Главная / Вокруг нас / Александр Можайский: смог ли взлететь рожденный плавать

Александр Можайский: смог ли взлететь рожденный плавать

александр можайский: смог ли взлететь рожденный плавать более ста лет в россии считают александра можайского создателем первого в мире самолета. при этом скромно умалчивают, оторвался ли этот

Более ста лет в России считают Александра Можайского создателем первого в мире самолета. При этом скромно умалчивают, оторвался ли этот аппарат от земли. В конце ХIХ века покорить небо пытались изобретатели из разных стран. Удалось ли России получить приз в этом соревновании

С первых дней жизни Сашу Можайского готовили к морской карьере. Иначе и быть не могло. Он родился в семье адмирала Федора Можайского. Детство Саша провел среди кораблей в Роченсальмском порту, а в 10 лет поступил в морской кадетский корпус в Санкт-Петербурге. В 1841 году выпускник Можайский был зачислен во флот, а еще через год его произвели в мичманы. Началась морская служба. Семь лет он бороздил на разных кораблях Балтийское и Северное моря, а в 1849 году 24-летний Можайский получил звание лейтенанта.

ФОТО 1. Портрет Александра Можайского.

Начавшаяся Крымская война сперва никак не повлияла на судьбу Можайского. Вместо участия в боевых действиях ему предстояло дальнее плавание. В 1854 году он в составе команды фрегата «Диана» отправился через Атлантический и Тихий океаны в Японию, на помощь миссии русского дипломата адмирала Ефима Путятина. Первое русское посольство добиралось до Японии на фрегате «Паллада», но он в пути вокруг Африки доказал свою ненадежность. «Диана» обогнула Южную Америку и взяла курс на Нагасаки. В списке её экипажа числились сразу два Можайских: на фрегате служил в чине мичмана и младший брат Александра Николай. Фрегат благополучно достиг берегов Японии, но это стало последней удачей в судьбе «Дианы». 11 декабря 1854 года в Стране восходящего солнца произошло крупное землетрясение. Команда «Дианы» в полном составе высадилась на берег, чтобы помочь жителям деревни Хэда. При спасении жертв землетрясения погибли трое матросов, а волна цунами разбила корпус «Дианы».

ФОТО 2. Гибель фрегата «Диана» (рисунок из газеты The Illustrated London News).

Путятин попросил у японцев материалы для строительства нового судна, на котором русские собирались достичь берегов родины. Среди уцелевших после крушения «Дианы» вещей отыскался номер «Морского сборника» за 1848 год с чертежами фрегата «Опыт». С помощью этих рисунков россияне стали строить шхуну «Хэда». В работах принимали активное участие оба брата Можайских. На получившемся небольшом судне не смогли поместиться команды «Паллады» и «Дианы». Примерно треть русских на «Хэде» благополучно добралась до Императорской Гавани. А остальным пришлось воспользоваться помощью американских торговых судов. Один из этих кораблей в пути был остановлен английским фрегатом. И все находившиеся на борту торговца россияне угодили в плен — Крымская война добралась до Дальнего Востока.

Александр Можайский благополучно достиг Николаевского поста на Амуре, где ему поручили командование небольшой флотилией малых судов. Чуть позже он возглавил команду 10-пушечного транспорта «Двина». Можайский хорошо оборонял дальневосточное побережье России, за что позже был награжден орденом Святого Станислава II степени.

В 1856 году Александр Фёдорович вернулся на Балтику, командовал несколькими боевыми кораблями, а спустя два года принял участие в Хивинской экспедиции. Его роль в покорении азиатского города, лежащего за пустынями, была связана исключительно с водой: морской офицер организовывал переброску русских войск через Аральское море и реку Амударья. За это он получил боевой орден Святого Владимира IV степени. Затем снова служба на Балтике, командование линкором «Орёл», матросы которого страшно боялись сурового нрава капитан-лейтенанта Можайского.

В 1861 году, когда Александр Фёдорович в финском порту Бьернборг руководил оснасткой клипера «Всадник», его вновь догнала Крымская война. По условиям Парижского мира проигравшая Россия была обязана сильно сократить свой флот, и многих морских офицеров списывали на берег на гражданскую службу, сохраняя, правда, их воинские звания. Под это сокращение попал и Можайский. Он обосновался в вологодском селе Котельниково, где занимался делами крестьянской реформы. Чуть ли не впервые в жизни Александр Фёдорович оказался в краях, откуда совсем не было видно моря. Волей-неволей он поднял глаза вверх и заметил летающих по небу птиц. Видимо, тогда его мысли стало занимать изучение природы полетов. Он начал отстреливать несчастных пташек, павших жертвой изучения аэродинамики, препарировать их и анализировать строение крыльев. Результатов собственной охоты для анализов не хватало, и Можайский стал скупать убитых птиц у местных крестьян, которые охотно продавали никчемную дичь чудаковатому барину. Можайский тщательно расспрашивал, на какой высоте была сбита птица, и на каждый трупик заводил карточку с указанием высоты и скорости полёта, а также анатомических особенностей пернатого.

ФОТО 3. Дом-музей Можайского в Котельниково.

От научных изысканий Можайского отвлекали дела семейные. В Котельниково он приехал женатым: в ноябре 1861 года капитан-лейтенант обвенчался с 17-летней Любовью Кузьминой. Через два года у четы родился сын Александр, а в 1865 году — Николай. Вторые роды прошли очень тяжело, и через месяц Можайский остался вдовцом с двумя маленькими мальчиками на руках.

В 1869 году в результате несчастного случая погиб младший брат Александра Фёдоровича, и его имение Вороновица в 20 километрах от Винницы осталось без хозяина. Александр Фёдорович перебрался на Украину. Сперва он просто управлял поместьем, а в 1873 году получил должность уездного мирового судьи. Занятия юриспруденцией не смягчили сурового нрава Можайского: в самые разные инстанции потоком шли жалобы от побитых им слуг и крестьян. Чаще всего рассматривать их приходилось уездному судье Можайскому, который объявлял жалобщиков на него клеветниками и благополучно закрывал дела.

ФОТО 4. Дом, принадлежавший некоторое время Можайскому.

Неприязнь крестьян вызывали не только манеры Можайского, но и его хобби. Селяне гуторили, что судья якшается с нечистой силой и мечтает летать по небу на железном корыте. Для подобных слухов имелись некоторые основания. На подольских просторах Можайский перешел от аэродинамической теории к практике. Он занялся конструированием огромных воздушных змеев. Сначала он покрывал их плоскости птичьими перьями, но лётные качества змеев от этого только ухудшались. От перьев пришлось отказаться, заменив их кроличьими шкурками, и дело пошло гораздо лучше. Огромная конструкция запускалась с вершины Кумовой горы. Под размашистыми шерстяными крыльями находилось некое подобие фюзеляжа с легкими колесами, действительно напоминавшее корыто. В нём располагался сам изобретатель. Тянули летательный аппарат лошади. Когда они пускались вскачь, воздушный змей, спускаясь с горы, начинал подпрыгивать. Пару раз аппарату удалось, оторвавшись от земли, «пролететь» на двухметровой высоте несколько десятков метров. Второй полёт, правда, закончился первой авиакатастрофой: неустойчивая конструкция ударилась крылом о землю, изобретатель вывалился из «кабины» и повредил ногу. Неудивительно, что молодые крестьянки Вороновиц при встрече с хромым барином, летавшим по небу на шерстяных крыльях, в страхе отворачивались и часто крестились.

После аварии Можайский понял две вещи: летательный аппарат должен приводиться в движение машиной и построить его в сельской глуши решительно невозможно. В 1876 году он вернулся в Петербург, где продолжил опыты сперва частным порядком. Спустя три года его вернули в штат флота, поручив капитану 1-го ранга Можайскому преподавание морской практики воспитанникам Морского кадетского корпуса. Всё свободное время капитан отдавал авиамоделированию. Теперь его аппараты были маленькими, но зато с моторами. Их винты вращались с помощью пружины или резинового жгута. Запуски проводились в манеже Берейторской кавалерийской школы. Некоторым моделям удавалось оторваться от истоптанного копытами «взлётного поля» и совершать полёты почти на всю длину манежа. У одного из самолетиков получилось поднять в воздух офицерский кортик. Сравнив вес оружия с массой взрослого человека, Можайский вычислил необходимые размеры настоящего «летательного снаряда». Александр Фёдорович счёл, что всё готово для строительства большого самолета.

К тому времени Можайскому уже были известны результаты работ французского морского офицера Феликса дю Тампля. В 1874 году тот построил в Бресте крылатую машину. Размах её алюминиевых крыльев составлял 13 метров. С помощью самодельного компактного парового двигателя эта махина, управляемая пилотом, разгонялась при спуске с горы, и, как утверждал француз, ненадолго отрывалась от земли. В 1876 году дю Тампль вышел в отставку, перестал мечтать о небе и занялся производством и продажей запатентованных им двигателей. Можайский считал, что продолжая свои опыты, он сможет превзойти достижения француза, добиться устойчивого полета собственной машины и застолбить приоритет России в деле покорения воздушного простора.

ФОТО 5. Самолет дю Тампля. (wikipedia.org)

Для продолжения опытов остро требовались деньги. В 1876 году Александр Фёдорович обратился в Военное министерство, которое, поразмыслив, выделило ему на опыты солидную сумму в 3000 рублей. Еще через два года Можайский пришел к выводу, что «требуемые для решения вопроса данные могут быть получены только над аппаратом таких размеров, на котором силою машины и направлением аппарата мог бы управлять человек», и попросил на это еще 19000 рублей. В столь колоссальной сумме Военное министерство отказало. Опыты и постройка модели в натуральную величину продолжились на личные средства изобретателя и деньги частных спонсоров.

К 1880 году Можайский убедился, что отечественная промышленность не способна реализовать полёт его фантазий. Он стал бомбардировать ведомства просьбами о выделении средств для закупки за границей необходимого для его летательной машины оборудования. Ни Военное, ни Морское министерства свободными деньгами не обладали. Лишь Министерство финансов смогло выделить 2500 рублей. Александр Фёдорович отправился в Англию, где заказал два компактных паровых двигателя фирме «Арбеккер-сын и Хемкенс», производившей оборудование для миноносцев. Позже Можайский уверял, что выделенные ему средства еле-еле покрыли лишь дорожные расходы, а двигатели он купил за свои. Если это соответствует действительности, то получается, что путешествовал изобретатель роскошно, ни в чем себе не отказывая. На 2500 рублей в 1880-х можно было совершить пару кругосветных путешествий.

ФОТО 6. Чертеж воздухолетательного снаряда из патентной заявки Можайского.

В августе 1882 года Можайского отправили на пенсию. Это совпало с началом строительства на военном поле близ станции Дудергоф у Красного Села запатентованного им «воздухолетательного снаряда». К лету следующего года сборка завершилась. Конструкция поражала воображение современников: к фюзеляжу длиной 15 метров были приделаны два огромных крыла по 12 метров шириной. Конструкция была явно тяжелее воздуха. Все гадали, смогут ли три огромных винта и паровые двигатели общей мощностью в 30 лошадиных сил оторвать от земли 950 килограммов — именно столько весил самолет.

9 ноября 1883 года на совместном заседании российских научных обществ, посвященном столетию воздухоплавания, было торжественно объявлено: «Снаряд капитана 1-го ранга Можайского в настоящее время уже окончен в натуральную величину и будет приводится в движение с помощью двух паровых машин». Главный вопрос в истории самолета Можайского заключается в том, привело ли это движение к отрыву конструкции от земли. Показания свидетелей расходятся. Большинство сходятся на том, что летом 1885 года самолет разогнался на специально уложенных рельсах, но при попытке оторваться от земли накренился и поломал правое крыло. При этом получил увечье управлявший машиной механик, имя которого осталось неизвестным. Рассказы о том, что самолет Можайского всё-таки ненадолго оторвался от земли, появились спустя 15 лет после испытаний, относятся к области воспоминаний и современными историками считаются ненадежными. Если шасси самолета и оторвались от земли, то это был не более чем подскок на неровности почвы или из-за порыва встречного ветра. Мощности двигателей оказалось недостаточно для устойчивого горизонтального полета.

Можайский еще несколько раз безуспешно просил у государства средств для продолжения работ. Так и не получив денег, он умер от пневмонии в 1890 году. Его сыновья пытались продать папин самолет правительству, но получили отказ и требование убрать громоздкую конструкцию с военного поля. Воздухолетательный снаряд был продан на металлолом, а его паровые машины сгорели при пожаре на Балтийском судостроительном заводе.

ФОТО 7. Бюст Можайского в Санкт-Петербурге.

Имя Александра Можайского особо громко зазвучало во время борьбы с космополитизмом в 1950-х годах, когда советские историки и пропагандисты пытались доказать приоритеты России во всех областях науки и техники. Именно тогда появились многочисленные «научные» работы об успешных летных испытаниях самолета Можайского, на двадцать лет опередивших полет жалких американцев братьев Райтов. Спустя десятилетия эта пропаганда в духе «Россия — родина слонов» уступила место серьезному научному анализу источников, который, увы, доказал, что снаряд Можайского так и не смог оторваться от земли. Сегодня во всём мире, в том числе и в России, считается, что первый удавшийся полет на аппарате тяжелее воздуха совершили американцы братья Уилбур и Оруэлл Райты 17 декабря 1903 года. Именно эта дата и является днём рождения современной авиации.

Александр Можайский: смог ли взлететь рожденный плавать

Александр Можайский: смог ли взлететь рожденный плавать

Александр Можайский: смог ли взлететь рожденный плавать

Александр Можайский: смог ли взлететь рожденный плавать

Александр Можайский: смог ли взлететь рожденный плавать

Александр Можайский: смог ли взлететь рожденный плавать

Александр Можайский: смог ли взлететь рожденный плавать

Читать еще:

Пирамида Кукулькана.

Пирамиду в Чичен-Ице называют большим солнечным календарем. В ее основании лежит квадрат со стороной 55,5 …

Добавить комментарий