Российская Закавказская компания

Российская Закавказская компания Для людей мало-мальски сведущих в русской истории не является новостью, что Кавказ всегда представлял собой большую головную боль для как имперских властей в

Для людей мало-мальски сведущих в русской истории не является новостью, что Кавказ всегда представлял собой большую головную боль для как имперских властей в Петербурге, так и для наместников (или командующих Отдельным Кавказским корпусом, название должности менялось, суть оставалась прежней). Проблем было натурально вагон и маленькая тележка: начиная с культурных и религиозных различий, заканчивая очень недружелюбными соседями в лице Османской империи и Персии. То есть одной рукой кавказским наместникам приходилось наводить порядок у себя на заднем дворе, в то время как другой отбиваться от внешней угрозы. Но при упоминании слова «Кавказ» в памяти обычно всплывает Северный Кавказ и история конфликтов с этносами, его населяющими, более известная как Кавказская война (1817 1864), широко известная как по огромному количеству научных работ, так и благодаря классикам русской литературы. Между тем, Северный Кавказ составляет только половину региона, есть ещё совокупность территорий к югу от Кавказского хребта, называемых Южный Кавказ или, более распространённый вариант, Закавказье. Этот край известен публике гораздо меньше, но в имперской политике играл не меньшую, а большую роль: достаточно упомянуть, что резиденция кавказского наместника (а, следовательно, и центр административной и военной власти) располагалась в городе Тифлисе, современной столице Грузии. Об одном любопытном проекте по освоению этого края, предложенном не кем-нибудь, а лично А.С. Грибоедовым, и пойдёт речь в статье.
Предыстория вопроса
После победоносной русско-персидской войны (1804 1813) по Гюлистанскому мирному договору Персия признала переход под власть Российской империи Картли-Кахетии, Имеретии, Гурии, Менгрелии, Абхазии и ханств Гянджинского, Карабахского, Шекинского, Дербентского, Кубинского, Бакинского, Ширванского и Талышского.
Присоединить присоединили, и фактически забыли. Генерал П.Д. Цицианов, который и сыграл решающую роль в присоединении означенных территорий, трагически погиб, предательски убитый на переговорах с бакинским ханом в 1806 году. Деятельность его преемников на посту командующего Отдельным Кавказским корпусом лучше всего характеризует А.П. Ермолов: в частном письме графу М.С. Воронцову он называл И.В. Гудовича «гордейшим из всех скотов» , а Н.Ф. Ртищева «созданием совершенством неспособности отличным» . Сам Алексей Петрович, вступивший в должность в 1816 году, уже в следующем году приступил к наступлению на горцев Северного Кавказа и созданию осадной системы его внимание будет приковано к этой борьбе до самого конца наместничества. Закавказье же интересовало «проконсула Кавказа» только с чисто стратегической точки зрения, а именно чтобы не было внутренних возмущений, и территория находилась под контролем русских войск. Тем не менее, первые шаги в направлении хоть какой-то интеграции региона в империю были сделаны именно Ермоловым. В Грузии, имевшей собственные древние традиции государственности, Ермолов настоял на учреждении депутатского дворянского собрания, официально даровав грузинским князьям положенные сословные привилегии, но взамен поставив их на службу империи. Контроль со стороны русской администрации был чисто номинальный, выражавшийся в назначении для наблюдения приставов из числа отставных офицеров, которые не знали даже названия народов, за которыми надзирали, не говоря о языке или каких-то местных особенностях и обычаях. Толку от такого «управления» не было никакого. Ермолов постановил, что впредь на должности приставов должны назначаться только строевые офицеры, владеющие татарским языком и знающие обычаи, либо, по недостатку таковых, грузинские дворяне (которые имели богатый опыт общения с татарами). В более крупных татарских ханствах Ширванском, Кубинском, Шекинском Ермолов также не мог потерпеть сохранения власти ханов, при которых они являлись фактически суверенными правителями, а российские законы вовсе не действовали. Показателен следующий случай, описанный Потто:
«Летом 1816 года в деревне Ханабади был убит семилетний мальчик, сын тамошнего муллы; малютке нанесено было несколько ран кинжалом и перерезана шея. Никто не знал, кем было совершено зверское преступление, и лишь несколько женщин сказали, что в этот день через их деревню проехали трое евреев из Карабалдыра. Этого было довольно, чтобы евреев привлекли к ответу. Измаил-хан, явившись сам на судилище, приказал пытать их; несчастных били палками, рвали клещами тело их, выбили им зубы, и потом зубы эти вколачивали им в головы. В беспамятстве и исступлении, терзаемые оговаривали других евреев, которых сейчас же хватали и предавали таким же истязаниям. Еврейские деревни Карабалдыр и Варташены были опустошены, женщины и мальчики изнасилованы. Такова была самостоятельность ханств и их самоуправление» .
Естественно, дальше таким образом дела идти не могли. Но разгоравшаяся Кавказская война, а также русско-персидская (1826 1828) и русско-турецкая (1828 1829) войны отвлекали всё внимание и ресурсы, имевшиеся в распоряжении Ермолова и его преемника И.Ф. Паскевича.
Проект Грибоедова
Вновь к вопросу об освоении и интеграции Кавказа власти вернулись только после заключения Адрианопольского мира с Османской империей. В этот момент командующим Кавказским корпусом был уже И.Ф. Паскевич, любимец и друг императора Николая I. Ему-то и было поручено две задачи: во-первых, окончательно решить вопрос с непокорными горцами, во-вторых заняться, наконец, гражданским устройством Кавказа. Поскольку на Северном Кавказе продолжались военные действия, экспериментировать Иван Фёдорович решил на Закавказье.
А.С. Грибоедов на Кавказ попал практически одновременно с Ермоловым, быстро став человеком весьма приближённым к командующему. С 1822 года Александр Сергеевич стал при Ермолове секретарём по дипломатической части. Впрочем, после падения всесильного «проконсула», карьера Грибоедова ничуть не пострадала главным образом потому, что новый наместник приходился ему роднёй (Паскевич был женат на двоюродной сестре Грибоедова). Но, помимо этого, Паскевич быстро оценил способности, которыми обладал его родственник: Грибоедов, бесспорно, был превосходным дипломатом, кроме того, он свободно владел фарси и мог изъясняться с персами без переводчика (согласимся, вещь для дипломата полезная). Именно Грибоедов посоветовал при заключении Туркманчайского договора не верить Аббас-Мирзе на слово, а потребовать выплаты части контрибуции авансом, что вскрыло обман Персии в части выполнения своих обязательств и позволило принудить к их соблюдению. Кроме того, Паскевич обязан Грибоедову своим титулом « граф Эриванский», поскольку Александр Сергеевич написал от его лица столь блистательную реляцию о взятии крепости Эривань, что император пришёл в полный восторг. Доверие Паскевича доходило до того, что он не читая подписывал всё, что подавал ему родственник. Собственно, именно благодаря тёплым отношениям между Паскевичем и Грибоедовым столь смелый план мог вообще появиться на свет. Без личного одобрения наместника дело не двинулось бы дальше чистых фантазий.
Итак, основная мысль, на которой строится весь проект А.С. Грибоедова частная инициатива является двигателем прогресса, а стремление к прибыли является общим качеством для всех без исключения людей, стирая национальные и религиозные различия эффективнее всего на свете. Закавказье обладало весьма благодатным для сельского хозяйства климатом, а также имело достаточный запас природных ресурсов, единственное, что мешало их освоить это недостаточный объём оборотных капиталов и инвестиций. Грибоедов настаивает на двух обстоятельствах: местное население в силу своего азиатского менталитета никогда не будет использовать богатства края, государственный аппарат также не в силах заставить его сделать это, по крайней мере, без контроля на уровне частных домохозяйств. Объединив усилия и капитал множества частных инвесторов в лице единого экономического агента можно решить как задачу экономического развития региона со всеми вытекающими отсюда выгодами для России в виде поставок колониальных товаров и увеличившихся налоговых поступлений, так и проблему ассимиляции местного населения, вовлечения его в активную экономическую деятельность, и перехода к оседлому образу жизни вольных горских обществ.
Российская Закавказская компания (в дальнейшем РЗК) должна была создаваться по образцу Ост-Индской или Русско-Американской торговой компании, с монопольным правом на добычу, обработку и продажу всех природных ресурсов сроком на 50 лет. Условием сохранения привилегий было развитие за срок в 15 лет тех отраслей хозяйства, на которые они были получены; в случае невыполнения данного условия привилегии утрачивались. Уставной капитал компании складывался из продажи акций, а также предусматривалась передача в её собственность всех пустующих и заброшенных казённых земель по символическим ценам. Порт Батуми планировалось сделать основной торговой гаванью (правда перед этим его нужно было аннексировать у Турции, но это так, мелочи). При этом роль Закавказья как колонии не сводилась к сырьевому придатку и рынку сбыта: проект предусматривал создание собственной фабрично-заводской промышленности в крае. Рабочую силу должны были составить вольнонаёмные, в первую очередь из армян, массово бежавших с территорий Турции; в случае, если рабочих рук окажется недостаточно, акционеры могли закупать крепостных в России и переселять их в Закавказье с тем, чтобы по истечении срока в пятьдесят лет те получили свободу и земельный участок. При этом Грибоедов не мог не понимать, что в российских реалиях самодержавный император никогда не дозволит даже намёка на то, что он поступился хоть частицей своей власти и передал целую провинцию империи в частные руки. Но Александр Сергеевич предусмотрел и это: в отличие от Российско-Американской Компании, директоры которой избирались на собрании акционеров, руководство РЗК формировалось из представителей государственной власти имперского и регионального уровня: управление РЗК должно было осуществляться четырьмя президентами: министрами финансов и внутренних дел империи, главнокомандующим в Грузии и тифлисским военным губернатором. РЗК не претендовала на осуществление военной или административной власти, не имелось у неё никакой собственной колониальной администрации или армейских соединений, дипломатические сношения с иностранными державами были запрещены. Все военные и гражданские чиновники, назначаемые Петербургом, оставались бы на своих местах. Единственное, что изменялось они должны были стать держателями акций РЗК. Главным держателем непременно становился сам командующий Кавказским корпусом. В этом Грибоедов видел залог успеха всего проекта:
«До сих пор заезжий русский чиновник мечтал только о повышении чина и не заботился о том, что было прежде его, что будет после в том краю, который он посетил на короткое время. Он почитал Тифлис, или какой-либо другой город за Кавказом, местом добровольной ссылки. Сперва корысть (ибо в общем деле Компании всякий вкладчик будет видеть частную свою пользу) заохотит многих из них и более познавать, и самим действовать. Таким образом, просвещение появится как средство вспомогательное, подчиненное личным видам; но вскоре непреодолимым своим влиянием завладеет новыми искателями образования, и чувство лености, равнодушия к наукам и искусствам, бесплодное, всему вредящее своелюбие уступят место порывам благороднейшим страсти к познаниям и стремлению самим быть творцами нравственно улучшенного бытия своего. <> Ничто не скрепит так твердо и нераздельно уз, соединяющих россиян с новыми их согражданами по сю сторону Кавказа, как преследование взаимных и общих выгод.»
Таким образом, ЗРК должна была походить на современную госкорпорацию: учреждённая и управляемая государством, она сочетала в себе частные капиталы и государственный административный и военный ресурс.
Судьба проекта
Смелому замыслу Александра Сергеевича, как известно, не суждено было осуществиться. После его трагической гибели Паскевич, обещавший покойному не бросать его детище на произвол судьбы, употребил всё своё влияние и сумел добиться высочайшего утверждения проекта. ЗРК была учреждена, и в январе 1831 года «Ведомости» даже напечатали первый список акционеров, куда вошёл сам И.Ф. Паскевич. Однако в 1830 году началось восстание в Польше, и Николай поспешил отправить своего любимца руководить его подавлением; вслед за этим под влиянием поляков и грузинские князья в 1832 году организовали заговор с целью свержения русской власти, в котором участвовал и Александр Чавчавадзе, тесть покойного Грибоедова. Заговор, конечно, был раскрыт, никого из заговорщиков даже не казнили, ограничившись ссылкой, но осадочек остался. Вскоре после этого российские власти приступили к масштабной административной реформе в Закавказье, пойдя при этом по пути (как тогда казалось) самому простому: попросту скопировали уже существовавшую в Центральной России форму административно-территориального деления (губернскую систему) и распространили на Закавказье (а затем и на весь Кавказ) действие свода законов Российской империи. Местное население ни того, ни другого не восприняло, тем более, что кавказские чиновники и интенданты продолжали воровать и вымогать взятки в масштабах поистине невообразимых (например, один военный губернатор Тифлиса Сипягин растратил в общей сложности 276 504 рублей, что было позднее обнаружено сенаторской ревизией). Культурная и идеологическая пропасть между народами Кавказа и Россией продолжала увеличиваться.

Российская Закавказская компания Для людей мало-мальски сведущих в русской истории не является новостью, что Кавказ всегда представлял собой большую головную боль для как имперских властей в

Российская Закавказская компания Для людей мало-мальски сведущих в русской истории не является новостью, что Кавказ всегда представлял собой большую головную боль для как имперских властей в

Российская Закавказская компания Для людей мало-мальски сведущих в русской истории не является новостью, что Кавказ всегда представлял собой большую головную боль для как имперских властей в

Источник

 

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *