АМАЗОНКИ АТЛАНТИКИ. Часть 2

АМАЗОНКИ АТЛАНТИКИ. Часть 2 Штормовой декабрь подвел черту попыткам 1927 года. Штормило всю зиму и начало весны двадцать восьмого. Но в один из мартовских дней с английского военного аэродрома

Штормовой декабрь подвел черту попыткам 1927 года. Штормило всю зиму и начало весны двадцать восьмого. Но в один из мартовских дней с английского военного аэродрома Кронвелл вновь взлетает тяжелонагруженный моноплан. Курс — в Америку. В кабине с двойным управлением отставной капитан королевских ВВС Рей Хинчлифф и почти его ровесница, 34-летняя Элси Маккей. По расчетам, через 36 часов «Стинсон-Детройтер» достигнет берегов Америки и, если позволит погода и остаток горючего, направится в Филадельфию. Это будет двойной триумф Англии: первый удачный перелет над Атлантикой с востока на запад с первой женщиной на борту. «Райт» тянет нормально. Самое трудное позади. Почти тайно готовились они целый год! Хладнокровный Хинчлифф, известный своим умением летать в любую погоду, на месте второго пилота. Десять лет назад в аварии Рей потерял левый глаз. И с тех пор летает только на правом сиденье.
Как могло получиться, что еще полгода назад отказавшийся наотрез лететь с Чарльзом Левинэ лишь только потому, что тот хотел взять на борт американку Мобель Болл, сейчас Рей с Элси Чары симпатичной Элси тут ни при чем. Хинчлифф был человеком далеко не богатым. Летать с одним глазом становилось все трудней, и скоро быть ему на земле, а перед семьей — жена ждет второго ребенка — во весь рост встанут экономические проблемы. Ну, а мисс Маккей предложила ежемесячную плату 780 фунтов, покрытие всех расходов на покупку самолета и организацию рейса и плюс все деньги, которые поступят за рекорды.
Элси же нужна только слава и, как ни странно, самостоятельность. Дочь лорда Инчкейпа все время бунтовала против канонов и требований семьи. Вопреки родительской воле в 20 лет она стала актрисой и кумиром молодежи Лондона. Одной из первых женщин Англии получила пилотское свидетельство и делила свое время между небом, кино и сценой.
Перед самым отлетом Элси в отель, где она жила, приехали брат и зять. Разговор был тяжелым. Узнав в последний момент, что дочь вроде бы собирается лететь через Атлантику, лорд Инчкейп послал сыну из Египта телеграмму: «Элси должна отказаться». До последней минуты она опасалась, что отец может что-то предпринять и разрушить все планы. И успокоилась, как только «Попытка» — так назвала она свой самолет — начал разбег по заснеженному полю Кронвелла. Вся надежда семьи на то, что через сутки с небольшим из-за океана придет телеграмма: все в порядке, мы в безопасности.
Да, безопасность… Двадцать один раз стартовали самолеты с обоих берегов. В том числе восемь раз в сторону Американского континента. Удачных перелетов только четыре, и все с запада на восток. На двух самолетах отказывали двигатели, и пилотов-неудачников вылавливали из океана. В шести случаях непогода заставляла ложиться на обратный курс. Без вести пропало 14 летчиков, из них две женщины. Мрачная статистика.
Счет 1928 года открывают они. Должна быть удача! Целый год опытнейший. Хинчлифф изучал причуды атлантической погоды. Вычислял наилучший маршрут и время. Сам выбрал самолет, доставил его на лайнере «Аквитания» из Америки в Европу. По чертежам Хинчлиффа переделали пассажирский салон. Там теперь дополнительный бак и еще семнадцать специальных алюминиевых канистр. Всего 2200 литров бензина. Этого достаточно, чтобы продержаться в воздухе сорок часов. Уверенность Рея Хинчлиффа стопроцентная! Так он вчера и записал в бортовом журнале.
Рей прислушался. Мотор гудел ровно. Медленно уплывало назад ирландское побережье. Ветер пока попутный. Внизу показались первые айсберги. Если погода сохранится, через 2328 часов они будут над Ньюфаундлендом.
Но в средней Атлантике уже набрал силу шторм. Шестнадцатитысячетонный лайнер «Рипаблик» радировал, что с трудом прокладывает курс против сильного западного ветра и огромных волн.
Самолет исчез. И лишь спустя девять месяцев на ирландский берег вынесло шасси, по заводскому номеру которого установили: оно принадлежало самолету «Попытка»…
Когда миссис Гест, любительница делать самые неожиданные покупки, сказала мужу, что приобрела трехмоторный «Фоккер Ф-У113М», даже привыкший ко всему мистер Гест несказанно удивился.
— Я наняла пилота, механика. Мы готовимся.
Мистер Гест пришел в ярость. Были произнесены очень крепкие слова. Британский чиновник Гест оказался решительнее лорда Инчкейпа, и миссис Гест, обливаясь слезами, в конце концов отказалась от грядущих лавров чемпиона. Правда, не совсем. Она выторговала условие, чтобы океан пересек самолет, принадлежащий именно ей. И чтобы летела на нем американская женщина. Ну, скажем, симпатичная молодая летчица, о которой недавно рассказывал издатель Джордж Путман. Эрхарт Да, да, Амелия Эрхарт.
Амелии было двадцать три, когда она в первый раз самостоятельно поднялась в воздух, а через год, в 1924-м, уже установила рекорд высоты для женщин, превышающий 4600 метров. Лететь через океан мисс Эрхарт согласилась сразу. И не глядя подписывала все контракты, подсовываемые любезным издателем Путманом.
Перед самым вылетом Амелия узнала, что роль ее никак не пилотская. Машину поведут пилот Штульц и механик Гордон. Она лишь пассажирка. Эрхарт бунтует, да поздно — контракты подписаны. И 18 июня 1928 года первая женщина как-то просто, буднично пересекла по воздуху Атлантику.
— Меня везли, как мешок картошки, — сетовала Эрхарт.
Впрочем, едва самолет приземлился в Европе — произошла чудесная трансформация. Сам факт — женщина победила океан — сразу же затмил имена пилота и механика. Пресса неистовствовала. Стрекотали кинокамеры. Вспыхивали «блицы» фоторепортеров.
Издатель собирал золотую жатву и для верности — а вдруг героиня опять взбунтуется — поселил ее в своем доме. Мисс Эрхарт пишет рассказ о своем полете: «Двадцать часов сорок минут» — и посвящает его жене издателя.
Путман морщится. Изворотливый издатель, оказывается, уже имел другие планы. С женой он разводится и предлагает руку и сердце… Амелии.
Отныне Путман становится импрессарио своей новой жены. Дело обретает размах. Сверхлегкие чемоданы для авиапассажиров с этикеткой «Амелия Эрхарт». На сигаретных пачках она, некурящая, с сигаретой в зубах. Реклама крема от загара. Спортивная одежда. И так далее и тому подобное.
Но Амелия хотела достигнуть в жизни не этого. Она же летчик, черт возьми! А не дитя рекламы!
Четыре года спустя после перелета через Атлантику «в качестве багажа» она самостоятельно вылетает с Ньюфаундленда по тому же маршруту. Одна в небе. Хоть ненадолго свободна от цепких объятий рекламы.
Перелет оказался действительно трудным, и когда ее красный «Локхид-Вега» достиг Ирландии и, пугая коров, приземлился на лугу, снова понесся шквал реклам и банкетов.
Амелии порой становится грустно. Ведь при всем этом она женщина. И свойственны ей обычные женские слабости. Боится темноты, мышей, пауков. Во время полета через Атлантику ее пугает пламя из выхлопных труб. Ей вспоминаются менее удачливые предшественницы: Левенштейн, Грейсон, Маккей.
Теперь Амелия Эрхарт вся в небе. В августе 1932 года безостановочный перелет из Лос-Анджелеса в Нью-Йорк. Три года спустя одиночный полет с Гавайских островов в Калифорнию. А Путман готовит новое шоу — кругосветное путешествие.
С бортмехаником Фредом Нуннаном Эрхарт облетела на «Локхиде-Электра» почти три четверти земного шара. Оставался Тихий океан. Самолет уже в Новой Гвинее. Где-то впереди, в 4700 километрах отсюда, на необозримом просторе вод затерялся крошечный островок Хауленд. Предпоследний этап. А затем финиш в Сан-Франциско! Курс надо выдержать весьма точно. Ошибка на один градус — и самолет пройдет в 50 километрах от цели.
За перелетом следит мировая пресса. В район острова Хауленд вскоре пришло судно-радиомаяк. По нему Эрхарт должна определиться окончательно. Через несколько часов томительного ожидания в эфире появились слабые сигналы «Локхид-Электры». Сила их нарастает. Голос Эрхарт слышен совершенно отчетливо. Самолет уже совсем рядом. Блуждает. Горючее на исходе. Потом радиосигналы оборвались
Ни летчиков, ни даже следов катастрофы не нашли, сколь тщательными ни были поиски. В печати же немедленно поднялась буря толков и пересудов. Возникла даже версия, что по поручению командования американских ВВС Эрхарт вела разведку японских укреплений на будущем тихоокеанском театре военных действий, к северу от официально объявленного маршрута. И когда самолет совершил вынужденную посадку не на своем острове, Нуннан и Эрхарт были захвачены японцами.
Прошли годы. На острове Сайпан эксгумировали могилы американских военнослужащих, погибших в плену, и очевидцы подтверждают: были рядом и два трупа в летных комбинезонах. Мужчина и женщина.
А теперь вновь вернемся к Анне Левенштейн-Вертхайм. Итак, через 14 часов после взлета навигационные огни «Св. Рафаэля» заметили почти над серединой Атлантики с наливного танкера. Самолет точно выдерживал курс. С этого судна просигналили, и «Св. Рафаэль» ответил: все нормально. Опытнейшие Минхин и Гамильтон вместе с Анной Сейвл приближались к цели. Двигатель работал отлично. Условия для обледенения отсутствовали. Ветры дули умеренно, хотя все-таки и сносили самолет к северу от курса. А вот белая тьма ньюфаундлендского тумана покрыла, казалось, всю Северную Атлантику. Возможно, в тумане, значительно севернее острова Бель-Иль, они и пересекли береговую линию Американского континента. Кончилось горючее. Посадка, пусть даже благополучная, на Лабрадоре — одном из пустынных и негостеприимных районов — равна гибели. Специалисты считают — выбраться оттуда в легкой одежде, без запасов продовольствия и не подготовленному к пешему продвижению по тундре — один шанс из тысячи.
Как знать, возможно, отыщется на Лабрадоре и «Св. Рафаэль». Тогда отважная Анна Сейвл, полковник Минхин и капитан Гамильтон посмертно будут названы обладателями сразу двух рекордов — первого в мире пересечения Атлантики по воздуху с востока на запад и первым экипажем, доставившим женщину через океан с континента на континент…

Источник

 

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *