КОМПЕНДИУМ СРЕДНЕВЕКОВОЙ АСТРОЛОГИИ

КОМПЕНДИУМ СРЕДНЕВЕКОВОЙ АСТРОЛОГИИ Мы очень часто употребляем слово «уникальный» в значении «не существовавший до настоящего времени». Однако это неверно значение слова иное. В его основе

Мы очень часто употребляем слово «уникальный» в значении «не существовавший до настоящего времени». Однако это неверно значение слова иное. В его основе латинское «унус» один. Уникальный значит существующий в единственном числе, в одном только экземпляре.
Книгоиздатели с давних времен стремились создавать экземпляры если не уникальные в прямом смысле, то имеющие неповторимые особенности, выделяющие их из всего тиража. Такие книги чаще всего предназначались для подарков высокопоставленным особам и оформлялись особым образом, чтобы «подносной» экземпляр стал неповторимым.
Хранящийся в Отделе редких книг Российской национальной библиотеки в Санкт-Петербурге инкунабул «Астролябия», напечатанный в 1488 году один из наиболее ранних примеров такого «подносного» экземпляра. В отличие от основного тиража книги, напечатанного на бумаге с гравированными иллюстрациями, эта «Астролябия» напечатана на пергамене, а иллюстрации имеют прекрасную ручную раскраску. Экслибрис и владельческая печать свидетельствуют, что в 19 веке книга принадлежала известному петербургскому библиофилу, генералу Петру Корнильевичу Сухтелену.
Автор «Астролябии» Иоганн Энгель (14631512). После обучения у знаменитого астронома и математика Иоганна Мюллера (Региомонтана) он был профессором астрономии в Вене и за свою долгую жизнь подготовил несколько учёных трактатов: издал астрономические таблицы эфемериды небесных тел, составленные его учителем Региомонтаном, а также отредактированный и дополненный вариант «Календаря» Региомонтана. Кроме того, он выпустил в свет исправленный перевод восьмитомного труда Абу Машара «О великих соединениях» и выступил редактором фундаментального астрологического свода в десяти частях, написанного Гвидо Бонатти.
Но наибольшую популярность приобрёл труд Энгеля «Astrolabium planum». В нём к трактовкам градусов Зодиака итальянского врача, астролога и философа Пьетро дАбано (трактат «Imagines») Энгель добавил иллюстрации, в которых отражалась символика каждого зодиакального градуса, имелась краткая характеристика человека, у которого этот градус восходит в гороскопе, и астрологическая карта с размеченными куспидами домов.
Издал труд Энгеля в 1488 году в Аугсбурге печатник Эрхард Ратдольт (14471528). «Астролябия» сразу обрела большую популярность среди читающей публики.
Книга открывается коротким вступлением:
хххх…Начинается «Понятная астролябия в таблицах», которая содержит в каждом часу и минуте распределения небесных домов, задержку зародыша в материнской утробе с полезным и красивым толкованием рождений, а также неравное время суток для каждого региона мира…ххх.
и заканчивается колофоном (который содержит «выходные сведения» и в инкунабулах выполнял роль титульного листа):
ххх…Благополучно закончилось новое сочинение «Понятная астролябия в таблицах», написанное Иоганном Ангелом, магистром свободных искусств, до ноябрьских календ 1488-го года благодаря выдающемуся усердию искусного мужа Эрхарда Ратдольта из Аугсбурга, а также его удивительной технике печати, которой, как всем известно, он прежде в Венеции, а теперь в Аугсбурге отличается.
Слава Богу…ххх
В начале экземпляра «Астролябии» из Российской национальной библиотеки находится предисловие издателя, обращённое к баварскому герцогу Альбрехту IV Мудрому (1447-1508). Предисловие оформлено в роскошную рамку из растительного орнамента. На нижнем поле два герба, один из которых принадлежит герцогу Альбрехту IV Мудрому (которому и был поднесён этот экземпляр), а другой, по всей вероятности, Эрхарду Ратдольту.
Вот цитата из предисловия (в переводе К.Н. Чистихина) прекрасный образец европейского (без излишних уничижительных формул) обращения подданного к господину:
«Печатник Эрхард Ратдольт из Аугсбурга желает счастья Альбрехту пфальцграфу рейнскому, могущественному и сиятельному герцогу Верхней и Нижней Баварии.
Небезызвестно мне, сиятельный князь, что у древних славнейшие мужи любых занятий трудились в поте лица либо созидая новое, либо уже сотворенное освещая письмом, но подчас их усилия почти не приносили людям пользы, поскольку чуть ли не бесконечные их тома, будто рожденные прежде срока, стирались туманом слепого забвенья, как только выходили в свет общества. Какой же причиной можно лучше объяснить это, как не отсутствием переписчиков, которые дали бы выдающимся памятникам науки сохраниться для потомков в богатом множестве книг, так как одни считались чрезвычайно пространными в изысканном многообразии предметов, а другие сложнейшими для перевода из-за бесчисленных изображений схем, как в математических дисциплинах.
В наше счастливое время этого можно легко избежать, ведь заметно, что огромные тома, день ото дня все больше выходят с дивной легкостью из печати в общественное пользование, в такое широкое, что труд каждого, кто хоть что-нибудь сделал как следует, не может пропасть или исчезнуть из памяти людей. Мы считаем, что поистине в этом стимул для замечательных талантов, уже давно проверенный опытом и настолько значительный, что не позволяет никому из учащихся закостенеть в лени и праздности, укалывая всякого постоянными тычками и энергично подгоняя к тренировке силы его таланта.
известно: сведущий во всех науках больше всего отдает предпочтение астрономии. Очень ясно видится, что в этом деле, как и в прочих, ты подражаешь тем великим и могущественным королям и князьям, которые были настолько пытливыми в звездной науке, насколько выделялись великолепием в высоком блеске зенита. Итак, эту новую книжицу, не испорченную каким-либо иноземным привкусом, но с печатного станка переданную честной, усердной работе и присланную тебе, о светлейший князь, обними ласковым одобрением, чтобы под твоей прославленной защитой она смогла быть вынесена в общество по спокойной и счастливой тропе…»
И сегодня понятна радость печатника от того, что изданный труд не потеряется, не канет в лету благодаря его искусству, создающему множество экземпляров.
И Ратдольт оказался прав книга была востребована, переиздания не заставили себя ждать. Под названием «Astrolabium planum in tabulis ascedens» труд Иоганна Энгеля был переиздан Иоганном Эмериком в Венеции уже через пять лет в 1494 году, перевод на английский язык был выполнен в 1655 году.
Русский перевод появился в 2006 году, сделан он со второго венецианского издания.

КОМПЕНДИУМ СРЕДНЕВЕКОВОЙ АСТРОЛОГИИ Мы очень часто употребляем слово «уникальный» в значении «не существовавший до настоящего времени». Однако это неверно значение слова иное. В его основе

КОМПЕНДИУМ СРЕДНЕВЕКОВОЙ АСТРОЛОГИИ Мы очень часто употребляем слово «уникальный» в значении «не существовавший до настоящего времени». Однако это неверно значение слова иное. В его основе

КОМПЕНДИУМ СРЕДНЕВЕКОВОЙ АСТРОЛОГИИ Мы очень часто употребляем слово «уникальный» в значении «не существовавший до настоящего времени». Однако это неверно значение слова иное. В его основе

КОМПЕНДИУМ СРЕДНЕВЕКОВОЙ АСТРОЛОГИИ Мы очень часто употребляем слово «уникальный» в значении «не существовавший до настоящего времени». Однако это неверно значение слова иное. В его основе

КОМПЕНДИУМ СРЕДНЕВЕКОВОЙ АСТРОЛОГИИ Мы очень часто употребляем слово «уникальный» в значении «не существовавший до настоящего времени». Однако это неверно значение слова иное. В его основе

КОМПЕНДИУМ СРЕДНЕВЕКОВОЙ АСТРОЛОГИИ Мы очень часто употребляем слово «уникальный» в значении «не существовавший до настоящего времени». Однако это неверно значение слова иное. В его основе

КОМПЕНДИУМ СРЕДНЕВЕКОВОЙ АСТРОЛОГИИ Мы очень часто употребляем слово «уникальный» в значении «не существовавший до настоящего времени». Однако это неверно значение слова иное. В его основе

КОМПЕНДИУМ СРЕДНЕВЕКОВОЙ АСТРОЛОГИИ Мы очень часто употребляем слово «уникальный» в значении «не существовавший до настоящего времени». Однако это неверно значение слова иное. В его основе

Источник

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *