Главная / Вокруг нас / Боль города на правом берегу. История бывшего заложника Беслана

Боль города на правом берегу. История бывшего заложника Беслана

боль города на правом берегу. история бывшего заложника беслана для восьмиклассника стаса бокоева из школы №1 беслана захват заложников закончился в трупном мешке. врачи в палатке мчс осмотрели

Для восьмиклассника Стаса Бокоева из школы №1 Беслана захват заложников закончился в трупном мешке. Врачи в палатке МЧС осмотрели окровавленного мальчика и не услышали его сердцебиения. Санитары начали запаковывать тело ребенка в черный полиэтилен и… раненый в горло Стас закашлял.

За 14 лет, которые минули со дня трагедии, бывший бесланский заложник Станислав Бокоев впервые согласился пообщаться с журналистами. «Регион online» узнал, почему он всего один раз после теракта побывал в спортзале и как, пережив Беслан, парень еще раз попал в ловушку смерти и снова выжил.

«Было не страшно»

Воспоминания Стаса похожи на воспоминания других бывших заложников в бесланской школе. Очередное первое сентября, солнечный день на старте нового учебного года, праздничная линейка, мальчишки в белых рубашках, девочки с бантами, учителя с букетами цветов. Потом стрельба, паника и душный спортзал, который для многих стал последним кровом.

— Не люблю вспоминать этот случай. Редко о нем говорю… Я провел в спортзале все три дня. Сначала думал, что это розыгрыш, поэтому, наверное, не боялся. Через несколько часов стало понятно, что это настоящие террористы, о которых часто говорили в новостях по телевизору. После этого тоже не было страшно… — рассказывает Стас.

Он вспоминает, что видел труп мужчины в крови, когда шахидки выводили мальчиков в туалет. Говорит, что даже тогда не испугался.

Мальчик попал в спортзал один. Старшая сестра уже закончила школу и в 2004 году поступила в медицинский университет. Мама задержалась и не успела прийти к началу линейки. Стас вместе с двоюродным восьмилетним братом вышли из дома пораньше. Они вместе оказались в заложниках, но сидели далеко друг от друга. Позже стало известно, что мальчик погиб.

— Помню, что сильно хотелось пить. Воздух был спертый, было душно. Представлял кран, который был во дворе школы, какая в нем прохладная вода, как напьюсь, вымою руки и лицо… Встал, чтобы пойти к нему и тут громыхнул первый большой взрыв, — продолжает Стас.

Затем рванула вторая бомба и заложники начали вылазить в окна спортивного зала, стекла в которых выбило взрывной волной.

— Я получил ранение в шею, кровь текла очень сильно, из горла выходил воздух. Перевязал себе рану какой-то тряпкой, которая попалась под руку. Как в боевике, честное слово… Из спортзала меня никто не вытаскивал, не выводил. Сам залез на подоконник и спрыгнул. Там я попал в руки каких-то людей, который донесли меня в палатку МЧС, — говорит Стас.

Тринадцатилетний мальчик потерял сознание, а врачи подумали, что он умер, и передали ребенка санитарам. Те положили его в патологоанатомический мешок…

Жизнь началась с теракта

Стас болеет с детства. Возможно, поэтому мальчик не растерялся от боли при ранении. Он привык к неважному самочувствию, уколам, капельницам, перенес несколько операций.

— Я родился с синдромом Зиверта-Картагенера. У меня болеют легкие, а внутренние органы расположены зеркально. Врачи посчитали, что я умер, потому что не услышали как бьется сердце. Искали слева, а оно билось справа, — поясняет Стас.

В теракте он получил серьезное ранение в трахею и множество осколочных ранений. Первую помощь ребенку оказали в Северной Осетии, затем отправили на долгую реабилитацию в Москву. Голос к восьмикласснику вернулся через несколько месяцев.

— После теракта долго лечился… Кололи так много уколов, что вены на руках «спрятались», кололи в ноги, под ключицы… — делится Стас.

Стас Бокоев говорит, что его взрослая жизнь началась именно с теракта в школе. Тогда одни жители небольшого города лишились здоровья, другие навсегда остались без родителей или детей, многие потеряли жизнь. Стас уверен, что наравне с потерями его земляки многое обрели.

— То, что осталось после теракта со мной, нельзя измерить, потрогать, ощутить. Это любовь к жизни, силы преодолевать трудности, бороться и бесконечно благодарить, что все вышло именно так, а не иначе, — рассуждает молодой человек.

«Полувздохи»

За последние 14 лет он трижды видел смерть близко. Один раз в спортзале бесланской школы. Второй – когда шесть лет назад хоронил мать, умершую от рака. И третий – на больничной койке, когда врачи сказали ему о пересадке легких.

— Я понимал, что в моей жизни начался обратный отсчет. Я, например, мог не дожить до трансплантации, мне могли не подобрать донора… Все осложнялось, потому что легкие у меня тоже расположены зеркально. Левое – как правое, а правое – как левое. За такую трансплантацию возьмется не каждый хирург, это слишком нетипичный случай, — вздыхает Стас.

Потянулись долгие месяцы лечения, размышлений и переосмысления жизни. Бывший бесланский заложник говорит, что в это время сделал самое главное – дал себе возможность жить.

— До сих пор точно не знаю, что тогда произошло. Я лечился, изменил привычки в питании, занимался спортом и дыхательными практиками. Через семь месяцев пришел на контрольное обследование и… отказался от трансплантации легких. Врачи назвали перемены в моем организме чудом, — рассказывает Стас.

Сегодня Стас Бокоев живет в Москве, занимается видеомонтажом и пишет песни. Здоровье его по-прежнему нельзя назвать отменным. Например, по утрам он не может сделать полноценные вдох и выдох. Живет на «полувздохах».

— Прошу не ношу легче, а плечи крепче, — признается Стас. – Люблю каждый день своей жизни. И даже те три дня в сентябре 2004 года… И каждый из дней, что я провел в больнице с пневмонией. И даже тот день, когда подумал, что не доживу до пересадки легких. Всякий раз, когда мне нужно сделать вздох, чтобы наполнить организм кислородом, я мысленно благодарю свои легкие и Бога за то, что могу дышать хотя бы так.

«Никогда не захожу в спортзал»

Родной город Стас Бокоев любит. Правда, когда бывает там, никогда не заходит в школьный спортзал.

— Всего один раз после захвата заложников я был в спортзале. На детском кладбище провел буквально пару минут. Положил цветы на могилу к двоюродному брату, посмотрел на его фото и ушел, — признается Стас.

Он говорит, что для него бесланская трагедия осталась в прошлом.

— Я не ношу черную повязку в дни траура, мои рубцы внутри. У меня давно отболело, плоды этой боли я пожинаю до сих пор. То, что я потерял в дни теракта, уже не вернуть. То, что приобрел, нести туда не хочу, — говорит Стас.

Он говорит, что последние 14 лет Беслан дышит постоянным и непрекращающимся горем. Зло, попавшее в город на правом берегу Терека, глубоко пустило свои корни.

— Сегодня Беслан нуждается в добре и свете, но вместо этого там растут дети, которые каждый новый учебный год встречают с дрожащими от страха коленками. И я нахожу это неправильным, — делится своими мыслями молодой человек.

Стас Бокоев уверен, что забыть трагедию и стереть ее из памяти невозможно, но можно сделать кое-что другое:

— Любить жизнь такой, какая она есть. Я хочу, чтобы жители Беслана, чьи родные не выбрались из спортзала, поняли это.

Боль города на правом берегу. История бывшего заложника Беслана

Боль города на правом берегу. История бывшего заложника Беслана

Боль города на правом берегу. История бывшего заложника Беслана

Боль города на правом берегу. История бывшего заложника Беслана

Боль города на правом берегу. История бывшего заложника Беслана

Читать еще:

Эндрю ДэЯнг: «Дьявол не причём»

Эндрю Грант ДэЯнг был приговорен к высшей мере наказания 13 октября 1995-го года. Его обвиняли …

Добавить комментарий