В НОЧЬ с 23 на 24 МАРТА 1801 ГОДА ПАВЕЛ 1 БЫЛ УБИТ ОФИЦЕРАМИ В МИХАЙЛОВСКОМ ЗАМКЕ.

В НОЧЬ с 23 на 24 МАРТА 1801 ГОДА ПАВЕЛ 1 БЫЛ УБИТ ОФИЦЕРАМИ В МИХАЙЛОВСКОМ ЗАМКЕ. В заговоре участвовали де Рибас, вице-канцлер Никита Петрович Панин, командир Изюмского легкоконного полка

В заговоре участвовали де Рибас, вице-канцлер Никита Петрович Панин, командир Изюмского легкоконного полка Леонтий Беннигсен, граф Николай Зубов, командиры гвардейских полков: Семеновского Леонтий Депрерадович, Кавалергардского Фёдор Уваров, Преображенского Пётр Талызин. Поддерживал недовольных и английский посол Уитворт, состоявший в любовной связи с Ольгой Жеребцовой (сестрой опальных братьев Зубовых), в доме которой собирались заговорщики. Организатором заговора стал Пётр Пален петербургский генерал-губернатор и глава тайной полиции.
ЭДВАРД РАДЗИНСКИЙ. Убийство императора.
Вступив на престол Павел решил побороться с «Записками» матери. Для начала Павел приказал торжественно перезахоронить Петра III. Чтобы все увидели сын чтит отца.
Петр III был похоронен в Александро-Невской лавре. Екатерина отказала ему в праве лежать в Петропавловском соборе, где должно покоиться русским государям.
Павел приказывает перенести прах Петра III на законное место в Собор.
Но сначала ночью в Александро-Невскую лавру в черных траурных каретах Павел привез все семейство. Гроб Петра III был поднят и открыт. Прадед нашего героя истлел рассыпались его кости, сгнил мундир, остались только перчатки, ботфорты и шляпа, в которой покоился череп. Но Павел заставил всю семью приложиться губами к печальному праху. Сам Павел, красавица-жена, дети все целовали страшный череп Отцу Александра Николаю было тогда несколько месяцев от роду. Но и его, новорожденного, поднесли к открытому гробу.
После чего в Зимнем дворце были выставлены два гроба для прощания.
Екатерина II и Петр III вновь соединились после смерти.
И наступил день перезахоронения удавленного императора. Прах Петра III должен был отправиться в Петропавловский собор для нового упокоения. И Павел приказал вчерашнему убийце отца графу Алексею Орлову нести вслед за гробом корону убитого им императора.
В лютый мороз медленно двигался катафалк. А позади него на подагрических ногах с короной на малиновой подушке шагал старый гигант со зловещим шрамом через все лицо Многие тогда говорили, что этот шрам след предсмертного отчаяния несчастного Петра III Будто, погибая, Петр выхватил тесак у убийцы и оставил на его лице этот знак.
И двухметровый больной старик в лютый мороз шагал на своих подагрических ногах, но все-таки донес корону до Петропавловского собора.
Какие страшные и великие люди жили в тот век! Все тот же граф Алексей Орлов он не только убийством государя прославился. В дни войны с турками командовал русской эскадрой. В Чесменской бухте в яростном сражении сжег весь турецкий флот. Это было самое кровопролитное морское сражение века.
Особые были люди. И Павел справедливо их страшился.
В центре столицы он воздвигнул Михайловский замок, окруженный неприступными стенами, со рвами, заполненными водой, и караулами гвардии.
Но, построив замок, дед Александра так и не смог понять до конца, как опасна наша гвардия. Как и его несчастный отец Петр III, Павел I верил в абсолютную силу самодержца.
Он жаждал управлять всем запрещая. Он управлял танцами («запрещение танцевать вальс»), одеждой («запрещены сюртуки с разноцветными воротниками и обшлагами» повелел, чтоб они были одного цвета), внешностью («запрещение всем носить широкие большие букли», «запрещение носить бакенбарды») и даже звуками («запрещено, чтобы кучера и форейторы, ехавши, кричали»).
Гордо заявлял шведскому послу: «В России нет важных лиц, кроме того, с которым я говорю и пока я с ним говорю».
Но властелин миллионов подданных, хозяин обширнейшей империи забыл историю: его самовластие было ограничено. Не конституцией, не парламентом, но удавками гвардейцев. Забыл он открытие своей матушки.
Будучи наследником престола, в своем дворце в Гатчине Павел создал свое карманное войско, как когда-то его убиенный отец Петр III. Его гатчинцы были воспитаны на той же строгой прусской дисциплине. И строгость гатчинской дисциплины Павел начал вводить в изнеженную екатерининскую гвардию.
Со страстью, граничившею с безумием, он беспощадно карал екатерининских гвардейцев за малейшую небрежность в форме или при маршировке. И теперь, отправляясь на парад или в караул, офицеры брали с собой ассигнации. Потому что очень часто не угодивших ему гвардейцев Павел с плаца прямиком отправлял в полки на окраинах России. А порой «дамоклова кибитка», как назвал ее Герцен, беспощадно увозила их в Сибирь или в крепость.
В самом элитном конногвардейском полку из 132 екатерининских офицеров осталось только двое! Все свое четырехлетнее царствование он будто мстил гвардейцам матери за гибель отца!
Но не понял он до конца фразы гордого генерала-гвардейца: «Вы горячи, и я горяч, нам вместе не ужиться». Не оценил.
И вот уже в гвардии составлен заговор.
Самое ужасное: Александр, знал о заговоре против собственного отца. «Знал и не хотел знать», как скажет впоследствии граф Пален. Заговорщики пугали его неминуемым кровавым восстанием гвардии, коли на престоле останется отец, и его собственной гибелью по воле безумного Павла. Но они пообещали Александру: «Император останется невредим, его лишь заставят подписать акт об отречении». И после отречения, как писал один из ближайших друзей Александра, князь Адам Чарторыйский, Александр решил предоставить Павлу в полное распоряжение Михайловский замок, в котором низверженный монарх мог бы найти спокойное прибежище.
Как мог поверить Александр в эту мирную идиллию, зная судьбу несчастного Петра III! Так что, точнее сказать, Александр заставил себя поверить. И все произошло, как и должно было произойти.
Перед тем как убить императора, гвардейцы собрались на веселый ужин.
Было выпито много вина. И в речах уже прозвучали страшноватые слова из далекого будущего. Например, лейб-гвардеец полковник Бибиков (его родственник возводил на престол Екатерину II) объявил, что нет смысла избавляться от одного Павла, но лучше «отделаться сразу от всей царской семьи». Но остальные заговорщики его не поддержали.
В полночь к потайному входу в Михайловский замок подошла толпа разгоряченных вином гвардейских офицеров. Среди них были последний любовник Великой Екатерины князь Платон Зубов и его брат Николай. Их вел любимый адъютант Павла. Заговор возглавлял граф Пален другой любимец императора.
Заговорщики в парадных мундирах, со шпагами наголо ворвались в спальню Павла I. Но в спальне не было никого С ужасом поняли: Павел сбежал, теперь всем им конец! Пока офицеры пребывали в панике, один из вожаков, высокий, флегматичный генерал Леонтий Бенигсен, опершись на камин, неторопливо осматривал комнату. В углу огромной спальни стояли ширмы. И там, под ширмами, генерал и разглядел босые ноги самодержца. Несчастный Павел, услышав шум приближающихся гвардейцев, успел там спрятаться.
Le voila, насмешливо сказал генерал Бенигсен и показал рукой на ширмы. И гвардейцы выволокли оттуда несчастного государя.
Как бывает с деспотами, он сразу стал жалок и беспомощен. Маленький, курносый, в белых кальсонах, в ночной рубашке с длинными рукавами, он был похож на испуганного мальчика. И тогда вся пьяная толпа набросились на Павла Он то неумело отбивался и просил пощады, то молил, чтоб дали время прочесть перед смертью молитву, то угрожал
И, разгоряченный вином граф Николай Зубов, громадный, похожий на мясника, ударил со всей силы государя всея Руси в висок углом массивной золотой табакерки. Павел упал на пол.
После чего генералы дали офицерам закончить дело. Братья Зубовы и Бенигсен торопливо покинули спальню. По одной из версий, француз камердинер Платона Зубова сел на живот государя всея Руси. И двадцатилетний гвардеец-семеновец Яков Скарятин снял с себя офицерский шарф. И этим шарфом задушил самодержца Всероссийского.
По другой версии, «теснясь один на другого», императора душили всем скопом. А потом пьяные издевались над трупом пинали сапогами бездыханное тело деда нашего героя.
И несчастному, задыхавшемуся от слез Александру пришлось объявить:
Батюшка скончался апоплексическим ударом, все будет как при бабушке.
И со всех сторон победный крик гвардейцев: «Ура!»
Павла нарядили в гвардейский мундир, треугольную шляпу надвинули на лицо, чтобы скрыть постыдный синяк от удара табакеркой. И только тогда позволили проститься с мужем «жалобно рыдавшей императрице». Она «упала на тело императора и обняла его». Но все тот же генерал Бенигсен весьма решительно попросил ее «не затягивать сцены прощанья, которая может повредить драгоценному здоровью Вашего Величества».
Как и в случае с убитым Петром III, объявлено было, что император скоропостижно и мирно скончался. Тело императора выставили в Михайловском замке для прощания. Но как писала мадам де Сталь: «В России все секрет, но ничего не тайна». И петербургское общество ринулось поглядеть на скоропостижно умершего. Но тело выставили умело. Греч вспоминал: «Я раз десять ходил в Михайловский замок и смог увидеть только подошвы его ботфорт и поля широкой шляпы, надвинутой ему на лоб. Едва войдешь в дверь, указывали на другую: «Извольте проходить!»
Новый император не посмел тронуть гвардейцев-цареубийц.
И гвардеец Скарятин, играя в карты, вешал свой офицерский шарф на спинку стула, и все гадали: тот ли это шарф, которым удушили отца нового императора. Генерал Бенигсен стал одним из командующих армией в войне с Наполеоном. И когда Александр будет клеймить Наполеона «кровожадным чудовищем», Бонапарт насмешливо напомнит царю о «подвигах его полководца в спальне его отца».
Семейный призрак.
Имя зверски убитого Павла I было окружено легендами в романовской семье В Гатчине, любимом дворце Павла I, была комната с забитой дверью.
Там хранилась кровать из Михайловского замка с одеялами и подушками, окрашенными кровью Павла. И слуги утверждали, что не раз видели по ночам призрак убиенного императора, бродивший по парадным залам Гатчинского дворца. Призрак этот будто бы всегда появлялся перед роковыми событиями.
Маленький Александр 2, приезжая в великолепный Гатчинский дворец, мечтал увидеть призрак своего деда. И сестра последнего царя Николая II Ольга рассказывает в воспоминаниях, как они в детстве ночью бродили с Ники по гатчинскому дворцу, надеясь и боясь увидеть неприкаянную тень.

Источник

 

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *