Карбонарии

 

Карбонарии Тысячу лет назад в Швейцарии отшельник Теобальд создал братство угольщиков, добывавших и сжигавших древесный уголь в копях. Святой Теобальд стал покровителем всех угольных братств в

Тысячу лет назад в Швейцарии отшельник Теобальд создал братство угольщиков, добывавших и сжигавших древесный уголь в копях. Святой Теобальд стал покровителем всех угольных братств в Европе. В начале XIX столетия итальянское слово carbonari угольщик прогремело на континенте. Члены тайного общества в Италии, называвшие себя карбонариями, стали героями в глазах подданных почти всех европейских государей, всерьез обеспокоившихся за свои короны, проверяя, хорошо ли они держатся на их головах.
В XVIII веке итальянские земли находились под властью австрийских Габсбургов и испанских Бурбонов, разделенные на Сицилию, Сардинию, Миланское герцогств, Неаполитанское королевство, Пьемонтское герцогство, республики Венецию, Геную, Лукку, Тосканское герцогство, Мантую, Парму, Модену. Особняком стояла Папская область. В период наполеоновских войн французы под революционными лозунгами изгнали из Италии австрийские власти и на итальянских землях провозгласили несколько республик. После 1815 года австрийцы вернулись назад, но в Италии началось Рисорджименто движение и эпоха борьбы за политическое единство против иноземного господства. Революционные вспышки переросли в общенародное движение, в 1870 году завершившееся победой. Первыми в атаку за Италию пошли карбонарии.
Тайные общества карбонариев быстро распространились по Южной Италии, дойдя до самых небольших деревень Калабрии. В революционные угольщики вступали молодые дворяне, офицеры, городские купцы, духовенство, крестьяне и горожане. Они хотели восстановить Италию с помощью политических реформ. Политическая революция не должна была стать социальной, затронувшей земли дворянства и новой буржуазии. Революция не должна была стать массовым народным движением, а осуществиться путем заговора и переворота.
Сразу же после создания братства карбонарии были окутаны легендами. С древности угольщики называли себя «добрыми родственниками», объединявшимися для защиты от разбойников, грабителей, алчных баронов. Они использовали множество мистических обрядов, так популярных в средневековой Европе. Издавна в лесах от преследований властей скрывались участники крестьянских восстаний и аристократических заговоров. Отводя от себя подозрения в антиправительственной деятельности, заговорщики занимались рубкой леса и обжиганием угля. Угольщики носили свой товар на продажу в деревни и города, где легко встречались с товарищами и продолжали подготовку восстания. Будущие карбонарии строили в лесу длинные шалаши из деревьев, разработали целую систему знаков, символов, прикосновений и паролей. Главным символом стал огонь, источник света и тепла, очищающий воздух. Ритуал выжигания древесного угля у карбонариев символизировал духовное очищение человека.
В качестве образца для своего ордена карбонарии выбрали масонские общества, имевшие сложную структуру, обряды и символику. Во всей Европе считалось, что именно масоны играли ведущую роль в подготовке Великой французской революции конца XVIII века. Карбонарии сами были членами различных масонских лож, видя в них братский дух, объединявших в одно целое инакомыслящих из всех сословий, людей разных профессий, разного социального положения, разного достатка. Сложные ритуалы отвлекали на несколько часов от обыденной, рутинной жизни. Они устраняли пустые разговоры, давали возможность сосредоточится и создать особое настроение. После совершения ритуалов обсуждение политических проблем проходило на совершенно другом, конструктивном уровне, не давая отклониться мыслям в сторону. Постоянно проторяемые ритуальные формулы закрепляли в сознании членов общества руководящие принципы, идеи и лозунги тайного общества.
Задачей карбонариев было совершение государственного переворота с помощью заговора в условиях иностранной оккупации. Карбонарии имели не только устав, но также программу и тактику, и стали прообразом политических партий. Все их тайное общество было задумано с боевой целью. В обществе уменьшилась инициатива и усиливалась готовность повиноваться. Удар кинжалом превращался в готовность к битве и жертвенности. Без изменений у масонов карбонарии взяли только их доведенную до виртуозности и восхищения конспиративность. Девиз карбонариев «Очищение леса от волков» называл лесом Италию, а хищными зверями иностранных захватчиков. Он в несколько лет распространился по полуострову и правители многочисленных государственных образований вздрагивали, когда видели изображение дерева корнями вверх символ свержения королей.
Орден карбонариев имел шесть степеней учеников, мастеров, великих мастеров избранников. Каждая степень имела свой катехизис, обряды, доктрины, принципы, субординацию. Все карбонарии использовали множество условных знаков, символов, паролей, всегда носили кинжалы. Церемония посвящения в общество была торжественной, мрачной и сложной.
Все движение карбонариев было разделено на ячейки секции, называемые вентами. Vendita так называлась средневековая лавка, торговавшая углем. Дочерние венты на определенной территории подчинялись материнским вентам, которыми руководили высокие венты, находившиеся в больших итальянских городах. Вся Италия сама собой разделилась на карбонарские провинции, центрами которых стали Неаполь, Венеция, Рим, Милан, Флоренция и Турин. Единого центра карбонарии не имели, общались между собой с помощью трибуналов-посредников, решавших споры и согласовывавших общие планы действий.
Сохранение тайны было главным условием приема. Шифры, условные знаки, пароли в обществе менялись, способы связи были детально разработаны. Руководители венты избирались большинством голосов «добрых родственников». Карбонарии должны были жертвовать собственностью и жизнью. Каждый член общества имел рукописный диплом с печатью, на котором обычно изображался Святой Теобальд, сидящий на стволе дерева с одной ветвью, его хижина, лес, огонь костра, корзина с углем, листья, вода, чаша. Трехцветные ленты имели все карбонарии. Голубой цвет означал дым, красный пламя, черный уголь. Они символизировали надежду, добродетель и веру. «Добрые родственники» ежемесячно платили взносы в соответствии с достатком. Половина денег тратилась на нужды венты, половина передавалась в материнское общество. У каждого карбонария было ружье и пятьдесят патронов. Предателей казнили, но их почти не было.
Среди карбонарских вент были республиканцы и конституционные монархисты, спорившие о том, какую конституцию нужно требовать от государей. Они имели программы реформ и готовы были договариваться с монархиями. Все руководители карбонариев опасались широких народных революций. Большое значение придавалось работе в армии, вовлечению в общество офицеров. Лозунгом карбонариев стало «мщение волку за угнетение агнца». Собранием карбонариев называлось вентой, место, где оно происходило лесом, здание хижиной. Все хижины леса образовывали «республику», которая управлялась большой хижиной. Верность карбонариев ордену и друг другу была так велика, что обычные итальянцы давали «слово карбонария».
По всей Италии распространялись газеты, листовки, письма, изображавшие страдания народа под чужеземным игом и выражавшие твердую уверенность в грядущее освобождение. Венты активно преследовались, и многие ушли в горы Калабрии и Абруццо. Некоторых руководителей казнили, карбонарские процессы шли по всей Италии. Власти понимали, что подпольные газеты страшнее армейских дивизий. Количество карбонариев быстро росло, и только в Неаполитанском королевстве в ста пятидесяти вентах действовало сорок тысяч карбонариев. Члены общества пытались поднять восстания в армии, но они были жестоко подавлены. Преследования и казни не останавливали рост вент. Вся Италия называла их европейскими рыцарями и защитниками отечества. После 1815 года объединению восьми итальянских земель мешала Австрия, и деятельность карбонариев приняла антиавстрийский характер.
В общество карбонариев вступили многие офицеры, уволенные из армии после падения Наполеона. По всей Италии «очищали лес от волков» около двухсот тысяч «добрых родственников». Власти Неаполя создали псевдокарбонарское общество, переманивавшее к себе старых и принимавшее новых членов.
Министерство полиции через подставных лиц создало в Палермо тайное «Общество котельщиков», для начала набрав в него маргиналов и заключенных из итальянских тюрем. Своей главной целью котельщики-calderari объявили освобождение Италии от Австрии и тут же стали убивать либералов, пользующихся уважением в обществе, и наиболее активных карбонариев, нападая ночью на их дома. В составленных министром полиции князем Канозой проскрипционных списках была не одна сотня фамилий либералов, оппозиционеров, инакомыслящих и просто богатых людей, имущество которых легко исчезало при аресте-убийстве. Карбонарии сцепились с псевдокотельщиками.
Венты мгновенно ушли в подполье и создали боевые группы «Decisi» «Решительные». Эти группы еженощно уничтожали людей Канозы. Карбонарии активно стали объединяться и вобрали в себя другие тайные итальянские общества «Филадельфийские братья» и «Свободные европейские патриоты». Для увеличения состава в карбонарские венты стали принимать бедных крестьян, поденных рабочих, мелких ремесленников. За добрых родственников активно агитировали сельские и приходские священники, рассказывая о деятельности карбонариев в духе подвигов ранних христиан. Кальдерарии-котельщики общими итальянскими усилиями были разгромлены, а в карбонарские венты усилился приток новых членов. Полицейские провокации большого масштаба, как обычно, активно приближали объединение Италии. Многие венты стали говорить об объединении всех итальянских земель в единое государство. Подпольные газеты писали о скором свержении австрийского владычества и принятии конституции. К 1820 году карбонарские венты существовали в сотнях селений и городов по всей Италии. Двести тысяч активных братьев поддерживали около семисот тысяч сочувствующих, но это составляло только пять процентов населения Италии. Подготовка политичсекого заговора, переходящего в открытое выступление, сталкивалась со значительными трудностями. Единый авторитетный центр создан не был, всеобщего плана выступления не составили. Восстание в Неаполитанском королевстве вспыхнуло летом 1820 года.
В ночь на 2 июля на горных неаполитанских вершинах запылали огромные костры. Время мятежа настало в день Святого Теобальда. На рассвете карбонарии города Нолы захватили город и к ним присоединился небольшой местный гарнизон. Под флагами и лозунгами «Да здравствует свобода и конституция! Ура, граждане! Смелее!» сто пятьдесят карбонариев вступили в город Авеллино, и до Неаполя оставалось всего тридцать километров.
Карбонарские венты восстали по всеми югу Италии, и посланные на их устрашение войска переходили на сторону восставших. К 6 июля Неаполь был полностью окружен и отрезан от провинции. Руководитель восстания бывший офицер Иоахима Мюрата Гульермо Пепе поднял свой «Священный батальон», к которому присоединились два королевских полка, но был выдавлен из столицы в Авелино. Король Фердинанд торжествовал, но совсем ненадолго. Горячая Италия взорвалась, и военно-карбонарский мятеж поддержал народ. Священники, дворяне, офицеры, купцы, промышленники, рабочие и крестьяне атаковали королевскую власть и 9 июля восставшие вступили в Неаполь, не пролив ни капли крови. Вся столица смотрела на торжественный парад. Во главе народного ополчения с ружьем и кинжалом шел великий мастер нольской венты «Муций Сцевола» Луиджи Маникини, в одежде священника с символами карбонариев. За ним грозно с ружьями наперевес шли семь тысяч добрых родственников и солнце отражалось от их кинжалов. Во главе военных шел «Священный батальон» Гульермо Пепе. Весь Неаполь держал в руках трехцветные карбонарские ленты. Тут же было сформулировано новое революционное правительство. Неаполитанский король, конечно, расстроился, потом испугался и 14 июля 1820 года подписал наспех подготовленную конституцию и созвал наспех спешно собранный парламент.
Карбонарии впопыхах не смогли выдвинуть в управление королевством опытных политических вождей. Никто не утверждал четкой программы Неаполитанского королевства. На волне народного восторга рулить им стали умеренные, сторонники конституционной монархии и доброго короля, выполняющего свои обещания, как будто в истории человечества короли когда-нибудь добровольно выполняли свои обещания народу. Ушедшие в оппозицию радикалы требовали свержения королевской власти и провозглашения республики. Карбонарское движение раскололось. Новое конституционное Неаполитанское королевство признали только Испания, Голландия, Швейцария и Швеция. Австрия активно готовила интервенцию.
Восстала Сицилия и местные бароны потребовали у Неаполя независимости острова, и на подавление мятежа туда были направлены все революционные войска, активно завязнувшие в горах и лесах. Неаполитанский парламент с реформами не спешил. В январе 1821 года с его бездумного разрешения Неаполь покинул король Фердинанд, в первом же заграничном городке заявивший, что его силой вынудили подписать несуразную конституцию. Фердинанд обратился за помощью к Австрии и в феврале пятьдесят тысяч солдат атаковали Неаполитанское королевство.
Карбонарии не решили ни одной социальной проблемы в стране, и их не подержали так и не получившие землю крестьяне. Попытки обороняться в Болонье, Анконе, Асколи, Пьемонте были подавлены и 23 марта 1821 года австрийцы уже маршировали по Неаполю, и солнце играло теперь на десятках тысяч их штыков. Парламент распустили, конституцию отменили, пойманных карбонариев активно и быстро казнили по всему королевству. Их осуждали, сажали, расстреливали. Итальянская революция 1821 года захлебнулась в крови.
Самоотверженные венты заговорщиков-карбонариев не смогли удержать власть не только из-за интервенции Австрии. Их заговорщицкие приемы не позволили активно вовлекать к участию в перевороте народ, который в итоге не получил решения ни одной из своих насущных проблем. Правда, по всей Италии звучали призывы к объединению, пока еще в форме федеративного государства. Население постепенно понимало, что победить можно только всем народом во главе с единым центром. Договариваться с королями-шулерами бесполезно, потому что монархи всегда будут противниками любых реформ.
Карбонарии восставали в Неаполе и Папской области, поднимали революции 1830 года в Романье, Парме, Модене. Многие были казнены. Их опыт заговоров перенимали революционеры Франции, Англии, Шотландии, Бельгии, на Балканах и в Соединенных Штатах Америки. Оставшиеся в живых карбонарии в 1831 году вступили в основанное Джузеппе Мадзини революционное общество «Молодая Италия». Карбонарские революции больше не появлялись, как звезды, и не исчезали, как кладбищенские огни. Им не хватало вождей, и поэтому они появились. В 1870 году карбонарские мечты сбылись. Во главе с великолепным Джузеппе Гарибальди народ освободил Италию.

Источник

 

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *