ПОТЕРЯННОЕ ПОКОРЕНИЕ

ПОТЕРЯННОЕ ПОКОРЕНИЕ Истории, видимо, присуще английское чувство юмора. Обычно она сохраняет имена удачливых путешественников-первооткрывателей. Но в случае с экспедицией Франклина, ставшей

Истории, видимо, присуще английское чувство юмора. Обычно она сохраняет имена удачливых путешественников-первооткрывателей. Но в случае с экспедицией Франклина, ставшей самым крупным провалом всех арктических исследований, сделала исключение…
19 мая 1845 года на пристани английского Гринхайта собралась огромная толпа — два корабля Королевского военно-морского флота отправлялись в Арк¬тику. Флагманский «Эребус» («Мрак») и «Террор» («Ужас») являли собой впечатляющее зрелище. На оснащении не экономили: на судах стояли паровые двигатели. Корпусы были усилены дополнительными металлическими пластинами, несколькими слоями тикового дерева и канадского вяза, добавленными к изначальной дубовой обшивке. К тому же «Эребус» и «Террор» уже успели пройти боевое крещение — участвовали в успешной антарктической экспедиции Джеймса Росса 18391843 годов. Так что суда могли пройти — и прошли — через такие льды, где ни одно другое судно того времени не смогло бы уцелеть.
Перед экспедицией стояла цель — открыть, а точнее, дооткрыть Cеверо-Западный проход, самый короткий путь из Атлантического океана в Тихий через Канадский архипелаг. К середине XIX века лишь небольшая часть пути оставалась неразведанной.
Поиски Северо-Западного прохода велись с середины XVI века, и довольно успешно. В 1576-1631 годах англичанами были открыты значительные территории: пролив Дейвиса и море Баффина, Гудзонов пролив, Гудзонов залив и бассейн Фокса. В 20-е годы XIX века англичанин Уильям Парри открыл проливы Ланкастер, Барроу и Вайкаунт-Мелвилл; в следующей экспедиции — проливы Фьюри-энд-Хекла и Принс-Риджент. Поэтому задача экспедиции не казалась невыполнимой: нужно было всего-навсего обследовать небольшой участок в Канадской Арктике. Правда, ни один корабль еще не заходил так далеко на юг от пролива Ланкастер и на запад от полуострова Бичи из-за тяжелых ледовых условий.
Однако в этот раз Британское географическое общество решило пойти ва-банк. Адмиралтейство обратилось с почетным предложением возглавить новую экспедицию к организатору одного из первых походов к Северному полюсу Уильяму Парри, но тот вежливо ответил, что северному сиянию предпочтет скучную штабную должность в Лондоне. Второй кандидат — Джеймс Росс, считавшийся восходящей звездой полярных исследований, — отказался, объяснив, что после недавней свадьбы теплая постель молодой жены интересует его куда сильнее, чем вечная мерзлота. Третий претендент был слишком молод, а четвертый вообще ирландец! (Последние, к слову, все же попали в экспедицию: Джеймс Фитцджеймс стал капитаном «Эребуса», а Фрэнсис Мойра Крозье — капитаном «Террора».)
В результате Адмиралтейство пригласило Джона Франклина, который мало того, что имел за плечами три неудачные экспедиции, но еще и был староват для таких походов (на момент начала плавания ему исполнилось 59 лет). К тому же за глаза его называли «человеком, съевшим свои башмаки»: во время сухопутной экспедиции в Канаду, которую Франклин возглавил в 1819 году, ему и его людям, умиравшим от голода, пришлось включить в рацион спальные мешки из бычьей кожи и даже собственную обувь. Тогда, кстати, Джон Франклин искал все тот же Северо-Западный проход…
Корабли скрылись за горизонтом, и это был последний раз, когда 129 моряков видели в живых, чего на момент отплытия никто не мог предположить
По самому оптимистичному прогнозу «Эребус» и «Террор» должны были преодолеть Северо-Западный проход за лето 1845 года, достичь Аляски, России и Китая и выйти в теплые воды Тихого океана. В Лондоне понимали, что, скорее всего, кораблям придется минимум раз перезимовать во льдах, и поэтому сначала никто особо не беспокоился из-за отсутствия вестей.
Но в 1848 году леди Джейн Франклин забила тревогу и призвала Адмиралтейство направить корабли на поиски ее мужа. Чтобы немного подстегнуть инертную бюрократическую машину, леди Франклин развернула кампанию в прессе и объявила о награде любому, кто сообщит информацию об экспедиции. Оказалось, что последними, кто видел корабли Франклина, были экипажи двух китобойных судов в море Баффина в августе 1845 года. Тогда же, во время последней стоянки в заливе Диско на западном побережье Гренландии, пять человек из экипажа были высажены на суда сопровождения и отправлены домой.
По следам «Эребуса» и «Террора» отправились корабли «Энтерпрайз» и «Инвестигейтор» под руководством капитана Джеймса Росса, за три года до этого отказавшегося возглавить экспедицию. Но спасатели сами столкнулись с суровыми погодными условиями, и, проведя три зимы во льдах, вернулись.
Обычно капитаны возводили пирамиды из камней на островах по пути следования корабля, оставляя в них письменные сообщения для спасателей. Но не в этот раз. Как выяснится потом, из 200 выданных специально для этой цели медных цилиндров Джон Франклин использовал только один в конце мая 1847 года, причем записка была составлена путано и неинформативно. По необъяснимой причине Франклин неправильно указал год, перепутал координаты острова, рядом с которым находились корабли, и завершил записку оптимистичным «All good!» — «Все в порядке». А вот каким курсом пойдут корабли дальше — в документе не было ни слова.
То же самое касалось и запасного плана — складов с продовольствием на тот случай, если морякам придется оставить корабли и возвращаться пешком, что было нередкой практикой. Спасатели не нашли ни намека на них! Корабли и люди словно испарились в воздухе.
Эта неудача и солидная сумма в 20 000 фунтов подстегнули всеобщий интерес. К 1850 году пропавших искали в общей сложности 13 кораблей из Англии и США и несколько сухопутных экспедиций.
Первый успех выпал на долю капитана Горация Остина: в августе 1850 года его экспедиция нашла могилы трех моряков на месте зимней стоянки 1845-1846 годов на острове Бичи. Но судьбу остальных участников экспедиции и кораблей это не прояснило.
Новые данные появились спустя 4 года. В апреле 1854 года путешественник и врач Джон Рэй на севере Канадского архипелага встретил коренных жителей инуитов. Они рассказали о могилах примерно 40 белых людей в устье реки Бак. Рэй выкупил у туземцев найденные предметы быта (серебряные вилки, ножи и др.). Их опознали, как принадлежащие Франклину и членам экспедиции.
Так как в Англии Джон Франклин считался народным героем, мужественно сложившим голову во славу короны, то эта находка могла бы прославить Джона Рэя и сделать его на родине всеобщим любимцем. Но в отчете, направленном в Адмиралтейство, он указал, что, со слов эскимосов, в последние дни моряки с «Эребуса» и «Террора», судя по состоянию трупов и содержимому котелков, занимались каннибализмом. Такого пятна на репутации народного героя Джона Франклина британская общественность стерпеть не могла. В прессе началась травля Джона Рэя. Несколько разгромных статей написал даже Чарльз Диккенс. Чтобы английские офицеры опустились до людоедства Немыслимо!
Словом, тогда этот вопрос остался открытым. Но зато еще до возвращения Рэя закрыли другой: 31 марта 1854 года Британское адмиралтейство официально признало гибель экспедиции Джона Франклина.
Но с гибелью мужа категорически не согласилась леди Джейн Франклин. На ее средства летом 1857 года было снаряжено судно «Фокс». Добравшись до острова Кинг-Вильям, моряки продолжили поиски, разбившись на санные партии. Одна из них нашла внутри сложенной на берегу пирамиды записку, оставленную Фитцджеймсом и Крозье. В первой ее части от 28 мая 1847 года сообщалось о зимовке у острова Бичи. Во второй, приписанной позднее, о гибели 11 июня 1847 года Джона Франклина и затертых льдом в сентябре «Эребусе» и «Терроре». Экипажи покинули их лишь 22 апреля 1848 года и направились на материк. У пирамиды обнаружили скелет, а в нескольких километрах шлюпку с останками еще двух моряков.
Возвращения последней экспедиции на корабле «Пандора», которую леди Франклин снарядила и отправила в июне 1875 года, она не дождалась умерла спустя месяц в возрасте 83 лет…
Поиски останков моряков и самих кораблей продолжались вплоть до 1880-х, однако в целом особых успехов не достигли. Но спасательные экспедиции внесли огромный вклад в открытие арктического региона, нанеся на карту тысячи километров береговой линии Канадской Арктики. По иронии судьбы, потеря экспедиции принесла гораздо больше географических знаний, чем могло бы ее успешное возвращение.
Новая волна интереса к экспедиции Франклина поднялась спустя сто лет.
В 1981 году антропологи Университета Альберты по найденным останкам доказали: уцелевшие члены экспедиции все-таки ели останки погибших товарищей. Более того, недавно ученые после повторного анализа установили, что добывался и костный мозг. При этом человеческие кости сначала долго варили в котлах, стараясь максимально их размягчить. Исследования опубликованы и окончательно сняли вопрос о каннибализме среди умиравших от голода моряков. Джон Франклин к этому не причастен — он скончался раньше. Увы, его могила до сих пор не найдена. Но в Лондоне в Вестминстерском аббатстве — месте упокоения самых известных граждан королевства — мореплавателю поставлен памятник. Его имя увековечено и на картах: в честь Франклина в Северной Америке названы залив, пролив, мыс и горная гряда.
В сентябре 2014 года возле острова Кинг-Вильям обнаружили на глубине 11 метров тот самый «Эребус» — название прочли на судовом колоколе. Кроме него канадские водолазы подняли еще свыше десяти предметов. Людей не обнаружили, что еще раз подтвердило: экипаж покинул судно и продолжил путь пешком. А спустя два года неподалеку от острова Нунавут нашелся и «Террор».
Так как ни одна из экспедиций, исследовавших регион как до, так и после Франклина, не понесла столь существенных потерь, то судьба «Эребуса» и «Террора» наводила на мысль, что произошло нечто экстраординарное.
Какие только версии не появлялись в прессе — от загадочной болезни, поразившей всю команду, до гигантского и, по всей видимости, довольно морозоустойчивого спрута!
Жюль Верн в «Путешествии и приключениях капитана Гаттераса» предположил, что экспедиция Франклина наткнулась на огромный действующий вулкан под Северным полюсом, а Дэн Симмонс в романе «Террор» одного за другим скормил моряков кровожадному эскимосскому демону в обличье белого медведя Туунбаку.
Пропажа двух кораблей, оснащенных по последнему слову техники, да еще с лучшими моряками Королевского военно-морского флота на борту, казалась невозможной. И разрозненные находки только добавляли загадок.
Когда корабли найдены и путь экспедиции реконструирован, ясно, что к катастрофе привел не какой-то один фактор, а череда несчастливых случайностей и закономерностей.
Начать с того, что Джон Франклин выбрал неправильный маршрут. Примерно в конце августа 1846 года корабли достигли острова Кинг-Уильям, и руководителю экспедиции нужно было решить, идти вдоль западного побережья или восточного. По уставу такое решение могло быть принято только после разведки местности ледовыми боцманами. Их в экспедиции было двое, причем весьма опытных. Они должны были сообщить, что, хотя путь на запад короче, именно там сильный ветер гонит паковый лед прямиком из Северного Ледовитого океана. Восточное побережье Кинг-Уильяма покрывается льдом минимум на месяц позже. Джон Франклин тем не менее решил идти на запад, и уже через неделю корабли намертво вмерзли в лед, о чем и сообщал в своей записке капитан Крозье. Пойди они тогда на восток — судьба экспедиции могла бы быть совсем другой…
И это вовсе не сослагательное наклонение, которое не терпит история — через 50 лет норвежец Руаль Амундсен на небольшом судне «Йоа» обойдёт злополучный Кинг-Уильям с востока и станет официальным первооткрывателем Северо-Западного прохода.
К тому же лето 1847 года выдалось экстремально холодным, и, когда моряки поняли, что кораблям не удастся выбраться из ледяного плена, было уже слишком поздно предпринимать пеший поход за помощью (она была от них в 2900 километрах). Низкие температуры лишили людей возможности охотиться на тюленей, моржей или карибу. Да и в любом случае среди участников экспедиции не было ни одного человека, кто имел бы навыки охоты на крупных животных.
К этому добавилась банальная ошибка в расчетах. Предполагалось, что люди были обеспечены провиантом на три года в условиях полного рациона или на семь лет в случае сильно урезанного, но все же приемлемого дневного пайка. Однако в реальности еды едва хватило до весны 1848 года. К тому же часть консервов оказалась непригодной из-за халатности и жадности снабженцев.
Адмиралтейство заключило контракт всего за несколько месяцев до старта, а на корабли консервы доставили в страшной спешке за два дня до отплытия. Проверять качество не было времени. Консервы оказались низкого качества, почти половина из них были негерметичными, да еще в пищу попал свинец из припоя. Позже спасательные экспедиции в нескольких местах находили запаянные банки, заполненные гнилым мясом, а иногда даже опилками или песком. Та же участь постигла и главное средство для борьбы с цингой — консервированный лимонный сок.
В итоге в апреле 1848 года, когда стало очевидно, что единственный шанс спастись — это покинуть корабли, перед истощенными до предела и страдавшими от цинги моряками стояла практически невыполнимая задача. Им нужно было совершить изнурительный поход на юг и успеть добраться до побережья материка, пока не грянули морозы. И надежда была лишь на то, что они встретят по пути эскимосов, которые поделятся с ними пищей или научат охотиться.
Поэтому обессиленные люди волоком тащили лодки, полные совершенно ненужных для выживания вещей, но которые можно было бы обменять на еду. На острове Кинг-Уильям одна из спасательных экспедиций обнаружила лодку, груженную столовым серебром, книгами, фарфоровой посудой…
А вот с полезными вещами было сложнее. На борту «Террора» и «Эребуса» стояли фрейзеровские патентованные плиты, слишком громоздкие для транспортировки. Это означало, что, покинув корабль, люди лишались горячей пищи и вынуждены были питаться только подгнившим мясом и замороженными супами. На слабеньких спиртовках, имевшихся у моряков, еду невозможно было разогреть (только до температуры чуть выше нуля), к тому же они нужны были, чтобы топить лед для получения воды.
Экспедицию ждал печальный финал: все участники погибли еще до конца 1848 года, так и не добравшись до помощи. И как бы ни было велико искушение списать неудачи экспедиции на злые силы, инопланетян или чудовищных монстров, случившееся с экспедицией идеально описывает «Бритва Хэнлона»: «Никогда не приписывайте злому умыслу то, что вполне можно объяснить глупостью». Или, как в случае с Франклином, некомпетентностью, халатностью и самоуверенностью.
Но, с другой стороны, ведь только бросая вызов обстоятельствам, человечество сумело добраться до полюсов, опуститься на дно океанов и отправить корабли в космос.

ПОТЕРЯННОЕ ПОКОРЕНИЕ Истории, видимо, присуще английское чувство юмора. Обычно она сохраняет имена удачливых путешественников-первооткрывателей. Но в случае с экспедицией Франклина, ставшей

ПОТЕРЯННОЕ ПОКОРЕНИЕ Истории, видимо, присуще английское чувство юмора. Обычно она сохраняет имена удачливых путешественников-первооткрывателей. Но в случае с экспедицией Франклина, ставшей

ПОТЕРЯННОЕ ПОКОРЕНИЕ Истории, видимо, присуще английское чувство юмора. Обычно она сохраняет имена удачливых путешественников-первооткрывателей. Но в случае с экспедицией Франклина, ставшей

ПОТЕРЯННОЕ ПОКОРЕНИЕ Истории, видимо, присуще английское чувство юмора. Обычно она сохраняет имена удачливых путешественников-первооткрывателей. Но в случае с экспедицией Франклина, ставшей

ПОТЕРЯННОЕ ПОКОРЕНИЕ Истории, видимо, присуще английское чувство юмора. Обычно она сохраняет имена удачливых путешественников-первооткрывателей. Но в случае с экспедицией Франклина, ставшей

ПОТЕРЯННОЕ ПОКОРЕНИЕ Истории, видимо, присуще английское чувство юмора. Обычно она сохраняет имена удачливых путешественников-первооткрывателей. Но в случае с экспедицией Франклина, ставшей

ПОТЕРЯННОЕ ПОКОРЕНИЕ Истории, видимо, присуще английское чувство юмора. Обычно она сохраняет имена удачливых путешественников-первооткрывателей. Но в случае с экспедицией Франклина, ставшей

ПОТЕРЯННОЕ ПОКОРЕНИЕ Истории, видимо, присуще английское чувство юмора. Обычно она сохраняет имена удачливых путешественников-первооткрывателей. Но в случае с экспедицией Франклина, ставшей

Источник

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *