем распределяли их между родственниками и другими переселенцами на условиях вассальной службы.

Эти внезапно разбогатевшие самозваные «короли» не пользовались уважением среди настоящих конунгов. «Сага об Ингваре Путешественнике» упоминает о сватовстве Аки — хёвдинга из Свитьода (Швеции) — к дочери Эйрика Победоносного: «Конунгу показалось унизительным выдать свою дочь замуж за человека незнатного происхождения», и хёвдинг получил отказ. Позже дочь Эйрика была отдана в жены «конунга с востока из Гардарики». Оскорбленный Аки вторгся в Гардарики, убил соперника, а дочь Эйрика силой увез в Свитьод и женился на ней. От этого брака родился Эймунд, отец заглавного героя саги.

Впрочем, чаще всего удачи в заморских краях искали не сами хёвдинги, а их младшие сыновья, у которых было мало шансов добиться высокого положения на родине. «Сага об Эгиле» рассказывает, что хёвдинг Скаллагрим никогда не ходил в походы, в отличие от его младшего брат Торольва, который с юных лет привык быть «в викинге» (грабительском набеге). Двое других персонажей той же саги — Берганунд и Атли — наследуют высокое положение отца, о брате же их Хадде говорится, что он «ходил в викингские походы и редко бывал дома». Младшим сыном в знатном роду был и легендарный завоеватель Нормандии Роллон (в исландских сагах — Хрольв Пешеход), уступивший отцовский титул старшему брату и отправившийся на поиски подходящего куска земли.

Нередко эти викинги, и возмужав, сохраняли зависимость от родителей-хёвдингов. Торольв снарядил корабли и воинов в свой первый поход за счет отца. Другой герой «Саги об Эгиле», Бьярн, который «плавал по морям иногда как викинг, а иногда занимаясь торговлей», однажды должен был изменить свои планы и отправиться вместо викингского похода в торговую поездку, так как отец сказал ему: «И не надейся, боевого корабля и людей я тебе не дам».

Привыкнув быть полновластными господами в своей округе, хёвдинги оказывали упорное сопротивление королевской власти, утверждавшей в северных странах новые порядки и новую религию. В «Пряди об Эймунде» конунг Олав Святой убивает девятерых хёвдингов, в том числе отца Эймунда, и забирает себе их земли. Но затем «могучие бонды» берут над ним верх и в 1030 г. убивают его в битве при Стикластадире.

Предводителем бондов в Трандхейме и одним из самых могущественных людей в Норвегии начала XI в. был Эйнар Потрясатель тетивы. Датский король Кнут I Великий считал его самым благородным человеком в стране из людей, не имеющих высокого достоинства. Снорри Стурлусон характеризует его следующим образом: «Эйнар Потрясатель тетивы был наиболее выдающимся предводителем всех бондов в Трандхейме. Он защищал их на тинге от преследований со стороны людей конунга. Эйнар был хорошо осведомлен в законах. У него не было недостатка в энергии отстаивать свое мнение на тингах, даже в присутствии самого конунга. Все бонды его поддерживали». Это гневало конунга Харальда Сурового, сына Сигурда. Однажды, наблюдая многочисленную свиту Эйнара, Харальд сказал вису (вид скальдической поэзии): «Могучий хёвдинг надеется занять трон конунга; я часто думаю, что не столь многолюдная дружина следует и за ярлом. Этот воин, Эйнар, прогонит меня из страны, если только ему не придется поцеловать тонкие уста топора». К его радости вскоре Эйнар был убит.

Неизбежность крушения родоплеменного строя и объединения страны вокруг фигуры короля острее всего чувствовали младшие родичи хёвдингов. «Сага об Эгиле» рассказывает о войне Харальда Прекрасноволосого, в ту пору конунга Вика — одной из южных областей Норвегии, с исландскими конунгами. Хёвдинг Квельдульв («Вечерний Волк»), дед Эгиля, отец скальда Скаллагрима и викинга Торольва, предпочел держаться в стороне от этой схватки, но прозорливо заметил, что младший его сын, Торольв, который сейчас «в викинге», наверняка не откажется пойти на службу к Харальду. И точно, вернувшись, Торольв упрекнул отца и брата за то, что они упустили случай стать дружинниками конунга, — одними из «самых выдающихся мужей», которых «уважают больше, чем кого бы то ни было здесь в стране». Торольв отринул родовую солидарность и без обиняков заявил: «Я очень хочу попасть в их число, если только они пожелают меня принять». Препятствий к этому не возникло, и он вместе со «своими людьми», вступил в дружину Харальда.

Термин «хёвдинг» в норвежском, шведском и немецком языках дожил до наших дней в качестве обозначения племенного вождя. В шведском, кроме того, от него образованы слова губернатор (Landshövding) и магистр права (Häradshövding) — последний в силу того, что в старину был наделен определенной административной властью.

© Сергей Цветков

Читать еще:

Странные знания Догонов.

В 1931 г. известный французский этнограф профессор Марсель Гриоль, путешествуя по Западной Африке, побывал у …

Добавить комментарий