МОСКОВСКИЕ НОВОГОДНИЕ ГУЛЯНЬЯ СТОЛЕТНЕЙ ДАВНОСТИ. ПО МАТЕРИАЛАМ ПРЕССЫ ТЕХ ЛЕТ

МОСКОВСКИЕ НОВОГОДНИЕ ГУЛЯНЬЯ СТОЛЕТНЕЙ ДАВНОСТИ. ПО МАТЕРИАЛАМ ПРЕССЫ ТЕХ ЛЕТ Гуляли в Москве весело. В светской хронике тех лет регулярно попадались заметки о том, в каких ресторанах

Гуляли в Москве весело. В светской хронике тех лет регулярно попадались заметки о том, в каких ресторанах веселились состоятельные жители города и как украшали площадки для массовых гуляний. Вот, например, как описывала рождественские гулянья московские издания в 1901 году: «Вчера открылись разнообразные праздничные увеселения, более многочисленные, чем обыкновенно. В городском манеже, под антрепризой г.Барашкова и режиссерством г. Чарова . представлено «Мировое обозрение». По стенам манежа несколько огромных полотен-диорам, посредством которых художник Лебедев очень удачно воспроизводит разные местности земного шара, между прочим китайские форты и трансваальские города. На большой сцене очень тщательно поставлена пьеса под тем же названием «Мирового Обозрения», в котором недурно скомпонованы все события последнего времени в Китае, Трансваале, и на Парижской выставке, приправленные неизбежной любовной интригой».
1 января 1903 года издание «Московский листокъ», одно из немногих, решило написать поздравление своим читателям. Звучало оно следующим образом: «С Новым годом! Гулко пронеслись сегодня, в 12 ч. ночи, над Москвой эти традиционные слова, тая в себе все светлые надежды, все розовые упования, все сладкие мечты. … За годом год проходит, однообразной чредой, обманывая и скромные надежды, обрывая нежные лепестки грез. Мечты хрупки, жизнь сильна и чаще бьет их вдребезги, чем одевает реальностью осуществлений. Но сильнее жизни потребность человека верить в лучшее, наедятся и грезить. И в этот торжественный миг, на грани двух лет, когда встречаются и обмениваются первым и последним приветом старое и новое, потребность эта вспыхивает с особою силою, час, когда самая хмурая мысль светлеет, самое безрадостное сердце теплеет, и льется песнь надежды С Новым годом!»
Москвичи гуляли с небывалым количеством фейерверков и шампанского. Последнее, кстати, уже в начале 20 века стало главным новогодним напитком. По крайней мере, пили его в новогодние праздники много. Согласно подсчетам, которые приводит на своих страницах издание «Русский листок» 5 января 1904 года, москвичи выпили столько игристого, что побили все возможные рекорды, в том числе и зарубежные:
«Высчитано, что, встречая Новый год, старушка-Москва выпила до 150 000 бутылок шампанского, не считая «рассейского» производства, тираж которого ни за что не уступит «загранице». В итоге опрокинуто до 300 тысяч бутылок или около 20 тысяч ведер. Результат перед которым развела бы рук сама заграница. 20 тысяч ведер за глаза было бы довольно, чтобы отстоять дачу г-жи Смирновой в Сокольниках и охладить пыл всех картежников во всех московских клубах».
Согласно старой русской системе мер, 1 ведро составляло чуть больше 12 литров жидкости. Новый, 1904 год, Москва и правда отметила неплохо.
Журналисты уделили большое внимание и описанию гуляний:
«Придерживаясь старого обычая, большая часть населения Москвы встречала Новый год с бокалами вина в клубах и ресторанах. Начиная от «Эрмитажа» и «Тестова» и кончая «Стрельной» и «Яром», везде царило оживление и веселье. Утро первого дня Нового года Москва готовилась встретить принаряженной: всю ночь кипела работа по украшению домов флагами».
Судя по заметке газеты «Новости дня» новый 1904 год Москва встретила и правда громко.
«»С Новым годом, с новым счастьем!» — гремело вчера с полуночи по всей Москве, в частных домах, в ресторанах, в клубах. Всюду яркое освещение. Мужчины во фраках, дамы в светлых туалетах; цветы, оркестры музыки, величественные звуки народного гимна и несмолкаемое «ура», искреннее и восторженное. Обычай встречать Новый год в церквах все крепнет во всех слоях общества. Очень удачно устроили «встречи» все клубы: Купеческий, Дворянский, Охотничий, Немецкий и, конечно, наш юный, но приобревший уже прочные, широкие симпатии, Литературно-художественный кружок. Дамам раздавали цветы. Везде общий подписной ужин. В первоклассных ресторанах: в «Эрмитаже Оливье», в Большом Московском, в «Праге», у Тестова, в «России» залы убраны тропическими растениями. У «Яра», в «Стрельне» гремят по два оркестра музыки. Столы заняты нарядно одетой толпой. У «Яра» всем дамам раздают цветы. Кроме оркестра со сцены встречают Новый год пением хора. Здесь две смены публики: одна уезжает после двух, и в это время подъезжают новые толпы из городских ресторанов.<...> В общем, шумно и весело встречали Новый год. Почти до рассвета мчались по городу тройки, развозя по домам публику, хотя и преисполненную светлых надежд, но достаточно уставшую и опустошившую карманы».
Казалось, ничто не может помешать жителям Москвы отметить наступление Нового года. Даже военные действия в Порт-Артуре, о которых зимой 1905 года трубила вся пресса без исключения, никак не повлияли на праздничные настроения. Это обстоятельство не преминула отметить газета Русское слово: «Вчерашняя ночь прошла в Москве с обычным шумом, весело, как всегда. Нынешней «встрече» нового года побаивались многие торговцы, рестораторы, цветоводы и садоводы. Думали: обстоятельства времени, война какое же тут веселье… А к вечеру уже лучшие цветочные магазины представляли обычную картину опустошения, в модных виноторговлях и гастрономических магазинах люди сбились с ног, а в ресторанах свободные столики доставались лишь за деньги».
Правда, в 1906 году ситуация все же изменилась. Бесконечные забастовки, первые революционные восстания отразились на настроении горожан, и впервые за несколько лет встреча нового года прошла спокойно. «События последнего времени, пережитые москвичами, отразились и на встрече ими нового года. Вчера из ресторанов был полон только Метрополь. За городом было необычайно тихо», написали тогда «Московские вести».
И в заключение — криминальная новость, которую сообщил «Московский листок»:
«Ночью 1 января кр. Айзетулла Давыдов, проезжая в нетрезвом виде по Устинскому переулку, затеял с извозчиком из-за денежных расчетов ссору и произвел буйство. Буяна отправили в Рогожский полицейский дом. Находясь в камере, Давыдов начал снова буйствовать, причем разворотил кирпичи печки, разрушил печные решетки, отбил штукатурку, поломал форточки, сломал висячий замок у двери и разбил в окнах 12 стекол, после чего успокоился и заснул».
Праздник прошёл «на ура»

МОСКОВСКИЕ НОВОГОДНИЕ ГУЛЯНЬЯ СТОЛЕТНЕЙ ДАВНОСТИ. ПО МАТЕРИАЛАМ ПРЕССЫ ТЕХ ЛЕТ Гуляли в Москве весело. В светской хронике тех лет регулярно попадались заметки о том, в каких ресторанах

МОСКОВСКИЕ НОВОГОДНИЕ ГУЛЯНЬЯ СТОЛЕТНЕЙ ДАВНОСТИ. ПО МАТЕРИАЛАМ ПРЕССЫ ТЕХ ЛЕТ Гуляли в Москве весело. В светской хронике тех лет регулярно попадались заметки о том, в каких ресторанах

МОСКОВСКИЕ НОВОГОДНИЕ ГУЛЯНЬЯ СТОЛЕТНЕЙ ДАВНОСТИ. ПО МАТЕРИАЛАМ ПРЕССЫ ТЕХ ЛЕТ Гуляли в Москве весело. В светской хронике тех лет регулярно попадались заметки о том, в каких ресторанах

МОСКОВСКИЕ НОВОГОДНИЕ ГУЛЯНЬЯ СТОЛЕТНЕЙ ДАВНОСТИ. ПО МАТЕРИАЛАМ ПРЕССЫ ТЕХ ЛЕТ Гуляли в Москве весело. В светской хронике тех лет регулярно попадались заметки о том, в каких ресторанах

МОСКОВСКИЕ НОВОГОДНИЕ ГУЛЯНЬЯ СТОЛЕТНЕЙ ДАВНОСТИ. ПО МАТЕРИАЛАМ ПРЕССЫ ТЕХ ЛЕТ Гуляли в Москве весело. В светской хронике тех лет регулярно попадались заметки о том, в каких ресторанах

Источник

 

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *