Главная / Вокруг нас / Чума! Как «черная смерть» подготовила Европу к расцвету Возрождения

Чума! Как «черная смерть» подготовила Европу к расцвету Возрождения

чума! как «черная смерть» подготовила европу к расцвету возрождения чума — один из самых ярких образов, ассоциирующихся у нас со средневековьем. для той эпохи она стала не просто болезнью,

Чума — один из самых ярких образов, ассоциирующихся у нас со Средневековьем. Для той эпохи она стала не просто болезнью, повлияв почти на все сферы жизни. Социальные и экономические процессы, религия и суеверия, искусство — что еще эта страшная эпидемия изменила навсегда

Говоря о чуме в европейской истории, мы прежде всего имеем в виду так называемую «черную смерть», которая прокатилась по континенту в 1346–1353 годах и выкосила — по разным оценкам — от 30 % до 50 % населения (15–30 млн человек). Отдельные города и регионы потеряли половину (например, Прованс) или даже три четверти жителей (Тоскана).

Европе доводилось переживать подобные потрясения и раньше. В VI веке континент охватила пандемия, вошедшая в историю как «Юстинианова чума». Но с тех пор всё ограничивалось отдельными вспышками — вплоть до 1346 года.

Тогда грянула настоящая катастрофа — страшная эпидемия, прозванная современниками «черной смертью».

Чума пришла с Востока, где бушевала еще в начале десятилетия, и первым под удар попал Крым, а вслед за ним — Константинополь. В ту эпоху торговля на Средиземном море имела огромное значение и велась очень активно, так что болезни не потребовалось много времени, чтобы на кораблях добраться до крупных итальянских портов и Марселя.

Разгул мракобесия и чумные погромы

Средневековый человек не обладал таким объемом знаний о мире, как мы с вами, и затруднялся рационально объяснить многие явления — включая и страшные болезни. Да, сами по себе эпидемии не были чем-то из ряда вон выходящим, но скорость, с которой черная смерть распространялась по городам и селам, и ее «неумолимость» очень быстро вызвали в обществе всплеск мракобесия.

Многие видели в чуме наказание свыше, подыскивая объяснение происходящему в искаженных пересказах библейских легенд, и пытались остановить эпидемию с помощью религиозных обрядов. Устраивались массовые шествия с самобичеванием, священники низшего звена на ходу выдумывали новые ритуалы вроде протягивания нити вдоль городской стены.

Высшие церковные иерархи не решались вмешиваться в ситуацию, хотя у них на глазах формировались настоящие многотысячные секты. Ватикан понимал, что молитвы от болезни не помогают и людям нужна хоть какая-то отдушина.

Еще совсем недавно католическая церковь очень методично подавляла крупные ереси, например движение катаров, — а теперь отпустила поводья.

Если примитивные суеверия заставляли людей запираться в домах или покидать города, то вдохновители движений бичевавших себя флагеллантов или расхаживавших по городам в белых одеждах bianchi делали обратное. Массовые мероприятия — не лучшая затея во время эпидемии, что и говорить.

Другие находили более рациональные объяснения: дескать, такая страшная напасть не может возникнуть сама по себе, и Господь не настолько жесток — это злой умысел или людей, или самого дьявола. Разумеется, в поисках виновных добрались и до мнимых колдунов и до еврейских кварталов.

Доставалось даже прокаженным в лепрозориях, хотя они, казалось бы, тут совершенно ни при чем: разница между их хворью и чумой была очевидна даже средневековому человеку.

Вот здесь церковь уже не оставалась в стороне и пыталась воспрепятствовать кровопролитию — как увещеваниями, так и прямыми запретами: за самосуд грозили отлучением. Увы, далеко не всегда это останавливало толпу.

Католическая церковь в то время была самой могущественной организацией в Европе — Ватикан нередко диктовал свою волю даже королям. Но в годы черной смерти она оказалась практически бессильной: видя реальное положение дел, люди или стремительно теряли веру, или, напротив, становились неуправляемыми фанатиками.

К счастью, в сложившейся ситуации все-таки нашлись те, кто был готов действовать решительно и эффективно. На авансцену истории вышли светские власти.

Холоднокровные карантины и укрепление светской власти

Образ чумного доктора хорошо всем известен, и в создании таких «санитарных подразделений», действительно, был смысл.

Конечно, по-настоящему лечить больных они не умели — разве что вскрывали и прижигали им бубоны. Да и крысы продолжали беспрепятственно разносить по городам чумных блох (никто вообще не мог разобраться, как на самом деле распространяется зараза).

Тем не менее присутствие в очагах эпидемии людей, способных навести хоть какой-то порядок, помогало. Однако на борьбу были брошены не только чумные доктора.

Наиболее страдавшие поначалу от эпидемии итальянские города быстро отреагировали на ужасные события, учредив специальные комиссии, призванные заниматься этим вопросом. Серьезного опыта борьбы с настолько страшной напастью не было, но власти, тем не менее, приняли ряд разумных мер. Прежде всего, создали команды по сбору, вывозу и захоронению в отдельных могильниках трупов.

Сейчас это может показаться простым и очевидным решением, но в XIV веке организовать даже обычную уборку улиц было нелегко, а уж очистить городское пространство от валяющихся тут и там тел — тем более.

Кроме того, власти разработали ряд серьезных карантинных мер. Хотя эффективность управления в XIV веке оставляла желать лучшего и, чтобы претворить в жизнь подобные решения, требовался недюжинный администраторский талант — режим карантина действовал, и эпидемию удалось хоть немного сдержать. Успешный опыт итальянских властей начали быстро перенимать по всей Европе.

Также, несмотря на многочисленные протесты, повсюду принудительно закрывались таверны и бордели. Градоначальники понимали, что плотность населения в их вотчинах колоссальная и решить проблему полностью не удастся, — но ограничить контакт между людьми, насколько это возможно, — мера полезная и необходимая.

Особенно впечатляет опыт венецианцев, подошедших к делу с холодной головой. Панику подавляли не только силой, но и личным примером: пока простой люд стремился покинуть города, чиновникам бежать строго запрещалось. Был введен карантин на близлежащих островах, где всех прибывающих проверяли на симптомы болезни.

Черная смерть стала серьезнейшим испытанием для городов Европы. И светские власти, в отличие от стушевавшихся духовных, его прошли, пусть и с переменным успехом.

Впервые за несколько столетий мирское правительство показало себя лучше, чем католическая церковь, и с тех пор его влияние начало заметно расти.

Новый облик Европы

Переоценить значение произошедшего для Европы невозможно. Трудно даже перечислить все изменения, прямо или косвенно связанные с черной смертью. Как ни странно, некоторые из этих глубочайших шрамов стали настоящим украшением портрета эпохи: страшное бедствие имело ряд положительных последствий.

Бум городов и женская эмансипация

Резко возросла ценность труда, особенно более-менее квалифицированного. Многим цехам (ремесленным или торговым сообществам), которые ранее были относительно закрытыми организациями, теперь пришлось активно принимать всех желающих в свои ряды.

Конечно, после этого огромное количество людей захотело переселиться в города из деревень, тем более что первые от чумы пострадали сильнее. К примеру, около трети имущества в Лондоне осталось бесхозным.

Доходы умелых людей резко возросли — настолько, что во многих странах, городах и владениях это быстро встретило противодействие властей, пытавшихся заново снизить зарплаты. Англичане в 1349 и 1351 годах приняли специальные законы, ограничивающие рост доходов рабочих (во втором случае прямо запрещалось платить им больше, чем в 1346 году).

Однако эти постановления совершенно не работали. Во-первых, простые люди почувствовали собственную силу: все-таки властям без них не обойтись — трудиться, так или иначе, кто-то должен. Во-вторых, подобное распоряжение очевидно противоречило базовым законам рынка: если предложение резко сократилось (трудоспособных просто-напросто стало меньше), то цены не могут не подниматься.

Дошло даже до того, что всех, кто пытался сменить место работы или переехать, закон требовал сажать в тюрьму, — но такие крутые меры были совсем уж невыполнимы.

Более адекватной реакцией властей на пугающие их перемены стали некоторые сумптуарные постановления. Обычно этим термином называют «налоги на роскошь», но в данном случае речь идет об ограничении потребления для низших и средних слоев общества. Предполагалось, что если людям не на что потратить больше денег, то они не захотят и зарабатывать их. Но остановить начавшиеся изменения, несмотря на радикальные законодательные инициативы, правительствам всё равно не удавалось.

Выжившие после эпидемии чумы горожане из низов заметно улучшили свое благосостояние.

Сказалась нехватка рук и на положении женщин — в такой ситуации уже не до сексизма. Девичьи или смешанные цеха существовали в Европе еще до черной смерти, но теперь у женщин появилась реальная возможность, так сказать, продвижения по карьерной лестнице. В меньшей степени это коснулось жительниц деревень, но в сельском укладе и без того изменилось очень многое…

Освобождение крестьянства

Пожалуй, крестьяне выиграли от чумы, если так можно выразиться, больше всех. Крепостное право в Западной Европе и до эпидемии постепенно уступало место новой системе классовых отношений, а резкое сокращение населения усилило эту тенденцию: феодалам пришлось идти на диалог с людьми, работающими на земле.

В результате почти во всей Западной Европе вскоре расширились права крестьян, а разного рода поборы уменьшились. Разумеется, многие феодалы пытались этому противодействовать, так что вскоре у деревенских жителей снова появились поводы для восстаний. Впрочем, и подавлять их выступления ослабевшим государствам также стало намного труднее.

Чума, несомненно, сыграла заметную роль в процессе освобождения крестьян. Образовалось немало свободной земли — оставшейся от тех, кто просто не пережил черную смерть. Свято место пусто не бывает, а плодородное — тем более: эти поля и, что особенно важно, пастбища позволили улучшить ситуацию с продуктами в Европе.

Новый импульс получила и торговля: например, Англия начала регулярные поставки в Скандинавию и Нидерланды, где условия для сельского хозяйства были далеко не идеальными.

Кстати, работать в деревнях стали несколько по-другому: заметно выросла роль животноводства, которое требовало куда меньшего количества рабочих рук, чем земледелие. Сами наделы существенно подешевели, а труд на них — подорожал. Это не могло компенсировать ужасных людских потерь, но служило хоть каким-то утешением.

Сказанное справедливо для Западной Европы. В Восточной же, где плотность населения была ниже, всерьез от чумы пострадали в основном города, а в положении жителей сельской местности, которую эпидемия затронула меньше, мало что изменилось. Крепостная зависимость в отдельных регионах сохранялась здесь аж до XIX века.

Демократизация церкви

До настоящей Реформации еще далеко, но уже в это время зарождается протестантизм: прежний баланс в духовной жизни, весьма устойчивый, был нарушен.

Если горький пример вырезанных под корень катаров отвадил многих от всякого вольнодумства на рубеже XIII–XIV веков, то теперь европейцы ясно увидели: Ватикан не так уж всесилен.

Коль скоро даже в Италии церковь ничего толком не могла (или не хотела) сделать с разгулом сект разной степени адекватности, то почему не выступить против нее людям в здравом уме, имеющим к тому же обоснованные претензии и требования

Духовенство тоже сильно поредело за время эпидемии, чему немало способствовала, увы, как раз забота монахов о больных — иной раз монастыри от чумы просто вымирали. И залатать кадровые бреши здесь было куда труднее, чем в рядах крестьян и рабочих: речь идет о специалистах довольно высокой квалификации.

На протяжении всего Средневековья церковь была лучшим и, что главное, постоянно доступным социальным лифтом. Теоретически любой простолюдин мог начать карьеру со служки в храме или послушника в монастыре, а скончаться папой римским. Это одна из немногих в Средние века сфер деятельности, где всё зависело от усилий и талантов самого человека, а не каких-либо внешних факторов вроде происхождения.

Теперь в церкви стало куда больше «рабочих мест», а значит, множество людей получило прекрасный шанс реализовать себя. Это коснулось даже женщин: теперь и они на монастырской службе могли добиться большего.

Черная смерть сыграла колоссальную роль и в судьбе религиозных меньшинств: проживавших по всему континенту иудеев и осевших на Пиренейском полуострове мусульман. И вновь мы должны вспомнить пословицу «не было бы счастья, да несчастье помогло»: с одной стороны, иноверцы сильно пострадали от погромов, да и после пандемии их продолжали винить во всех бедах. И без того сложные отношения между людьми разных верований обострились, как это всегда происходит в кризисные моменты. Но с другой стороны, подъем науки, возросшая потребность в хорошо обученных специалистах оказалась для тех же евреев благом. Так что притесняемые во время болезни общины не только восстановились, но отчасти даже стали сильнее.

Развитие медицины и сплочение общества

И уж конечно, постигшая Европу катастрофа подстегнула развитие медицины. Престиж этого факультета в университетах резко возрос, начались активные исследования: людям хотелось разобраться в том, что стало причиной черной смерти и как не допустить ее повторения.

Само собой, до открытий Луи Пастера добиться больших успехов на этой ниве было невозможно технически, но положительный эффект для науки очевиден. К тем же анатомическим исследованиям, которые традиционно встречали противодействие со стороны церкви, относиться стали лояльнее.

В конце концов, от чумы умерло огромное количество знатных и влиятельных людей, вплоть до королей и высших иерархов церкви. Среди них кастильский монарх Альфонсо XI, королева Арагона Элеонора Португальская и владимирский князь Симеон Гордый (распространенное мнение, что чумы на Руси не было, — заблуждение).

Теперь каждый понимал, что болезни — общая проблема, а не беда одних лишь низших слоев. От чумы не спрятаться за стенами замка или храма. В какой-то мере, как бы пафосно это ни звучало, случившееся несчастье сплотило общество, хотя Средневековье всё равно осталось Средневековьем — эпохой сильнейшего социального расслоения.

Некоторые ученые даже отмечают роль черной смерти в естественном отборе, или, если угодно, эволюции человечества. По их данным, после пандемии распространились гены, повысившие устойчивость людей к опасным заболеваниям. Но заявления такого рода всё же довольно спорны, да и к исторической науке эти исследования не имеют непосредственного отношения.

После черной смерти

Чумные злоключения Европы на этом не закончились. Крупных эпидемий будет еще очень много. Скажем, в 1664–1665 годах Лондон потеряет около 25% населения, а в 1720–1722 годах всё тот же Марсель, бывший когда-то «воротами» для черной смерти, пострадает еще сильнее. Вспомним и чумной бунт в Москве — случившийся, кстати, во время не самой масштабной из эпидемий, какие знала Россия.

Но ни одна из последующих вспышек чумы или любых других болезней не стала для европейской цивилизации таким потрясением. Можно сказать, что черная смерть закалила Старый Свет.

Несмотря на страшный ущерб, который понесли все европейские страны, у этой трагедии были и положительные последствия.

В медицине есть понятие кризиса — переломной точки в течении заболевания. Таким «кризисом» для всего региона стала чума. Это испытание Европа могла и не выдержать и рисковала откатиться в «темные века», вновь оказавшись в том состоянии, в котором она пребывала в первые столетия после падения Римской империи. Но чумной кризис удалось успешно преодолеть, и до эпохи Возрождения оставалось уже недолго.

Чума! Как «черная смерть» подготовила Европу к расцвету Возрождения

Чума! Как «черная смерть» подготовила Европу к расцвету Возрождения

Чума! Как «черная смерть» подготовила Европу к расцвету Возрождения

Чума! Как «черная смерть» подготовила Европу к расцвету Возрождения

Читать еще:

Как в тюрьмах СССР «ломали» воров в законе

Всерьез за воров в законе взялись в середине 50-х годов в СССР, где на тот …

Добавить комментарий