«Щелкунчик и Мышиный король» (нем. Nußknacker und Mausekönig) сказка Э. Т. А. Гофмана опубликованная в 1816 году — одно из лучших рождественских произведений мировой литературы. В этой сказке можно выделить несколько повествовательных уровней, связанных с

Мир реальный, земной предстает как несовершенный, обремененный множеством недостатков и пороков, однако писатель-романтик не стремится к социальной сатире. Для него важнее создать художественные образы, которые обозначили бы проблему, а внимательный читатель ее «додумал». Н.Я. Берковский отмечает также типичную для немецкого романтика критику «механической» цивилизации – символом ее становится чудесный замок, который смастерил Дроссельмейер и преподнес в качестве рождественского подарка Мари и Фрицу. В этом замке «люди» — марионетки исполняют одно и то же, именно поэтому дети, не утратившие естественность восприятия и непосредственность, быстро теряют интерес к этому «чуду». Для перехода из мира реального в мир фантастический Э.Т.А. Гофман использует традиционный для него метод — в большинстве произведений (до 1817 г.) оптические образы служат Гофману «воротами» в иной мир. Можно по-разному пройти через ворота. Мари из «Щелкунчика» разбивает локтем дверцу стеклянного шкафа, где лежат игрушки, они оживают, и начинается битва с мышами.
Пожалуй, впервые в романтической сказке невероятные явления получают достоверное истолкование. Сказка начинается, когда маленькая Мари засыпает у шкафа с игрушками. Игрушки оживают и под предводительством храброго Щелкунчика начинают сражение с несметными полчищами Мышиного Короля. Окружающие с недоверием относятся к рассказам Мари, не без оснований видя в них следствие болезни и испуга. Вместе с тем избыточность сказочных деталей выявляет их несерьезность, иронически подчеркивает условность сказочного мира. Маленький читатель может самозабвенно следить за подробностями невероятных событий, но только взрослому доступна заключенная в них ирония. В разгар битвы Щелкунчик произносит знаменитую фразу из шекспировской трагедии «Ричард III»: «Коня! Коня! Полцарства за коня!»
Главной представительницей мира высоких человеческих чувств и отношений становится Мари. Эта маленькая героиня (ей всего семь лет) живет и действует в двух измерениях, легко преодолевая границу между ними, так как она, по словам крестного Дроссельмейера, «прирожденная принцесса», ей дано больше, чем другим людям, потому что она наделена творческой фантазией, высокой духовностью, добротой, умением сострадать и активно защищать свои идеалы.
Э.Т.А. Гофман принадлежал к тем романтикам, которые ввели в искусство культ ребенка и культ детства и которые рассматривали его широко – как период в жизни не только одного человека, но и всего человечества, отмеченный простодушием и чистосердечием. Вместе с тем, Э.Т. А. Гофман, рисуя образ Мари, проявляет себя как тонкий психолог, умеющий запечатлеть разные состояния детской души, а главное – способность детей создавать свой иллюзорный мир, наделяя игрушки свойствами живых людей и относясь к ним соответственно. Таким образом, возникает своеобразная проекция: реальный мир отражается в игрушечном, который в свою очередь переходит в сказочный, а сказочный план помогает расставить акценты в реальной действительности. Но при этом множественном сопоставлении система нравственных координат остается неизменной – это вечный контраст добра и зла. Конфликт, отсутствие взаимопонимания между детьми и взрослыми, которые не могут постичь жизни детей в царстве сказки, — это конфликт, находящийся в области романтического противопоставления возвышенного, духовного мира и бытового взгляда на жизнь. Кроме девочки Мари, в «Щелкунчике» есть еще один герой, благодаря которому в жизнь приходит сказка. Это Дроссельмейер, смастеривший Щелкунчика. В лице Дроссельмейера воплощен любимый образ немецких романтиков — человек, достигший в своем искусстве такого совершенства, что сделанное его руками оживает и продолжает жить независимо от своего создателя. Люди творческого труда, влюбленные в свое дело, были жизненным подтверждением идеи писателей-романтиков: искусство — единственное настоящее призвание человека, только в искусстве может найти воплощение красота мира, гармония, идеал.
Вводная сказка о твердом орехе играет важную роль в раскрытии главной идеи произведения, так как в ней убедительно противопоставляются добро и зло, мир филистерских интересов и мир благородных чувств. По одну сторону – Мышильда и ее сын, семиголовый мышиный король, символизирующий зло объективное, природное, а также принцесса Пирлипат, олицетворяющая зло субъективное, исходящее от людей, по другую сторону – Щелкунчик, воплощающий самые высокие нравственные качества. Эта сказка крестного Дроссельмейера становится уроком для Мари, с образом которой связан лейтмотив произведения – тема взросления детской души, поставленной перед нравственным выбором.
Важную роль в этом сложном акте играет крестный Дроссельмейер, духовный наставник, обладающий мудростью и жизненным опытом. Однако путь к идеалу через верный нравственных выбор, по мысли писателя, должен совершить сам человек. Это и делает Мари – сначала в грезах и мечтах она помогает Щелкунчику, а затем наяву встречает своего прекрасного «принца». Наделенная божественным, духовным началом и способная сохранить его, несмотря на суровые реалии жизни, Мари совершает творческий акт преобразования действительности, когда добро и справедливость побеждает зло с помощью стараний романтической героини. С главной темой произведения связана и проблема истинной и ложной красоты. О внешности Мари мы знаем мало, но писатель обращает наше внимание на большие голубые глаза девочки, заставляя вспомнить любимую формулу романтиков «глаза – зеркало души». Красота трактуется здесь в духе древнегреческого философа Платона – как естественная, проникнутая высшей духовностью. Кроме того, проводя параллель между Пирлипат и Щелкунчиком, Э.Т.А. Гофман противопоставляет физическую красоту душевному уродству и наоборот. Писатель не доверяет внешней красоте, так как она изменчива, непостоянна – так, теряют свою привлекательность и Пирлипат, и Щелкунчик. Красота же внутренняя не только помогает одержать победу над злом, «мелкобесьем» быта, но и преображает окружающий мир, наделяя его благозвучием и многоцветием. Э.Т.А. Гофман использует широчайший диапазон средств художественной выразительности, чтобы подчеркнуть торжество романтического идеала, а сказочное, фантастическое начало способствует воплощению положительной программы писателя, его романтической концепции человека и мира.

Текст печатается по статье «Немецкая литературная романтическая сказка» ( #Гофман #книжная_иллюстрация #сказка #художники_иллюстраторы #art #book #Hoffmann

 

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *