Кто стал прототипом Воланда из «Мастера и Маргариты»

 

Кто стал прототипом Воланда из «Мастера и Маргариты» Роман Михаила Афанасьевича Булгакова «Мастер и Маргарита» годами исследуют вдоль и поперек. Особенно читателей и литераторов интересуют

Роман Михаила Афанасьевича Булгакова «Мастер и Маргарита» годами исследуют вдоль и поперек. Особенно читателей и литераторов интересуют прототипы мест и персонажей. Разумеется, в центре их внимания – сам Воланд, пришедший со своей свитой на улицы Москвы обличать ее жителей.
Кто же послужил прообразом дьявольского персонажа В разное время выдвигались разные версии. Одна из самых популярных гласит, что реального прототипа не было, а вдохновением послужил Мефистофель из «Фауста» Гете. Другая версия – под маской Воланда скрывается сам вождь народов Иосиф Сталин. Но есть и третий вариант – это мрачный и загадочный поэт со сложной и трагической судьбой. Правда, сегодня мало кто о нем слышал, но от этого он не менее интересный. Речь идет о Владимире Ивановиче Нарбуте.
Он родился в 1888-м году в украинском селе Нарбутовка. Был вторым ребенком из девяти детей в семье. Принадлежал к старинному княжескому роду, имевшему польские корни. Кстати, это весьма интересная деталь: считается, что имя Воланда Булгаков уж точно позаимствовал у Гете, в поэме которого Мефистофель, пробивая себе дорогу через толпу, говорит: «Дворянин Воланд идет!»
Окончив Глуховскую гимназию с золотой медалью, Нарбут вместе с братом приехал в Петербург. К тому моменту он уже начал писать стихи, но еще был никому неизвестен. В 1906 году Владимир Иванович был зачислен на факультет восточных языков Петербургского университета. С начала 1911 г. сотрудничал как поэт и критик в студенческом журнале «Gaudeamus», где также руководил отделом поэзии. Как предполагает Геннадий Краснухин, автор книги «Круглый год с литературой», именно в этот период Нарбут перенес какое-то заболевание, вследствие которого ему удалили пятку. До конца жизни поэт остался хромым и ходил с палочкой. Как известно, булгаковский Воланд тоже пользовался тростью.
Однако не одно это обстоятельство намекает на тот факт, что именно с Владимира Нарбута Булгаков срисовал образ Воланда. Дело в том, что Нарбуту была присуща некая «дьявольщина». Например, если верить изданию «Серебряный век. Поэты и стихи», первый его поэтический сборник под названием «Аллилуиа», вышедший тиражом в всего-навсего в сотню экземпляров, стал настоящей сенсацией. И неспроста. Ведь оформление книги было выше всяких похвал: бумага «под старину», водяные знаки, старославянский шрифт. Но, несмотря на это, как утверждает Ольга Кучкина в своей книге «Смертельная любовь: личные истории знаменитостей», все экземпляры сборника были сожжены по распоряжению Святейшего Синода. Также Ольга Кучкина пишет о том, что, по словам современников, публичные чтения Владимира Нарбута больше напоминали сеансы черной магии.
В октябре 1912 г., чтобы избежать суда за скандальный сборник «Аллилуиа», при содействии Н. Гумилева присоединился к пятимесячной этнографической экспедиции в Сомали и Абиссинию. Вернувшись в марте 1913 г. после амнистии по случаю 300-летия дома Романовых, взялся за издание и редактирование «Нового журнала для всех», но через 2 месяца, запутавшись в финансовых делах, продал права на журнал и вскоре уехал в родную Нарбутовку. В годы Первой мировой войны время от времени печатался в столичной и местной периодике.
К 1917 г. примкнул к левым эсерам, после Февральской революции вошел в Глуховский совет, склоняясь к большевикам. Однако это не спасло Нарбута от неприятностей – в январе 1918 г. его семья в своем доме подверглась нападению отряда красных «партизан», которые громили «помещиков и офицеров». Брата Нарбута Сергея расстреляли прямо во дворе, сам поэт бросился на защиту родственника и получил четыре пули. Врачам удалось спасти ему жизнь, а вот кисть его левой руки медикам пришлось удалить. Стоит отметить, что Нарбут симпатизировал большевикам и впоследствии он даже вступил в партию. Узнав о взглядах князя, «партизаны» явились к нему в больницу и принесли извинения.
Весной 1918 г. Нурбат был отправлен в Воронеж для организации большевистской печати, кроме этого в 1918—1919 гг. издавал «беспартийный» журнал «Сирена». В 1919 г. жил в Киеве, где участвовал в издании журналов «Зори», «Красный офицер», «Солнце труда». Остался в городе после занятия его белыми, затем по контролируемым белыми территориям уехал через Екатеринослав в Ростов-на-Дону, где 8 октября 1919 г. был арестован контрразведкой белых как коммунистический редактор и член Воронежского губисполкома. В контрразведке дал показания, в которых признался в ненависти к большевикам и объяснил свое сотрудничество с большевистской властью безденежьем, страхом и отчаянием. Позднее это признание попало в руки ЧК и спустя многие годы было использовано как компромат против Нарбута. Об этой истории вспоминает в своей книге «Несколько моих жизней» и Варлам Шаламов.
Освобожденный при налете красной конницы, Нурбат снова официально вступил в РКП(б). В 1922 г. он переселился в Москву, работал в Наркомпросе. Основал и возглавил издательство «Земля и фабрика» (ЗиФ), на его базе в 1925 г. совместно с издателем В. А. Регининым основал ежемесячник «Тридцать дней».
В 1928 г. был исключен из партии за сокрытие обстоятельств, связанных с его пребыванием на Юге во время Гражданской войны, одновременно уволен с редакторских постов. Поэт был вынужден жить литературной поденщиной. В 1936 г. Нарбута арестовали за пропаганду буржуазного национализма и на 5 лет отправили в лагерь под Магаданом. Вот только свой срок он до конца отбыть не успел: в апреле 1938 года «тройка» решила, что литератор «заслуживает» расстрела. Как пишет Н. В. Переяслов в своей книге «Маяковский и Шенгели: схватка длиною в жизнь», приговор был приведен в исполнение в том же месяце и в том же лагере.
Правда, в 1960-е годы широкое распространение получила легенда, согласно которой Нарбут вместе с несколькими сотнями заключенных-инвалидов был утоплен на барже в Нагаевской бухте. На протяжении длительного времени эта информация не могла быть проверена так как при его реабилитации в октябре 1956 г. родственникам Нарбута была выдана справка с намеренно сфальсифицированной датой смерти — 15 ноября 1944 г.. Подлинные обстоятельства его гибели были установлены лишь в конце 1980-х годов.
И все-таки мало что в незатейливой биографии поэта обнаруживает связь с булгаковским Воландом. Что же породило такую версию Дело в том, что образ Владимира Нарбута был сильно искажен. Ведь в свое время он печатался в бульварных и, если так можно выразиться, не совсем пристойных изданиях, из-за чего его считали аморальным поэтом. Подкрепляли это мнение стихотворные строки вроде «Луна, как голова, с которой кровавый скальп содрал закат» и им подобные, считающиеся порнографическими.
Благородное происхождение и сложное политическое прошлое также добавили почвы для различных слухов. Но главный источник подкинул известный писатель Валентин Катаев. В семидесятые вышла его книга «Алмазный мой венец», которую, как и «Мастера и Маргариту», называют романом-загадкой и, по совместительству, мемуарами Катаева. В этом произведении выведены многие известные писатели, в том числе Есенин, Маяковский, да и сам Михаил Булгаков. Есть там и Владимир Нарбут – «колченогий». Читая об этом персонаже, невозможно не вспомнить Воланда. Катаев называет его зловещим порождением времени, странным человеком, напоминающим падшего ангела. Кроме того, на все лады расписываются его таинственность и загадочное влияние на людей. Отсюда же, вероятно, поползли слухи, что чтения Нарбута походят на сеансы черной магии…
Насколько это все правдиво, судить сложно. Тем не менее, глядя на фото Владимира Нарбута, приходится признать, что роль Воланда вполне бы ему подошла.
Однако версия о Владимире Нарбуте вызывает и много вопросов. Если таковым его видел Катаев, отрицающий, между прочим, что его роман является мемуарами, это совсем не значит, что Булгаков был того же мнения. Да и прочитать «Алмазный мой венец» ему не довелось – он умер намного раньше. Но при всем этом такая догадка имеет право на существование, наряду с другими.

Кто стал прототипом Воланда из «Мастера и Маргариты» Роман Михаила Афанасьевича Булгакова «Мастер и Маргарита» годами исследуют вдоль и поперек. Особенно читателей и литераторов интересуют

Кто стал прототипом Воланда из «Мастера и Маргариты» Роман Михаила Афанасьевича Булгакова «Мастер и Маргарита» годами исследуют вдоль и поперек. Особенно читателей и литераторов интересуют

Кто стал прототипом Воланда из «Мастера и Маргариты» Роман Михаила Афанасьевича Булгакова «Мастер и Маргарита» годами исследуют вдоль и поперек. Особенно читателей и литераторов интересуют

Источник

 

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *