РОЖДЕНИЕ АНГЛИЙСКОЙ ДЕМОКРАТИИ. ОКСФОРДСКИЕ ПОЛОЖЕНИЯ, ИЛИ КАК РОДИЛСЯ ПАРЛАМЕНТ

РОЖДЕНИЕ АНГЛИЙСКОЙ ДЕМОКРАТИИ. ОКСФОРДСКИЕ ПОЛОЖЕНИЯ, ИЛИ КАК РОДИЛСЯ ПАРЛАМЕНТ Генрих III вошел в историю по двум причинам. Причем обе по сей день находятся в самом центре Лондона. Он отстроил

Генрих III вошел в историю по двум причинам. Причем обе по сей день находятся в самом центре Лондона.
Он отстроил Вестминстерское аббатство в его современном виде и способствовал образованию парламента. И если первым он очень гордился, то радоваться по поводу второго ему бы и в голову не пришло.

Историю возникновения парламента нужно начинать издалека — с попытки короля захватить Сицилию.
Генрих III был королем набожным. Среди всех святых милее всего ему был предпоследний саксонский король Эдуард Исповедник, которому он воздвиг шикарную гробницу, ставшую духовным центром только построенного Вестминстерского аббатства.
Если в делах духовных у него все было в порядке, то со светскими, как дипломатическими, так и военными, были большие проблемы.
В то время королю приходилось просить денег на войну у своих баронов, а они с этим не торопились. Все началось с совершенно провальной попытки отвоевать у французов земли, некогда принадлежавшие Плантагенетам.
Ну, а потом Генрих совершил еще одну колоссальную глупость. В 1253 году папа Иннокентий предложил его сыну трон Сицилийского королевства. Честь оказалась довольно сомнительной, потому что папа попросил за Сицилию довольно большие деньги. Если быть совсем точным, то не за саму Сицилию, а за право ее завоевать.
Простой взгляд на карту Европы не оставляет сомнений, что предприятие это с самого начала было совершенно бредовым — где Англия и где Сицилия. Если даже в наше время отправлять войска за несколько тысяч километров — большая проблема, то что говорить о средневековье!

Это не помешало Генриху попросить у баронов деньги. Бароны (так собирательно назывались все аристократы, владеющие землей) отказались. Конфликт, который и раньше висел в воздухе, окончательно созрел. К 1256 году Генрих III растерял остатки популярности.
Во-первых, баронам надоели его родственники из французского аристократического рода Лузиньянов, которые активно прибирали к рукам деньги и земли и вели себя в Англии, как хозяева. Несмотря на то, что в те времена и французская, и английская знать говорили на одном языке (французском), любви к соседям по другую сторону пролива англичане не испытывали.
Во-вторых, к тому времени у короля появился еще один заклятый враг, человек, которого он сам же и женил на своей родной сестре — прославленный воин, участник крестовых походов, успешный полководец Симон де Монфор, 6-й граф Лестер. Симон де Монфор не раз выручал Генриха, когда тот попадал в сложные ситуации, будь то в военном деле или в подчинении взбунтовавшихся французских провинций.
Однако взаимное недовольство между королем и его вассалом росло, и однозначно сказать, кто из них в чем был виноват, нельзя.

Генрих, конечно, имел тенденцию нарушать данные обещания, но и Симон, пользуясь браком с сестрой короля, несколько раз вел себя не слишком разумно. Однажды, он, например, взял в долг крупную сумму, назвав короля поручителем, и «забыл» его об этом предупредить.
Эта история не стала причиной окончательного разрыва: король отправил де Монфора в Гиень, принадлежавшую ему французскую провинцию, которая попыталась восстать против власти английского короля. Де Монфору он все еще доверял. Де Монфор мятежников усмирил, но слишком жестоко даже по средневековым понятиям. Разозленные жители Гиени написали королю жалобу, которая была самым настоящим шантажом: или ты, Генрих III, этого человека уберешь, или мы попросимся под власть французской короны к Людовику VIII.
Король вызвал своего вассала в Лондон и обвинил в предательстве. «Предатель — воскликнул граф, — если бы ты не был королем, то ответил бы за это оскорбление!»
«Ни о чем я не сожалею так сильно, — ответил Генрих, — как о том, что я позволил тебе жиреть в моих владениях!»
Вот тут-то с дружбой и было покончено уже навсегда.

В 1258 году ситуация для короля сложилась совсем неудачная. Баронам надоело постоянно ссужать королю деньги, учитывая, что тот не держал обещаний. Да еще и урожай оказался крайне скудным, население резко обнищало, и по доброй традиции винило во всех неприятностях не погоду, а короля и знать.
Генрих призвал членов королевского совета обсудить ситуацию, однако на встречу в Вестминстере его вассалы во главе с де Монфором явились в полном боевом снаряжении с мечами в руках.
Генрих III, конечно, был не самым лучшим королем, но трусом он точно не был.
«Я что, ваш пленник» — вскричал пораженный король.
«Нет, сир, — ответил один из вассалов, — Но из за вашего мотовства и излишней любви к иностранцам королевство пребывает в несчастии. А следовательно, мы требуем, чтобы властные полномочия перешли к баронам и священникам, которые смогут исправить злоупотребления и принять законы, целительные для нашего государства».

Королю это все очень не понравилось, но деваться было, в общем-то, некуда. Было решено, что он даст добро на то, чтобы создать комиссию для проведения реформ в королевстве, куда войдут 24 барона и священнослужителя, из которых половина будет избрана королем, а другая половина — самими баронами. Все они решили собраться в Оксфорде, чтобы обсудить детали.
Именно эту встречу и принятые там решения, получившие название «Оксфордских положений», и следует считать началом британской парламентской демократии.
Каждый участник оксфордских переговоров дал торжественную клятву, что будет способствовать реформам в королевстве «во славу господа, на службе короля и для блага народа». И что от выполнения своих обязанностей их не отвлекут «ни посулы, ни подарки, ни доходы, ни потери, ни любовь, ни ненависть, ни страх».

Реформы вкратце заключались в следующем:
— От каждого графства будет выбираться по четыре свободных землевладельца (в средневековой Англии так назывались рыцари, получившие земельный надел за верную службу), которые будут выносить на суд парламента все посягательства, излишества и нарушения королевской администрации.
— Каждый год свободные землевладельцы каждого графства будут выбирать шерифа, который будет отвечать за соблюдение закона.
— Все шерифы, держатели казны и судьи должны каждый год отчитываться о своих расходах перед парламентом.
— Парламент должен собираться три раза в год: в начале февраля, июня и октября.
Идеи для средневековья были совершенно революционными.

Но когда дошло до реализации, все оказалось не таким уж радужным.
Во-первых, сторонники де Монфора (да и он сам) постарались сделать все возможное, чтобы в число выборщиков, шерифов и судей попали исключительно их сторонники.
Во-вторых, де Монфор, дорвавшись до власти, стал немедленно ею злоупотреблять.
В-третьих, большая часть аристократии была готова терпеть причуды короля, потому как он все-таки был помазанником божьим, но не хотели подчиняться выскочке.

В результате королю, а, вернее, его сыну, будущему королю Эдуарду I, удалось собрать большое войско, которое наголову разбило сторонников де Монфора в битве при Ившеме в 1265 году.
С де Монфором разделались особенно жестоко. Возглавлявший королевские войска сын Генриха Эдуард послал несколько рыцарей, которым было дано одно единственное задание: убить мятежника.
После того, как де Монфор пал в битве, ему отрубили мечами голову, руки, ноги и гениталии. Последние в качестве особого унижения то ли запихнули трупу в рот, то ли повесили на обрубке шеи.
Королевская власть была восстановлена в полном объеме, революционные реформы, значительно опередившие свое время, были забыты.

История отнеслась к Симону де Монфору гораздо благосклоннее современников. Созданный им парламент стал считаться во всем мире первым провозвестником современной демократии.
В Вашингтоне барельеф с изображением профиля мятежного графа украшает стену палаты представителей.
Наполеон Бонапарт — не самый большой демократ — назвал де Монфора одним из самых выдающихся англичан всех времен.
Во времена королевы Виктории его стали называть «отцом палаты общин».
Оксфордские положения незаслуженно уступают Хартии вольностей первое место в списке главных документов английской демократии. Правда, в XIII веке рассчитывать на успех таких радикальных реформ все-таки не стоило.
https://www.bbc.com/russian/features-44389023

РОЖДЕНИЕ АНГЛИЙСКОЙ ДЕМОКРАТИИ. ОКСФОРДСКИЕ ПОЛОЖЕНИЯ, ИЛИ КАК РОДИЛСЯ ПАРЛАМЕНТ Генрих III вошел в историю по двум причинам. Причем обе по сей день находятся в самом центре Лондона. Он отстроил

РОЖДЕНИЕ АНГЛИЙСКОЙ ДЕМОКРАТИИ. ОКСФОРДСКИЕ ПОЛОЖЕНИЯ, ИЛИ КАК РОДИЛСЯ ПАРЛАМЕНТ Генрих III вошел в историю по двум причинам. Причем обе по сей день находятся в самом центре Лондона. Он отстроил

РОЖДЕНИЕ АНГЛИЙСКОЙ ДЕМОКРАТИИ. ОКСФОРДСКИЕ ПОЛОЖЕНИЯ, ИЛИ КАК РОДИЛСЯ ПАРЛАМЕНТ Генрих III вошел в историю по двум причинам. Причем обе по сей день находятся в самом центре Лондона. Он отстроил

РОЖДЕНИЕ АНГЛИЙСКОЙ ДЕМОКРАТИИ. ОКСФОРДСКИЕ ПОЛОЖЕНИЯ, ИЛИ КАК РОДИЛСЯ ПАРЛАМЕНТ Генрих III вошел в историю по двум причинам. Причем обе по сей день находятся в самом центре Лондона. Он отстроил

РОЖДЕНИЕ АНГЛИЙСКОЙ ДЕМОКРАТИИ. ОКСФОРДСКИЕ ПОЛОЖЕНИЯ, ИЛИ КАК РОДИЛСЯ ПАРЛАМЕНТ Генрих III вошел в историю по двум причинам. Причем обе по сей день находятся в самом центре Лондона. Он отстроил

РОЖДЕНИЕ АНГЛИЙСКОЙ ДЕМОКРАТИИ. ОКСФОРДСКИЕ ПОЛОЖЕНИЯ, ИЛИ КАК РОДИЛСЯ ПАРЛАМЕНТ Генрих III вошел в историю по двум причинам. Причем обе по сей день находятся в самом центре Лондона. Он отстроил

РОЖДЕНИЕ АНГЛИЙСКОЙ ДЕМОКРАТИИ. ОКСФОРДСКИЕ ПОЛОЖЕНИЯ, ИЛИ КАК РОДИЛСЯ ПАРЛАМЕНТ Генрих III вошел в историю по двум причинам. Причем обе по сей день находятся в самом центре Лондона. Он отстроил

Источник

 

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *