Главная / Вокруг нас / «ЛЮБОВЬ ВОЗНЕСЛА МЕНЯ НА НЕБЕСА…». ЛОЛА МОНТЕС И ЛЮДВИГ БАВАРСКИЙ. Часть 1

«ЛЮБОВЬ ВОЗНЕСЛА МЕНЯ НА НЕБЕСА…». ЛОЛА МОНТЕС И ЛЮДВИГ БАВАРСКИЙ. Часть 1

любовь вознесла меня на небеса.... лола монтес и людвиг баварский. часть 1 лола монтес была профессиональной губительницей мужских сердец. но некоторые ее жертвы теряли больше, чем веру в

Лола Монтес была профессиональной губительницей мужских сердец. Но некоторые ее жертвы теряли больше, чем веру в любовь. Король Людвиг Баварский заплатил за страсть к Лоле сначала уважением подданных, а в конце концов — короной…

Фальшивыми были ее имя, национальность, благородное происхождение. Большим преувеличением, как выяснилось, оказалось и то, что она была выдающейся танцовщицей. Подлинной была лишь ее красота. И несгибаемый характер. Знаменитыми стали ее слова: «Если Лола Монтес что-то хочет, она просто приходит и берет».

Осенью 1846 года Лола Монтес пожелала получить ангажемент в Баварском королевском театре. И не получила его — директору театра она показалась недостаточно молодой и грациозной, чтобы радовать взор короля, большого ценителя женской красоты.

Как Лола уже через два дня оказалась на аудиенции у Людвига I, загадка.

По одной из версий она соблазнила королевского адъютанта Фридриха Нусхаммера. По другой — она прорвалась в королевские покои, едва не подравшись с камердинером. Присутствовавший при аудиенции придворный архитектор Лео фон Кленце рассказывал, что, выслушав жалобы Лолы на директора театра, король предположил, что, возможно, у того были основания так говорить. В ответ Лола схватила со стола нож для бумаг, вспорола лиф платья и обнажила свое тело, демонстрируя его природную, а не дарованную корсетом стройность…

Полностью доверять рассказу Лео Фон Кленце не стоит — он влюбился в Лолу Монтес точно так же, как и король — с первого взгляда, и впоследствии, когда Людвиг Баварский швырнул к ее ногам свое королевство, уважение народа и преданность министров, в своей ревности дошел до того, что возненавидел королевскую фаворитку.

Таких, кто невзлюбил «испанку», было много. Возможно, поэтому Людвиг не верил тому, что говорили о Лоле Монтес. А та вряд ли рассказала ему о себе всю правду. Тем более что и в своих мемуарах она рассказала ее не всю. Призналась, например, что ее настоящее имя Элизабет Розанна Джилберт, что она появилась на свет 17 февраля 1821 года в Ирландии, в Слайго. Но при этом продолжала утверждать, будто ее мать — из древнего и благородного испанского рода Парис-и-Монтес.

На самом деле ее мать была незаконнорожденной дочерью хозяйки харчевни и звали ее Элиза Оливер. В пятнадцать лет она сбежала с офицером Джоном Джилбертом. Они обвенчались, у них родилась Бетти, а когда малышке исполнилось полтора года, полк, в котором служил Джон Джилберт, отправили в Индию. Родственников, которые готовы были бы приютить Элизу с дочерью, у Джона не было, поэтому жена и дочь отправились вслед за ним в жаркую, опасную страну. Элиза боялась за жизнь малышки: дети европейцев зачастую не выдерживали климата Индии. Однако потерять ей предстояло мужа — Джон Джилберт скончался от холеры всего через месяц жизни в Калькутте. К счастью для Элизы, ею успел заинтересоваться командир полка Джеймс Крейги. Он предложил юной вдове руку, сердце и поддержку. Элиза и Джеймс поженились и сразу после свадьбы отправили Бетти к родственникам Крейги, в Шотландию.

По немногим дошедшим до нас воспоминаниям, в детстве Бетти Джилберт не отличалась примерным поведением: она дерзила старшим, воровала, врала и очень рано научилась пользоваться своим природным обаянием, чтобы вымолить прощение за проступок, а то и свалить вину на прислугу. Когда ей исполнилось восемь, ее отправили в пансион в Бате, надеясь, что там ее перевоспитают. Но в пансионе Бетти только отточила характер: она разучилась извиняться за проступки, зато научилась драться и утверждала свою власть над другими девочками с помощью грубой силы, к тому же сделалась невыносимо упряма.

А в возрасте шестнадцати лет повторила поступок матери: сбежала из пансиона с молодым офицером, лейтенантом Томасом Джеймсом. Молодые уехали в Ирландию и обвенчались. А вскоре Томас получил назначение в Индию…

Уже сделавшись Лолой Монтес, она утверждала, будто брала уроки у индийских храмовых танцовщиц-девадаси, исполнявших эротические танцы.

Пробыла Бетти в Индии недолго — сбежала с любовником в Лондон. Затем оказалась в Испании. Если верить ее мемуарам, она поехала туда учиться танцам. На самом деле она спешно перебралась в Севилью после того, как обманутый муж прислал в Англию письмо с требованием о разводе. За измену ей грозил огромный штраф, и окончания судебного процесса Бетти дожидаться не стала.

Правды о Лоле Людвиг знать не желал. Он вообще, казалось, существовал в какой-то параллельной реальности, в которой царили романтика и красота. Таким он, Людвиг Карл Август, сын курфюста баварского Максимилиана I, родившийся 25 августа 1786 года в Страсбурге, был и в детстве, и в юности, когда посещал занятия в Геттингенском и Ландсхутском университетах. Он обожал все, что было связано с Древней Грецией. Политику он называл «суетой». Любил музыку, живопись и литературу, с наслаждением общался с писателями и художниками, спонсировал театральные постановки.

Женился Людвиг в 1810 году на Терезе Саксен-Гильдбургхаузенской. Эта 17-летняя принцесса была в списке предполагаемых невест Наполеона, но Бонапарт предпочел Марию-Луизу Австрийскую. Кронпринц Людвиг Баварский выбрал Терезу по портрету. Она была красивее других принцесс того же возраста, на брак с которыми мог претендовать будущий правитель Баварии, а для кронпринца красота женщины имела огромное значение.

Людвиг боялся, что Наполеон, имевший сильное влияние на Максимилиана I и почти насильно выдавший родную сестру Людвига Августу замуж за своего пасынка Евгения Богарне, попытается и ему в жены пристроить какую-нибудь свою родственницу.«Я должен жениться как можно скорее. Как только я это сделаю, поползновения Парижа на мою свободу прекратятся», — писал он отцу.

Во время помолвки Людвиг был очарован своей избранницей и постарался ускорить свадьбу, которую он пожелал отметить с истинно королевским размахом. Празднества длились с 12 до 17 октября, на гуляниях побывало тридцать пять тысяч человек, и с тех пор праздник повторяется каждый год — нам он известен как Октоберфест.

В 1825 году скончался король Максимилиан, и Людвиг I взошел на отцовский трон. Теперь у него были все возможности для того, чтобы реализовать свою мечту: превратить Мюнхен во «вторые Афины». Под патронажем короля была проведена реорганизация Академии Художеств, Университет из Ландсхута перенесен в Мюнхен и началась основательная перестройка города: по утвержденным Людвигом проектам возводились великолепные здания в античном и ренессансном стиле. Король проявлял либеральные взгляды, и поначалу это очень нравилось баварцам. Но воплощение его возвышенных идей требовало слишком больших затрат, из-за чего между королем и Палатой депутатов возникало все больше разногласий.

В семейной жизни Людвига все тоже было не идеально. Тереза в полной мере исполнила завет «плодитесь и размножайтесь» и рожала едва ли не по ребенку в год: Максимилиан, Матильда, Оттон, Шарлотта, Луитпольд, Алдегонда, Хильдегарда, Александра, Адальберт. Разумеется, частые роды повредили ее красоте, и хотя она оставалась все той же милой и тихой женщиной, в которую Людвиг когда-то влюбился, а ее добросердечие и набожность вызывали всенародную любовь, все же то острое ощущение счастья, которое король когда-то испытывал рядом со своей избранницей, ушло безвозвратно. Людвиг начал изменять супруге. Но ни одна из любовниц так же не сумела дать ему той неистовой страсти, того любовного безумия, о котором король мечтал.

Годы шли. Людвиг решил, что его удел — поклонение Вечной Красоте, без попыток овладеть ею. По его приказу во дворце Нимфенбург создали Галерею красавиц: для короля разыскивали прекраснейших женщин и девушек, от которых требовалось лишь одно — позировать для портрета. Не имело значение происхождение и общественное положение красавицы, в Галерее можно полюбоваться и на принцесс, и на простолюдинок.

Как раз тогда в Лондоне и объявилась «испанская танцовщица Лола Монтес», которая очень быстро стала популярной. Все испанское тогда было в моде, а Лола к тому же исполняла очень смелые, почти эротические для тех времен танцы: поднимала юбку выше щиколоток, и не боялась сдернуть косынку с плеч, открывая глубокое декольте.

По Лондону поползли слухи, что «испаночка» танцует едва ли не обнаженной, и театр, где она выступала, едва ли не брали штурмом. Даже театральные критики не устояли перед Лолой, и в газете «Иллюстрированные новости» появился восторженный отзыв: «Ее талия изящна, каждое движение продиктовано врожденным чувством ритма, темные глаза лучатся, вызывая восторг зрителей». Букетами, которыми заваливали сцену после одного представления Лолы Монтес, можно было бы заполнить целую цветочную лавку…

Однако Лола хотела не цветов, а богатого мужа. Или хотя бы достойное ее красоты содержание. «Я пришла к выводу, что мне надо подцепить какого-нибудь принца», — писала она в своих мемуарах.

В Англии подходящих принцев в тот момент не было: все имевшиеся были или добродетельны, или счастливо женаты, или слишком молоды.

Лола отправилась на континент. Танцевала в Дрездене, в Берлине, в Варшаве. В мемуарах утверждала, будто у нее был роман с русским царем Николаем I, но этому не имеется никаких подтверждений, а из Варшавы ее и вовсе выслали за непристойное поведение. Выслали и из Берлина: она ударила хлыстом жандарма. Раздавать пощечины и удары хлыста Лола любила. Но поначалу ей приходилось дорого платить за свою несдержанность. В Дрездене Лола познакомилась с композитором Ференцем Листом, который увез ее в Париж, но роман их, хоть и пылкий, продолжался недолго: Лист небогат и не склонен тратить на нее столько, сколько ей бы хотелось.

Лола вступала в любовные связи легко и так же легко их разрывала. Она была любовницей многих знаменитостей, в том числе и Оноре де Бальзака, Александра Дюма-отца, Теофиля Готье. Но французские классики были слишком бедны для нее и даже не могли составить протекции в парижских театрах. Немного помаявшись, Лола нашла человека, который ей помог, — театрального критика Александра Дюжарье. Лола легко его соблазнила, и на этот раз роман получился серьезный: она даже переехала к нему на квартиру и Дюжарье собирался жениться на ней. Он помог ей поступить на сцену «Гранд-опера», и поначалу в Париже Лола произвела такой же фурор, как и в Лондоне. «Лола была настоящей соблазнительницей, — писал о ней влиятельный критик Гюстав Клодин. — В ее облике было что-то притягивающее и чувственное. Ее кожа необыкновенно бела, волосы волнистые, глаза дикие, дышащие необузданной страстью, а ее рот напоминает плод спелого граната».

Все могло бы кончиться хорошо, но Лолу погубила жадность: она соглашалась на свидания с богатыми поклонниками, если ей обещали щедрую оплату. Литератор Жан де Боваллон решился рассказать Александру Дюжарье о том, что представляет из себя его возлюбленная. Дюжарье ответил оскорблением. Боваллон вызвал его на дуэль и застрелил. Все парижские журналисты ополчились на «распутную испанку». Александр Дюма помог Лоле получить наследство покойного Дюжарье, но из Франции ей пришлось уехать.

Именно тогда Лола и оказалась в Мюнхене. На момент ее знакомства с Людвигом Баварским ей было двадцать пять лет, ему исполнилось шестьдесят. Людвигу казалось, любовь и страсть для него — безнадежно в прошлом. Но Лола зажгла в нем такие чувства, каких он не испытывал даже в юности. «Я могу сравнить себя с Везувием, который считался потухшим и вдруг начал свое извержение. Я охвачен чувством любви, как двадцатилетний юноша. Я почти потерял аппетит и сон, кровь лихорадочно бурлит во мне. Любовь вознесла меня на небеса, мои мысли стали чище, я стал лучше!» — писал король своему другу Генриху фон дер Танну.

Лола стала для него всем. Живым божеством. Людвиг преклонялся перед ней. Разумеется, он сделал ее прима-балериной королевского театра. Назначил ей ежегодную ренту в 70 000 гульденов. И пожизненную пенсию. Придворный художник Йозеф Карл Штилер написал ее портрет для Галереи красавиц. Король построил для нее дворец в центре Мюнхена в фешенебельном районе Богенхаузен на нынешней улице Барерштрассе. Он осыпал ее драгоценностями. Он писал ей любовные письма на испанском, который, кстати, Лола знала куда хуже, чем Людвиг. Король сочинял для своей красавицы стихи. А особенно интимные признания Людвиг писал на розовой бумаге. Эти листки предназначались для уничтожения.

Но Лола их сохранила…

Читать еще:

Пирамида Кукулькана.

Пирамиду в Чичен-Ице называют большим солнечным календарем. В ее основании лежит квадрат со стороной 55,5 …

Добавить комментарий