Понять Китай: 8 книг о мышлении, психологии и ценностях жителей Поднебесной

Понять Китай: 8 книг о мышлении, психологии и ценностях жителей Поднебесной Китай мировая сверхдержава с мощнейшей экономикой, которая вот-вот обгонит американскую по величине ВВП, из-за чего

Китай мировая сверхдержава с мощнейшей экономикой, которая вот-вот обгонит американскую по величине ВВП, из-за чего интерес к этой восточной культуре растет еще активнее. Востоковеды и специалисты по межкультурной коммуникации Федор и Екатерина Васильевы рекомендуют книги, которые помогут разобраться в менталитете китайцев и их отношении к жизни, семье и работе.
Наука
Ричард Нейсбит «География мысли»
Нейсбит (в других изданиях на русском языке Нисбетт) профессор социальной психологии Мичиганского университета. Как-то он заметил, что его научный ассистент из Китая воспринимает и анализирует информацию иначе, чем его западные коллеги. Тогда Нейсбит задумал провести исследования, чтобы выяснить, в чём заключаются эти отличия.
Например, он показывал респондентам видео с рыбами в аквариуме, а затем спрашивал, что они видели. Представители западной культуры сперва описывали рыб, а после аквариум. Восточные люди, напротив, начинали рассказывать об экосистеме или аквариуме и только потом переходили к конкретным рыбам.
В другом эксперименте Нейсбит попросил респондентов сфотографировать его. Американцы делали крупный план до плеч, а китайцы снимали человека в полный рост: первым достаточно запечатлеть лицо, а вторые «видят» человека целиком: позу, осанку, телосложение и так далее.
Наконец, участникам показывали картинку ниже и спрашивали, с чем соотносится корова.
Американцы объединили ее с курицей, потому что и та и другая представители фауны (категория). Китайцы с травой, потому что корова ест траву (отношения). Можно сделать вывод, что для западного человека в первую очередь важно наличие самой системы и место объекта в ней, а для восточного связь объекта с другими элементами системы.
Научное сообщество раскритиковало книгу. По мнению экспертов, Нейсбит позволил себе ряд вольностей. Например, он оперировал понятиями «Восток» и «Запад», хотя это слишком смелое обобщение, ведь и у западных, и у восточных народов бывают разные менталитеты: допустим, у британцев и немцев или у китайцев и японцев.
Но от этого книга менее полезной не стала. «Я преподаю бизнесменам многое из того, о чем писал Ричард Нейсбит, говорит Федор Васильев, востоковед и бизнес-тренер. И никто не жаловался, что эти знания не работают на практике из-за некорректной выборки».
Ричард Нейсбит профессор Мичиганского университета, член американской Национальной академии наук, лауреат нескольких премий за выдающиеся научные достижения и вклад в психологию. Также написал книги об интеллекте и критическом мышлении.
Мишель Гельфанд «Почему им можно, а нам нельзя»
Если лихач подрежет на дороге американца и китайца, кто из них с большей вероятностью крепко выругается и поедет дальше, а кто сообщит о происшествии в полицию, чтобы нарушителя наказали
Профессор психологии Мишель Гельфанд исследовала, почему в разных культурах по-разному относятся к правилам и как это влияет на жизнь общества: развитие бизнеса, уровень преступности, даже качество медицины.
Вместе с коллегами она организовала опрос, в котором приняли участие 7000 человек из 33 стран. Их спрашивали, насколько свободно они себя чувствуют в разных бытовых ситуациях и насколько строги нормы и наказания в их стране. На основании ответов создали шкалу самых жестких и самых расслабленных стран:
Другой вопрос: откуда берется эта разница в отношении к социальным нормам
Одним из основных факторов Мишель называет подверженность страны катаклизмам. Например, в Японии железная дисциплина, потому что в любой момент может случиться наводнение или землетрясение. И про горький опыт Хиросимы, Нагасаки и Фукусимы забывать нельзя.
На Украине (в России опрос не проводили), напротив, не так много факторов, которые могли бы глобально угрожать безопасности граждан, поэтому там в ходу «авось» и отношение к правилам наплевательское. Более того, идти вразрез с общепринятыми установками считается крутым.
Следующий фактор плотность населения. Чем теснее в стране, тем больше правил нужно, чтобы всем было хоть сколько-нибудь удобно. Так Мишель Гельфанд объясняет запрет на продажу жевательной резинки в Сингапуре:
«В 1980-х годах работники городских служб испытывали трудности с очищением тротуаров от выплюнутой жвачки, ставшей общественным бедствием. Липкими комками резинки заклеивали почтовые ящики, кнопки лифтов, замки квартир и даже датчики дверей в пригородных поездах, что регулярно вызывало перебои их движения. Решение проблемы для местности, на квадратный километр которой приходится великое множество ртов, было элементарным: избавить население от соблазна. В 1992 году торговля жевательной резинкой в Сингапуре была запрещена, а попавшихся на продаже жвачки ждали огромные штрафы».
Мишель Гельфанд выдающийся профессор (звание Distinguished Professor присваивается преподавателям, особо преуспевшим в своей профессиональной области) Университета Мэриленда. Была приглашенным экспертом на научной конференции по проблемам развития экономики и общества, организованной ВШЭ. Запись ее доклада о социальных нормах можно посмотреть на YouTube. А еще Мишель ведет твиттер.
Николай Спешнев «Китайцы. Особенности национальной психологии»
Максимально исчерпывающее исследование психологии, менталитета и образа мыслей китайцев. Книга в большей степени научный труд, чем научпоп, поэтому местами может показаться сложной. С другой стороны, в ней много таблиц и иллюстраций, которые помогают визуализировать и запоминать информацию. Целая глава посвящена языку тела невербалике.
В конце книги есть приложение с пиктограммами о китайском менталитете. Для большей наглядности автор сравнивает его с западным.
Спешнев пишет:
«Китайцы при выражении собственного мнения пытаются избегать прямых суждений. Когда нужно сказать да, они говорят нет. И наоборот. Интересно, что если китаец будет высказывать свое мнение прямо, то будут считать, что у него недостает скрытности, что он слишком прямой и непременно от этого пострадает. В действительности главным в житейской философии китайца является выражение оставь половину того, что хочешь сказать».
Николай Спешнев российский синолог (китаевед), доктор филологических наук и почетный профессор СПбГУ. Родился и вырос в Пекине, образование получил в Ленинграде. Разработал свою методику преподавания фонетики, которая до сих пор считается одной из самых эффективных. Написал и перевел множество книг, разработал учебник «Введение в китайский язык» с аудиокурсом. Был членом Европейской ассоциации китаеведов и Всемирной ассоциации преподавателей китайского языка.
Бизнес
Вэй Янь «От Великой стены до Уолл-стрит. География бизнеса и культуры»
Вэй Янь вырос в Китае, получил образование в США и более 20 лет работал финансистом в американских и китайских компаниях. Идея его книги в том, что восточный и западный подходы к бизнесу очень разные, но при том не взаимоисключающие у каждой стороны есть чему поучиться.
Например, китайцы стратеги. Они обставят кого угодно в игре на перспективу в 10, 50, 100 лет. Но при этом теряются, если надо действовать здесь и сейчас.
Американцы тактики. Они легко выигрывают в кризисных ситуациях, когда нет времени на раздумья. Но из-за сиюминутного желания сорвать куш могут упустить выгоду в будущем. Если вспомнить Стэнфордский зефирный эксперимент, то американцы те дети, которые не удержались и съели лакомство.
В книге много интересных подробностей, культурных и религиозных отсылок (концепции конфуцианства уместились на 20 страницах). Вэй Янь рассказывает, что в Китае мистицизм и суеверия в быту и бизнесе норма.
Например, в китайском языке число четыре созвучно со словом «смерть». Поэтому у них нет четвертых этажей и квартир, а сделки не заключают четвертого числа любого месяца тем более апреля. Вэй Янь отмечает, что американцы гордятся своей рациональностью и частенько подтрунивают над китайской суеверностью, хотя во многих отелях США нет 13-го этажа.
Книга клад для тех, кто работает в крупных международных компаниях, сотрудничает с Китаем и США. Хотя она будет понятна читателям любой профессии, потому что в ней мало заумной терминологии, а сложные явления автор объясняет на простых примерах.
Вэй Янь финансист, занимался венчурными инвестициями в Rothschild Ventures, работал управляющим директором в банке Lehman Brothers Asia, руководил азиатским отделением рейтингового агентства Moodys. «От Великой стены до Уолл-стрит» его единственная книга.
Тянь Тао, Давид де Кремер, У Чуньбо «Huawei. Лидерство, корпоративная культура, открытость»
Первое издание книги Тянь Тао готовил 10 лет его хорошо приняли в бизнес-сообществе, но сотрудники компании сочли его «поверхностным» и «рекламным». Тогда Тянь Тао решил полностью переработать книгу: он изменил структуру и провел интервью с сотнями самых разных сотрудников и руководителей.
В результате получилось захватывающее жизнеописание Huawei с фокусом на управленческие решения и ценности: верность делу, упорство и работоспособность.
Особое впечатление производят рассказы о героической самоотдаче инженеров их в книге много. Например, о землетрясении в Алжире.
Была страшная разруха, погибли больше 3000 человек, и по понятным причинам все экспаты, которые работали в филиалах западных компаний, сразу же покинули страну. Но несколько инженеров Huawei остались: они жили в номерах с потрескавшимися стенами и чистили зубы водой из бассейна, пока не починили поломанное оборудование и не восстановили связь.
Основатель Lenovo Лю Чуаньчжи сказал, что это «самая полная (completed)» книга о Huawei, которую он когда-либо читал (а их только на Amazon более десятка).
Тянь Тао член Международного консультационного совета Huawei и соруководитель Инновационного научно-исследовательского института при Чжэцзянском университете.
У Чуньбо старший советник по корпоративному управлению Huawei, доктор наук (PhD) по экономике, профессор Китайского народного университета.
Давид де Кремер доктор наук (PhD) по поведенческой экономике, проректор бизнес-школы Национального университета Сингапура, преподаватель Кембриджского и Стэнфордского университетов. Обладатель дюжины научных наград, например премии Британского психологического общества за значительный вклад в области социальной психологии.
Политика
Ли Куан Ю «Из третьего мира в первый. История Сингапура (19652000)»
Почти 150 лет Сингапур был британской колонией, потом частью Малайзии. Когда город стал независимым государством в 1965 году, дела его были плохи: бедный, обветшалый, без ресурсов и маломальской инфраструктуры.
Ли Куан Ю был первым премьер-министром Сингапура. В книге он от первого лица рассказывает, как за 40 лет слепил из портового городишки мировой финансовый центр, «азиатскую Швейцарию», государство с мощной экономикой, передовыми технологиями, развитой медициной и образованием.
И без того непростая задача осложнялась тем, что Сингапур полиэтническое и поликонфессиональное государство. Там живут малайцы, китайцы (к тому же из разных провинций), индийцы, европейцы. Приходилось ломать голову, как сделать так, чтобы всем было удобно. Для этого, например, ввели специальную программу расселения. В районах с домами-кондоминиумами (аналог российского товарищества собственников жилья) выделяли квоты на каждую этническую группу. То есть, например, в конкретном доме могли жить 20% китайцев, 20% европейцев, 10% малайцев и так далее.
Отдельная история привлечение первых инвестиций.
Ли Куан Ю вспоминает визит делегации, которой нужно было показать три промышленных объекта. Но в том районе электричества хватало на поддержание максимум одного. Пока Ли Куан Ю уводил гостей с одного завода, рабочие за их спинами носили кабели, чтобы подключить к току другой.
Почему книга о Сингапуре в подборке о Китае Потому что Ли Куан Ю китаец. А еще идеальный пример восточной дальновидности, последовательности и мудрости.
Ли Куан Ю первый премьер-министр и, по сути, создатель Сингапура в нынешнем виде. В 1990 году оставил пост и стал старшим министром, а потом министром-наставником. Написал несколько книг, но на русском языке есть только две: «Из третьего мира в первый» и «Мой взгляд на будущее мира». Кроме того, можно прочесть работу журналиста Тома Плейта «Беседы с Ли Куан Ю. Гражданин Сингапур, или как создают нации».
Художественная литература
Юй Хуа «Десять слов про Китай»
Небольшая (всего 221 страниц) книга, которую легко проглотить за вечер. То, что надо для начала, если вы раньше вообще ничего не читали о Китае.
Детство и юность Юй Хуа пришлись на времена «культурной революции». Он рассказывает, каким запомнил этот тяжелый период (репрессии, голод, миллионы погибших), как страна восстанавливалась и менялась после. Например, в главе «Чтение» Юй Хуа вспоминает, как пристрастился к книгам:
«Отец достал нам с братом один читательский билет на двоих, чтобы нам было чем заняться на каникулах. С тех пор я полюбил литературу.
В тогдашнем Китае почти все художественные произведения считались ядовитыми сорняками. Иностранные классики Шекспир, Толстой, Бальзак сорняки; современные китайские писатели Ба Цзинь, Лао Шэ, Шэнь Цуп-вэнь тоже; из-за того, что Мао поссорился с Хрущевым, и советская литература представляла собой сплошные заросли сорняков.
Сорняки решительно выпалывались, так что от некогда богатого собрания романов осталось немногим более двадцати книг отечественная социалистическая революционная литература. Я прочел их от корки до корки <> Это чтение не оставило у меня никаких воспоминаний. Я не увидел ни чувств, ни персонажей, ни даже сюжетов, а одну только нудно описанную классовую борьбу. Тем не менее я читал эти опусы с увлечением, потому что моя собственная жизнь была еще нуднее».
Печатную книгу найти будет сложно разве что в букинистических магазинах или на «Авито». Зато ее можно скачать в PDF.
Юй Хуа один из самых знаменитых современных китайских писателей. Славу ему принес роман «Жить», написанный в 1992 году. Одноименная экранизация романа получила три премии на Каннском фестивале и премию Британской киноакадемии. Другие его романы были отмечены международными литературными премиями и переведены на множество языков. Вел авторскую колонку о Китае в The New Yor Times.
Лю Цысинь «Задача трех тел»
Идея книги не нова: пришельцы хотят захватить Землю. Только на этот раз они установили контакт не с Америкой, а с Китаем. И это обстоятельство всё меняет, потому что сюжет развивается через призму китайских традиций и менталитета.
У «Задачи трех тел» есть знаменитые поклонники:
«Дико изобретательно, очень интересно, с грандиозным размахом». Барак Обама, 44-й президент США;
«Книга-прорыв уникальное сочетание научных и философских рассуждений, политики и истории, конспирологии и космологии». Джордж Мартин, автор «Игры престолов»;
«Отличная передышка после всех книг об экономике и социальных науках, которые я прочел в последнее время». Марк Цукерберг, основатель Faceboo.
В Китае уже есть одноименный 3D-фильм, и ходят слухи, что Amazon планирует снять по роману сериал, потратив на это миллиард долларов. Единственный подвох в том, что «Задача» только первая часть трилогии. Две другие «Темный лес» и «Вечная жизнь Смерти». Нужно быть готовым к тому, что если вас затянет, то надолго.
Лю Цысинь самый популярный писатель-фантаст в Китае, который стал международной звездой благодаря «Задаче трех тел». В 2008 году книга разошлась тиражом в 21 миллион экземпляров только на китайском рынке получается, она была у каждого 65-го жителя страны. За нее Лю Цзинь получил престижную литературную премию «Хьюго» (ее также вручали, например, Джорджу Оруэллу за повесть «Скотный двор» и Айзеку Азимову за роман «Основание и Империя»).

Понять Китай: 8 книг о мышлении, психологии и ценностях жителей Поднебесной Китай мировая сверхдержава с мощнейшей экономикой, которая вот-вот обгонит американскую по величине ВВП, из-за чего

Понять Китай: 8 книг о мышлении, психологии и ценностях жителей Поднебесной Китай мировая сверхдержава с мощнейшей экономикой, которая вот-вот обгонит американскую по величине ВВП, из-за чего

Источник

 

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *