Период с 1910 по 1926 год в истории Португалии был весьма неспокойным, или, как сейчас бы сказали, лихим

Период с 1910 по 1926 год в истории Португалии был весьма неспокойным, или, как сейчас бы сказали, лихим Ликвидировав монархию, страна стала республикой, и в ней началась невиданная ранее бурная

Ликвидировав монархию, страна стала республикой, и в ней началась невиданная ранее бурная политическая жизнь. Партии росли, сменяя друг друга в парламенте. За 16 лет в стране ни один президент не досидел до конца срока, премьерминистров сменилось 44, а европейские газеты уже даже не обращали внимания на новости о том, что в Португалии произошел очередной государственный переворот. Политикипопулисты привели государственные финансы в состояние полного коллапса, инфляция была огромная, бюджет трещал по швам. Подобная ситуация, конечно же, не способствовала развитию у простых португальцев доверия к демократическим институтам. Многие из них начали считать, что вся эта демократия сплошной обман, для них она не подходит, и у Португалии свой, особый путь. Чехарда политиков всем надоела, народ хотел спокойствия и стабильности.
Результатом стал очередной переворот, совершенный военными и призванный покончить с хаосом. Пришедшие к власти генералы старались создать правительство из людей, не имеющих, как сказали бы сейчас, негативной репутации. Но таких людей в тогдашнем португальском истеблишменте было не сыскать. В результате стали присматриваться к фигурам весьма и весьма незаметным.
Одной из таких фигур стал скромный профессор Коимбрского университета Антониу ди Оливейра Салазар. Когдато он был членом Католической партии и даже избирался в парламент, но быстро разочаровался, сложил с себя полномочия и вернулся преподавать экономику. Был это человек скромный и замкнутый, говорить на публику не умел, лекции читал скучно, женат не был. В общем, это была полная противоположность тех ярких ораторов, что сменяли друг друга на португальском политическом Олимпе в последние годы.
Однако профессор сразу проявил железную хватку. От членов военной хунты, пригласивших его стать министром финансов, он потребовал полного контроля над всеми доходами и расходами всех государственных органов то есть, по большому счету, верховной власти в стране. Военные на это не согласились, после чего Салазар развернулся и уехал обратно. Но через пару лет вернулся, когда не сумевшие совладать с финансами военные согласились на его условия. Так началось его сорокалетнее правление, на протяжении которого Салазар скромно продлевал академический отпуск в университете.
Надо сказать, что привести в порядок финансы Португалии Салазару и впрямь удалось. Он ввел жесткую финансовую дисциплину, обязал все ведомства и регионы иметь профицитный бюджет и лично контролировал государственные расходы. Вскоре подорванная экономика страны стала выправляться.
Помогла Салазару и экономическая конъюнктура. Страна была крупнейшим экспортером вольфрама, необходимого для получения высокопрочной стали, и некоторых других ресурсов. В то время, как основные европейские державы, готовясь к новой войне, наращивали свою бронированную мощь, спрос на вольфрам сильно вырос, а вслед за ним и цена. А уж когда война разразилась, в стране началась настоящая вольфрамовая лихорадка. Крестьяне бросали поля и шли в рудные артели, потому что это стало самой прибыльной работой в стране английские и немецкие торговые агенты буквально из рук друг у друга вырывали ценный металл. Вообще, позиция «и нашим, и вашим», которую режим Салазара занял во Второй мировой войне, сказалась на португальской экономике чрезвычайно позитивно.
Успехи в экономике дали всесильному премьеру картбланш на проведение глубоких политических реформ. Этой возможностью он воспользовался сполна. Уже в 1933 году в стране была принята новая конституция, устанавливающая политический режим, ближе всего стоящий к фашизму. Парламент упразднялся, все политические партии запрещались, кроме одной Национального Союза, возглавляемого самим Салазаром. Формально тот назывался «объединением всех португальцев», но, по сути, объединял военных, промышленников и чиновников, демонстрировавших таким образом свою лояльность режиму, и получавших за это разные бонусы. Смертная казнь в стране формально отсутствовала, но фактически тайная полиция (с неблагозвучным названием PIDE) могла творить что угодно, а суды, не моргнув глазом, сажали в тюрьму на 710 лет за неудачную шутку.
На все ключевые посты в стране, от президента до кардинала, сели товарищи Салазара по Коимбрскому университету, местные власти назначались им напрямую, губернаторов перестали избирать, сменяемость политических фигур стала крайне низкой. Экономическая конкуренция в стране также была жестко ограничена. В каждой отрасли были созданы корпорациимонополии, формально частные, но на деле аффилированные с государством и отдельными чиновниками до полного сращивания. Мелкий и средний бизнес вытаптывался ими на корню, в самих же них царила чудовищная неэффективность, коррупция и кумовство. Что, впрочем, было не столь заметно в условиях высоких цен на сырье, кормивших всю экономику страны.
В плане идеологии режим Салазара апеллировал к славному прошлому Португалии. Народу активно внушалась мысль о том, что просевшая в последние 200 лет Португальская империя, переживает новый подъем, встает с колен и вотвот вернет себе позиции одной из великих держав. В то время, как прочие колониальные империи начинали осознавать, что невозможно провернуть назад, и начавшие бороться за самоопределение колонии придется отпустить, Португалия вцепилась в свои мертвой хваткой. Ведь это было последнее, что отличало ее от остальных европейских стран, и давало иллюзию величия. Активно продвигался альянс с Бразилией, с которой будто бы планировалось создать союзное государство. Впрочем, Бразилия, давно переросшая свою бывшую метрополию, не оченьто к этому союзу стремилась.
Что касается религии, то государственная пропаганда разыгрывала карту избранности португальцев и их особой исторической миссии. С этой целью активно использовалось Фатимское чудо не могла же Дева Мария явиться кому попало, утверждали пропагандисты, в том числе, из числа священников. Раз она явилась именно португальцам, значит, этому народу предстоят великие свершения, а чтобы они осуществились, нужно строить великой будущее для империи.
Кончилось это все, конечно, плохо. Поддержание порядка в колониях требовало вливания туда все большего количества ресурсов, в том числе, и человеческих там разразилась война за независимость при активной поддержке СССР, и пожар приходилось тушить кровью португальцев. Чудовищный разрыв между мечтаниями Салазара и реальным положением дел не давал стране сконцентрировать усилия на насущных задачах. Неэффективная экономика уже к шестидесятым годам сделала Португалию одной из самых отсталых стран Европы, а экономическая изоляция довершила дело. В 1974 году последняя в мире колониальная империя рухнула.
Но Салазар до этого не дожил. В 1968 году он неудачно упал со стула, и травма головы сделала его недееспособным. Оказавшийся в больнице диктатор был отправлен в почетную отставку. Он прожил еще два года, и на протяжении этих двух лет министры его правительства регулярно собирались в его палате на «совещания». За это время никто так и не решился сказать больному старику, что тот больше не руководит страной.

Источник

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *