Главная / Вокруг нас / ВРЕМЯ, КОТОРОГО НЕ БЫЛО. ч.1

ВРЕМЯ, КОТОРОГО НЕ БЫЛО. ч.1

время, которого не было. ч.1 почему трагически закончилась попытка эвакуации защитников севастополя в 1942 годуавтор: виктор александрович медведев – ветеран вмф сссреще в детстве я слышал от

Почему трагически закончилась попытка эвакуации защитников Севастополя в 1942 году

Автор: Виктор Александрович Медведев – ветеран ВМФ СССР

Еще в детстве я слышал от отца о том жестоком, трагическом финале в Севастополе, районе 35-й береговой батареи и мыса Херсонес, на завершающем этапе обороны в начале июля 1942 года. Ему, молодому лейтенанту, авиамеханику ВВС ЧФ, удалось выжить в той «человеческой мясорубке». Он вернулся и освобождал от фашистов свой родной Севастополь в мае 1944 года.

Отец не очень любил рассказывать о войне, но я продолжал собирать материалы о последних днях обороны, и судьба преподнесла мне неожиданный подарок.

Среди документов Государственного архива Севастополя оказались «Воспоминания участника обороны Севастополя И.А. Бажанова об эвакуации из осажденного Севастополя группы работников ВВС 2 июля 1942 г.», где он, как очевидец, описывает историю с гидросамолетом, которая почти полностью совпала с моими детскими воспоминаниями.

И все же где-то, в глубине души, тлело щемящее чувство горечи и обиды за наших отцов и дедов. Думаю, что не только я, но и не одно поколение севастопольцев задавалось вопросом: «Неужели нельзя было организовать эвакуацию, избежать массовой гибели и плена десятков тысяч героических защитников нашего города»

В ОЖИДАНИИ СПАСЕНИЯ

В последние дни обороны прижатые к морю люди, бойцы и командиры, гражданские жители, тщетно ожидали «эскадру» как единственную надежду на спасение. Отчаявшись, многие стрелялись. Пытались спастись на самодельных плотах, досках, уплывали в море, тонули.

Катерами, самолетами и подводными лодками с 1 по 10 июля удалось вывезти на Кавказ часть раненых и с разрешения Ставки в ночь на 1 июля командование Севастопольского оборонительного района (СОР), партактив и руководство города. Всего 1726 человек.

Руководить обороной был оставлен генерал-майор П.Г. Новиков, его помощником по морским вопросам (организация эвакуации) – капитан 3 ранга Ильичев. Осталось 78 230 бойцов и командиров, не считая гражданских. Большинство из них были ранены. Но эвакуация не состоялась. Они все попали в плен или погибли с оружием в руках.

Почему так получилось Ведь те же военачальники, Петров, Октябрьский, спланировали и более чем успешно провели эвакуацию защитников Одессы с 1 по 15 октября 1941 года.

Было вывезено: 86 тыс. военнослужащих с вооружением, 5941 раненый, 570 орудий, 938 автомашин, 34 танка, 22 самолета и 15 тыс. гражданского населения. Только в последнюю ночь, за десять часов, «под носом» у немцев, были эвакуированы с занимаемых позиций четыре дивизии с тяжелым вооружением (38 тыс. человек).

После разгрома Крымского фронта в мае 1942 года Октябрьский, стянув для эвакуации трех армий из ближайших баз все катера, тральщики, буксиры, баржи, баркасы, вывез из Керчи на Тамань с 15 по 20 мая более 130 тыс. человек (42 324 раненых, 14 тыс. гражданских), самолеты, «Катюши», орудия, автомашины и 838 тонн грузов. В условиях яростного противодействия немцев, используя для прикрытия флотскую авиацию с кавказских аэродромов. Указания Ставки ВГК на эвакуацию были выполнены. Военные выполняют приказы. Без приказа эвакуация невозможна.

Тогда, весной 1942 года, положение на фронтах было критическим. Поражение под Ржевом и Вязьмой, разгром наших войск под Харьковом, беспрепятственное наступление вермахта на Сталинград и Северный Кавказ. Чтобы осознать весь трагизм сложившейся ситуации, когда судьба нашего народа «висела на волоске», достаточно вдумчиво прочитать приказ НКО № 227, известный как «Ни шагу назад!». Нужно было любой ценой выиграть время, задержать наступление немцев, не дать врагу захватить Баку и Грозный (нефть). Здесь, в Севастополе, «перемалывались» части вермахта, решалась судьба Сталинграда, закладывались основы Великого Перелома во Второй мировой войне.

ОБ ЭВАКУАЦИИ И НЕ ДУМАЛИ

Сейчас, когда доступны материалы из наших и немецких архивов, можно сравнить потери в последние дни обороны, наши в 1942 году и немецкие в 1944 году, а также вопросы эвакуации. Понятно, что вопрос о нашей эвакуации заблаговременно даже не рассматривался. Более того, в директиве Военного совета Северо-Кавказского фронта от 28 мая 1942 года № 00201/оп было категорически сказано: «1. Предупредить весь командный, красноармейский и краснофлотский состав, что Севастополь должен быть удержан любой ценой. Переправы на кавказский берег не будет… 3. В борьбе против паникеров и трусов не останавливаться перед самыми решительными мерами».

Еще за пять дней до начала третьего наступления (2–6 июня) немцы начали массированную авиационную и огневую подготовку, ведя методический, корректируемый артиллерийский огонь. В эти дни самолеты люфтваффе сделали вылетов больше, чем за весь предшествующий семимесячный период обороны (3069 самолето-вылетов), сбросили на город 2264 тонны бомб.

А на рассвете 7 июня 1942 года немцы перешли в наступление по всему фронту СОР, периодически меняя направление главного удара, пытаясь ввести в заблуждение наше командование. Завязались кровавые бои, часто переходящие в рукопашные схватки. Сражались за каждую пядь земли, за каждый ДОТ, за каждый окоп. Рубежи обороны по нескольку раз переходили из рук в руки.

После пяти дней интенсивных, изнуряющих боев немецкое наступление стало выдыхаться. Немцы совершили 1070 боевых вылетов, сбросили 1000 тонн бомб, потеряли убитыми и ранеными 10 300 человек. В отдельных подразделениях потери были до 60%. В одной роте к вечеру осталось только 8 солдат и 1 офицер. Критическая обстановка складывалась с боеприпасами. По признанию самого В. фон Рихтгофена, командира 8-го авиационного корпуса люфтваффе, бомб у него осталось всего на полтора дня интенсивной бомбардировки. Не лучше было положение и с авиабензином. Как писал Манштейн, командующий 11-й армией вермахта в Крыму, «судьба наступления в эти дни, казалось, висела на волоске».

12 июня командование СОР получило приветственную телеграмму от Верховного Главнокомандующего И.В. Сталина: «…Самоотверженная борьба севастопольцев служит примером героизма для всей Красной Армии и советского народа. Уверен, что славные защитники Севастополя с честью выполнят свой долг перед Родиной». Казалось, перевес сил будет на нашей стороне.

Мог ли в той обстановке командующий СОР Ф.С. Октябрьский поднимать вопрос о планировании эвакуации войск Уже после войны главком ВМФ Н.Г. Кузнецов напишет, что до последнего момента была уверенность, что Севастополь удастся удержать.

«…В таком грандиозном сражении, которое происходило за Севастополь, никто не мог предусмотреть, когда возникнет критическое положение. Приказ Ставки, весь ход военной обстановки тех дней на фронтах требовали драться в Севастополе до последней возможности, а не думать об эвакуации. Иначе Севастополь не сыграл бы своей большой роли в борьбе за Кавказ и косвенно, за Сталинград. Армия Манштейна не понесла бы таких потерь и была бы переброшена раньше на новое важное направление.

Когда немцы придвинулись к последним рубежам севастопольцев на м. Херсонес и все водное пространство стало простреливаться, посылать туда транспорты или боевые корабли стало невозможно…. И меньше всего следует упрекать в непредусмотрительности местное командование, которому была дана директива драться до последней возможности… в обстановке напряженных боев они не могли заниматься разработкой плана эвакуации. Все их внимание было сосредоточено на отражении атак противника».

И далее: «…никакая другая инстанция не должна была заботиться о защитниках Севастополя так, как Главный морской штаб под руководством наркома… ничто не освобождает от ответственности нас, флотских руководителей в Москве».

К 20 июня немцы сбросили на город более 15 тыс. тонн авиабомб, исчерпав все свои запасы. Вместо бомб с самолетов стали сбрасывать рельсы, бочки, паровозные колеса. Штурм мог бы захлебнуться. Но немцы получили подкрепление (три полка пехоты и 46-ю дивизию с Керченского полуострова) и успели подвезти 6 тыс. тонн бомб, захваченных ими на складах разгромленного в конце мая Крымского фронта. Перевес сил оказался на стороне врага.

В ночь с 28 на 29 июня фашисты скрытно переправились на южный берег Севастопольской бухты силами двух дивизий (22-я и 24-я пехотные дивизии) и оказались в тылу наших войск. Наступление немцев с фронта не ослабевало. Оборона внешних рубежей потеряла всякий смысл. В уличные бои немцы не вступали, действовали артиллерия и авиация. Сбрасывали листовки, мелкие зажигательные и тяжелые фугасные бомбы, методично разрушая горящий город.

Позднее Манштейн напишет: «В целом во 2-й мировой войне немцы никогда не достигали такого массированного применения артиллерии, как в наступлении на Севастополь». 29 июня в 22 часа командование СОР и Приморской армии перешло на 35-ю береговую батарею (ББ) – резервный КП флота. Туда же, с боями, стали отходить и наши части.

НЕПРЕОДОЛИМЫЕ ОБСТОЯТЕЛЬСТВА

А возможна ли была эвакуация в принципе в условиях блокады с моря и с воздуха, под непрерывным артобстрелом и бомбоштурмовыми ударами, при полном господстве в воздухе вражеской авиации

Радиус действия нашей авиации с аэродромов Кавказа и Кубани не позволял использовать ее для прикрытия с воздуха. В последующие пять суток 450–500 самолетов 8-го воздушного корпуса генерала фон Рихтгофена беспрерывно, днем и ночью, бомбили город. В воздухе находились, сменяя друг друга, одновременно 30–60 вражеских самолетов.

Грузиться на катера можно было только ночью, а летние ночи короткие, но немцы бомбили и ночью, применяя осветительные авиабомбы. Огромная масса людей (около 80 тыс. человек) скопилась на узкой полоске – всего 900–500 метров – необорудованного побережья, у 35-й ББ и м. Херсонес. Были там и гражданские жители города – в надежде на плановую (по слухам) эвакуацию.

Немцы с Константиновского равелина, с другого берега Севастопольской бухты, прожектором освещали взлетно-посадочную полосу херсонесского аэродрома. Практически каждая бомба, каждый снаряд находил свою жертву. Была невыносимая летняя жара. В воздухе стоял стойкий трупный запах. Роились полчища мух. Еды практически не было.

Но больше всего люди страдали от жажды. Многие пытались пить морскую воду, их тут же рвало. Спасались тем, что пили собственную мочу (у кого она была), процеживая ее через тряпки. Немецкая артиллерия простреливала все водное пространство, подход судов был невозможен. Время для эвакуации было безвозвратно упущено. Это понимали и в Ставке ВГ, и в штабе Северо-Кавказского фронта, но делали все, что было реально возможно в той сложной, критической ситуации.

Директиву Буденного связисты 35-й ББ получили в 22 ч. 30 мин. 30 июня. «1. По приказанию Ставки Октябрьскому, Кулакову срочно отбыть в Новороссийск для организации вывоза из Севастополя раненых, войск, ценностей. 2. Командующим СОР остается генерал-майор Петров. В помощь ему выделить командира базы посадки на правах помощника с морским штабом. 3. Генерал-майору Петрову немедленно разработать план последовательного отвода к местам погрузки раненых и частей, выделенных для переброски в первую очередь. Остаткам войск вести упорную оборону, от которой зависит успех вывоза. 4. Все, что не может быть вывезенным, подлежит безусловному уничтожению. 5. ВВС СОР действуют до предела возможности, после чего перелетают на кавказские аэродромы».

Пока шифровку обрабатывали и искали генерала Петрова, он со своим штабом уже был в море, на подлодке Щ-209. Петров пытался застрелиться. Окружающие не дали, отобрали пистолет. Одновременно штаб ЧФ в Новороссийске (контр-адмирал Елисеев) получил указание:

«1. Все находящиеся в строю катера МО, подводные лодки, сторожевые катера и быстроходные тральщики последовательно отправлять в Севастополь для вывоза раненых, бойцов и документов. 2. До прибытия в Новороссийск Октябрьского организация возлагается на Вас. 3. Попутными рейсами завозить боезапас, необходимый защитникам для прикрытия вывоза. Отправку пополнения прекратить. 4. На все время операции по вывозу ВВС ЧФ максимально усилить удары по аэродромам противника и порту Ялта, с которых действуют блокадные силы».

1 июля в 23 ч. 45 мин. на 35-й ББ получили телеграмму из Новороссийска: «…Держите батарею и Херсонес. Буду присылать корабли. Октябрьский».

Затем связисты уничтожили шифры, коды и аппаратуру. Связь с Кавказом была утрачена. Наши части, оказавшись в полной блокаде, прижатые немцами к морю, заняв круговую оборону, из последних сил отражали атаки ценою больших потерь. В 00 ч. 35 мин. 2 июля по приказу командования, расстреляв последние снаряды и холостые заряды, была взорвана 1-я башня 35-й ББ, в 1 ч. 10 мин. взорвана 2-я башня. Люди ждали прихода кораблей как последнюю надежду на спасение.

Сыграли негативную роль и погодные условия. Так, из 12 самолетов ВВС ЧФ, вылетевших с Кавказа в ночь с 1 на 2 июля, 10 МБР не смогли приводниться. Был большой накат. Самолеты подлетели к аэродрому в режиме полной светомаскировки, но условного сигнала на посадку не было – дежурный по аэродрому был тяжело ранен очередным разрывом снаряда, – и самолеты повернули обратно.

В последний момент командир 12-й авиабазы майор В.И. Пустыльник дал на секунду луч прожектора в зенит, в сторону улетающих самолетов. Двум удалось вернуться и сесть в Камышовой бухте при свете луны, почти вслепую, под носом у немцев. Двухмоторный транспортный самолет «Чайка» (командир капитан Наумов) взял 40 человек, ГСТ-9 «Каталина» (командир капитан Малахов) – 32 человека, из них 16 раненых и медработников во главе с главвоенврачем 2 ранга Корнеевым, и военнослужащие 12-й авиабазы ВВС ЧФ. В этом самолете был и мой отец.

В районе Ялты и Фороса наши корабли попадали в зону боевых действий итальянских торпедных катеров (группа Моккагата). В финале именно итальянцы 9 июля проводили зачистку» казематов 35-й ББ и пленение ее последних защитников. Есть версия, что им помог изнутри находящийся среди наших бойцов агент абвера КГ-15 (Сергей Таров).

ВРЕМЯ, КОТОРОГО НЕ БЫЛО. ч.1

ВРЕМЯ, КОТОРОГО НЕ БЫЛО. ч.1

ВРЕМЯ, КОТОРОГО НЕ БЫЛО. ч.1

ВРЕМЯ, КОТОРОГО НЕ БЫЛО. ч.1

Читать еще:

В Мексике обнаружена пещера с уникальными наскальными рисунками племени майя

Конечно, рисунки на камне некогда загадочным образом исчезнувшего древнего народа майя находили и раньше, однако …

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *